какб[ы]кросс
kirishima eijiro © Кажется, что язык разбухает во рту, когда Грейнджер цепляет его за локоть уже на выходе из штаба, сейчас наверняка больше похожего на Нору в худшие ее годы, уточняет (в своей манере и, слушай, ты так похожа на МакГонагалл, знаешь?) между делом «с тобой все нормально?» ....читать дальше

как б[ы] кросс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » как б[ы] кросс » АКЦИИ » самые нужные


самые нужные

Сообщений 31 страница 60 из 63

1



// заявки заполняются исключительно по шаблону.
            наличие заявки в данной теме означает, что персонаж выкуплен за игроком.

            не забывайте, пожалуйста, связаться с автором заявки для обсуждения деталей
            и того, подходите вы друг другу или нет.
            для фандомов, в которых предусмотренны мультивселенные
            (не будем показывать пальцем на марвел), одна заявка = одна вселенная.
            выкупить сразу всех — нельзя. для поиска каста есть вот эта тема.


name surname
[род деятельности]

https://imgur.com/XitJQoi.gif https://imgur.com/cQvUaMg.gif
[prototype]

[indent] » fandom
основной текст заявки. вся важная информация о персонаже, которую считаете нужным указать: ключевые факты из биографии, род деятельности, место проживания и т.д.


дополнительно: пожелания, отношения, хэдканоны, идеи для сюжета и т.п.

пример поста;

тут пост

ШАБЛОН ЗАЯВКИ
Код:
[table layout=fixed width=100%]
[tr]
[td width=15%][/td]
[td width=70%]
[align=center][font=Impact][size=28]name surname[/size][/font]
[font=Fixedsys][size=12][род деятельности][/size][/font][/align]
[align=center][img]https://imgur.com/XitJQoi.gif[/img] [img]https://imgur.com/cQvUaMg.gif[/img]
[font=Fixedsys][prototype][/font][/align]
 [indent] [font=Impact][size=20]» fandom[/size][/font]
[align=justify]основной текст заявки. вся важная информация о персонаже, которую считаете нужным указать: ключевые факты из биографии, род деятельности, место проживания и т.д.[/align][hr]
[align=justify]дополнительно: пожелания, отношения, хэдканоны, идеи для сюжета и т.п.[/align]
[spoiler="[font=Fixedsys][size=12]пример поста;[/size][/font]"]тут пост[/spoiler]
[spoiler="[font=Fixedsys][size=12]шаблон внесения в таблицу (обернуть в код);[/size][/font]"][font=Georgia][size=16][b]фандом eng[/b][/size][/font]
[font=Georgia][i][фандом rus][/i][/font]
[url=ссылка_на_заявку]name surname[/url] » имя фамилия[/spoiler]
[/td]
[td width=15%][/td]
[/tr]
[/table]
СПИСОК САМЫХ НУЖНЫХ

a • b • c

bubble
[баббл]
fire worshipper » огнепоклонник

d • e • f

doctor who
[доктор кто]
the fugitive doctor » беглый доктор

dragon age
[век дракона]
bethany hawke » бетани хоук
carver hawke » карвер хоук
fenris » фенрис

egyptian mythology
[египетская мифология]
amon [aus] ra » амон [аус] ра
anubis » анубис

g • h • i

genshin impact
[геншин импакт]
aether & lumine » итэр & люмин
venti » венти
jean gunnhildr » джинн гуннхильдр
lisa minci » лиза минчи
nigredo/subject two/primordial albedo » нигредо/субъект 2/примордиальный альбедо
pierro » пьеро
rosaria » розария
rhinedottir “gold” » рейндоттир «голд»
scaramouche » скарамуш
tsaritsa » царица
yae miko » яэ мико

hunter x hunter
[охотник х охотник]
chrollo lucifer » куроро люцифер

j • k • l

m • n • o

marvel comics
[марвел]
clint barton » клинт бартон
daniel whitehall » даниэль вайтхолл
john sternberg » джон стернберг
howard stark » говард старк
melina vostokoff & alexei shostakov » мелина востокофф & алексей шостаков
nick joseph fury » ник джозеф фьюри
sharon carter » шэрон картер
quintavius quire » квинтавиус квайр

miraculous ladybug & cat noir
[чудесные ледибаг и кот нуар]
adrien agreste » адриан агрест
louis* anciel » луи* ансьель
marinette dupain-cheng » маринетт дюпен-чен

naruto
[наруто]
gaara » гаара
haruno sakura » харуно сакура
hyuga hinata » хьюга хината
huuga neji »  хьюга неджи
kakashi hatake » какаши хатаке
orochimaru » орочимару
suigetsu hozuki » суйгецу хозуки
uchiha fugaku » учиха фугаку
uchiha madara » учиха мадара
uchiha obito » учиха обито
uzumaki карин » узумаки карин

the mummy
[мумия]
richard o'connell » ричард о'конелл

p • q • r

pandora hearts
[сердца пандоры]
gilbert nightray » гилберт найтрей

s • t • u

star trek universe
[вселенная звездного пути]
ash tyler [voq] » эш тайлер [вок]
admiral charles vance » адмирал чарльз ванс
jonathan archer » джонатан арчер
nyota uhura » нийота ухура
pavel chekov » павел чехов

supernatural
[сверхъестественное]
john winchester » джон винчестер
hannah » ханаэль
lucifer » люцифер
sel mortarty » сэл мориарти

tian guan ci fu
[благословение небожителей]
jun wu » цзюн у
pei ming » пэй мин
shi wudu » ши уду

the grishaverse
[гришаверс]
the darkling » дарклинг

the witcher
[ведьмак]
lydia van bredevoort » лидия ван бредевоорт

tokyo revengers
[токийские мстители]
hanemiya kazutora » ханемия казутора
kakucho » какучо

v • w • x

y • z

0-9

+2

31

aether & lumine
[путешественники, бежавшие от войны]

https://media.tumblr.com/7357d565e30425542146be254b466196/369a349aaa576b0a-53/s1280x1920/392f177210ac0a28962ee5d5bc4d9e932c38af1c.jpg
[originals]

