как б[ы] кросс
xiao © Кто он? Никто — теперь; всё, чем он был, отобрано у него и растоптано в пыль; он не достоин больше называться воином, но крылатый бог зовёт его так, словно видит его былую тень. У него нет ничего теперь, кроме имени; силясь найти в себе голос, он медлит, собирая осколки растерянных звуков. Он мог бы атаковать, ему надо бежать — но вместо этого он упрямо, но почти стыдливо удерживает маску у лица, когда её теребит лёгкий, но настойчивый ветер. ....читать дальше

как б[ы] кросс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » как б[ы] кросс » АЛЬТЕРНАТИВНОЕ » тише, зверь проснется невзначай


тише, зверь проснется невзначай

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

https://imgur.com/uYIt1kf.png
УБЕГАЙ, ЖДИ РАССВЕТА В ОБЛАКАХ.
ПЕРЕДАЙ, ЧТО НА КРАЮ ЗЕМЛИ НИЧЕГО УЖ НЕТ.

[nick]Geralt z Rivii[/nick][status]mądrej głowie dość dwie słowie[/status][icon]https://imgur.com/dXn92Uf.jpg[/icon][lz]спелой ржи коснись ладонью в поле том, любовь моя, и целуй колосья. помни — этим житом буду я.[/lz][fandom]<f>the witcher</f>[/fandom][ank]<a href="ссылка">геральт из ривии</a>[/ank]

Отредактировано Lambert the Cockmaster (2022-05-30 22:12:36)

+2

2


предупреждение: автор привычно положил
на канон и аутентичность.




Эскель тяжело выходит на поляну, волоча за собой окровавленную серебряную цепь. Ночь – тихо-тихо, все вокруг вымерло. Все вокруг – прячется. Он задирает морду выше к лунному небу, чутко прислушиваясь, не хрустнет ли ветка. Не даст ли пиздюк деру где-нибудь на другом конце леса.
Эскель в бешенстве, Эскель снова потерял его след, и вой лезет из самых кишок, откуда-то оттуда, из детства, когда они все хором визжали от первой порции мутагенов. Он воет на луну, и сегодня, в этом лесу, именно он, ведьмак, – самая страшная клыкастая ебанина.

Ламберт – его головная боль. Он блядь прыщ на заднице, вскочивший рано по утру перед днем в седле. Он рыжий, мерзопакостный ушлепок, блевотина алкаша и виверны, по недоразумению обретшая самосознание. Сучонок, клыкастый и самодовольный, спутавший свои следы, всплывающий то в одной деревне, то в другой, но всегда – только на рассказах, в дне пути от разозленного Эскеля.
Сначала Ламберт его бесил тем, что пришлось его, мелочь, таскать всюду за собой, учить, смотреть, чтобы не сдох в снегах Каэр Морхена, пытаться засунуть в его пустую черепную коробку хоть какие-то правильные понятия. А потом, когда волчонок отрастил себе коренные клыки, Эскель начал беситься с его самостоятельности.

Ламберт, на удивление, разгрызал любую попытку проследить, присесть на хвост – одной насмешливой хваткой пасти. Ускользал, путал следы, не давая старшему ведьмаку возможность вытащить его за шкирку из того говна, в которое он обязательно попытается вляпаться в первый год своей работы на большаке. Это вызывало в Эскеле смесь гордости, уважения и злости.




В небольшой корчовенке на отшибе мира удивительно чисто. В городах не так, а тут видна чья-то забота: вышитые занавесочки на окнах, недавно покрашенные наличники, бережно натертые столы. Эскелю даже как-то неловко быть самим собой здесь, неуместно локти, грязные от болотной тины, на столешницу класть, звенеть оружием.
Он кивает с порога хозяйке, и, еще никого не видя, вдруг понимает, что пришел домой. Ловит ноты знакомого запаха, привычные звуки медленно бьющегося сердца, краем глаза цепляет белые волосы. Эскель расцветает теплой улыбкой, сначала под ребрами, тайным волчьим цветом, а потом его радость расползается по его телу, как чума, выворачивая изуродованное лицо широким оскалом.

Ведьмак кидает дорожную сумку на лавку, приставляет двойные ножны и делает шаг навстречу.
– Геральт. Брат. Какими судьбами? – он коротко выдыхает, касается Волка сначала ладонями, потом – коротко, грубо прижимаясь телом, в неловком, искреннем объятии. Бывшие волчата-погодки, из одного помета, оставшиеся вдвоем – на всю стаю. Последний, кто может понять, вспомнить, какой мир был раньше.
Единственный.

Эскель все не выпускает его взглядом, выискивая изменения, признаки усталости и долгой охоты. От Эскеля пахнет потом, лошадью, долгим переездом, болотами, въевшейся нотой, и кислым, подбродившим на солнце вином. Он заебался до усрачки и забыл уже, когда последний раз достаточно спал. От Эскеля пахнет острой радостью встречи – сладкий аромат молодых вишневых побегов, сожженных на костре в качестве подношения, горькой, чертополоховой злобой от бесплотных поисков Ламберта, и ртутным привкусом бесконечной войны.

Он опускается на лавку напротив Геральта, подпирает пальцами подбородок. У них обоих медальоны отлиты из одного куска металла, и Эскель требует у хозяйки жаркого и молодого вина.
– Ламберт сбежал, – ведьмак смахивает с лица выбившуюся кудрявую прядь волос, вытягивает ноги, лязгает оружием и своими уставшими костьми. Шрамы на его роже темнеют от усталости, и с таким ебалом, конечно, в приличное общество не соваться бы. – Сучонок возомнил себя слишком самостоятельным. Уже тринадцать дней водит меня за нос.

Он хотел торопливо опрокинуть в себя пару кружек холодного вина, вылизать тарелку горячего и запросить, за отдельную плату, горячей воды себе в комнату. Отмокнуть как следует, перестать чувствовать запах кикиморы от своих рук. Но Геральт перетягивает все его внимание – на себя. Сколько они не виделись? С прошлой зимовки в Каэр Морхен – точно еще не пересекались.
Тогда они половину зимы лениво просидели в обеденной зале, стараясь не отходить особенно от горящего камина, играли в гвинт, пили, спали, перекидывались отвратительными историями. Просто были: протяни руку – почувствуешь теплый бок ладонью.

– Жопой блядь чую, что он во что-то влип. Гордый блядь слишком, чтобы я узнал.

[icon]https://imgur.com/t6szVpP.png[/icon][nick]Eskel[/nick][lz]› боженька, верни меня во времена, когда люди знакомились под сенью цветущих каштанов.[/lz][ank]<a href="ссылка">эскель, 95</a>[/ank][status]czyżyk[/status]

+2


Вы здесь » как б[ы] кросс » АЛЬТЕРНАТИВНОЕ » тише, зверь проснется невзначай