[indent] » genshin impact
по вам не скажешь, что вы старше и опытнее большинства здешних божков, не правда ли? даже удивительно, что в бесконечности времени и своих странствий вы так и не стали безразличны к миру, сохранив свои души, характеры и живость сердец. не отказываете в помощи, не отказываетесь от познания, не делите мир на чёрное и белое с порога. потому ли это, что вы сами знаете -  никогда не забудете - ужасы войны и утраты, умея ценить и сохранять тепло? потому ли, что если потеряете свою человечность и живость, если станете черствы и безразличны, то не сможете найти ответов на свои собственные вопросы? о доме, о его спасении, об альтернативах; в конце-то концов, нет ни единого справедливого мира, как и нет возможности всех спасти. однако кого-то - можно; попытка может оказаться удачной, раз за разом, одна из ста - окажется. ведь есть вещи, что не стоит познавать никому, а тем, кто их познал, следует делать лишь одно - предотвращать. на грабли наступать всегда успеется.

если очередной мир оказался сложнее и неоднозначнее предыдущих, если поочередный мир оказался могущественным достаточно, чтобы разделить почти-единую душу, теперь готовую порваться против друг друга в борьбе ни то за [чужое? чьё?] спасение, ни то за истину... что тогда? как тогда?


мне всё равно, какой из близнецов будет с бездной, какой нет, честно. если вы классный и заинтересованный игрок, то сможете любого подать. не буду говорить о глобальном сюжете и прочем, потому что его нет и каждый играет 100500 вариаций событий на свой манер, лад и трактовку. не горю желанием это менять. однако с обоими близнецами хотелось бы сыграть: есть в их истории что-то... знакомое кэйе. к тому же, они оба очень полезны и эффективны, а это капитан ценит крайне; как и умение вносить разнообразие в такие скучные и предсказуемые повороты. на близнеца, нашедшего отдушину-цель в бездне, у меня также отдельные планы, пускай дайна для прямой зацепки не имеется: я тут склоняюсь рыться в имперском прошлом и имею ряд сомнительных плюшек из бездны, потому будет логично, если мы пересечёмся рано или поздно; не раз; и если это выльется в наш сюжет - тоже. в моём видении кэйя не союзник бездны, возможно будет противостояние, а может и нет. было бы здорово это всё показать и нарисовать игрой, а ещё - затронуть души. потерями, утратами, внутренними выборами, долгом, связями и так далее. близнецы удивительно не мертвы внутри [на контрасте с кэйей] и умеют бороться за то, во что поверили и чем прониклись. можно сделать интересно. если вам нравится идея того, что паймон - это что-то дарковое-притворное из селестии, то давайте наяривать на это вместе; обещаю принесли лучшее вино, чтобы наяривание стало более драматичным. и приятным. ~
будьте самостоятельными, пишите классные посты, не пропадайте, развивайтесь. сказал бы, что высокий ценитель инцеста, но не моё это дело, потому играйте что угодно и как угодно, мне важно лишь то, чтобы конкретно наша игра складывалась и вкусно кормила обе стороны. за остальной каст не отвечаю, но полагаю, что и с ними найдется более чем достаточно игры.
драма, юмор, хотя бы какие-то элементы мрачности - и я ваш. хотелки и альтернативные предложения всегда выслушаю с удовольствием, на чём-то да сойдёмся; главное конкретно знайте, чего хотите, иначе продуктивного взаимодействие у нас не сложится. то фандом-то и каноничные взаимоотношения к продуктивности располагают.

пример поста;

Это уже не назвать нелепой смертью. Не совсем нелепой.
Маги Бездны - действительно опасны и более чем прозорливы. Не только для мирных жителей, но даже для подготовленных людей. Они не непобедимы, но действительно опасны. Для упорных и тренированных, уже не маленьких, но по-прежнему детей - тоже. Даже После того, как Кэйя видел убийство сотни подобных и принимал в этом участие - даже после этого. Ведь тут не Бездна, тут законы природы работали как и следовало, миром не управлял хаос, да и взрослого опытного окружения для защиты и поддержки не имелось также.

Тем не менее, жизнь дорога - будешь бороться до последнего, даже если шансы на победу практически отсутствуют. Так или иначе, их двое. Они прекрасно понимали друг друга в бою, много и часто тренировались, умели всё то, что можно уметь в их возрасте, даже больше, и было проворными, что можно рассматривать как плюс. Отличная коммуникация и понимания друг друга даже без лишних слов действительно сделали своё дело, щит оказался разрешен, а вместе с ним и половина задачи. И всё же...

"Чёрт," - на секунду-другую в голове остановились мысли, замерли реакции. Настоящее и прошлое смешалось, и лишь мелькавший рыжий хвост говорили: "Надо держаться, не теряй сейчас". Вот только кристаллы острые, их все мечом не отбить; мечи не вечны, они не ковались и не рассчитаны для подобных нагрузок. Ткань, как и тело, охотно реагируют на боль, заставляя теряться сильнее. Они - вместе или по-отдельности - объективно мало что способны сделать. Не останавливались, пытались, продолжали бороться, и Кэйя даже не думал сдаваться, нет, ни за что. Ни когда от него зависело так много, не когда у него в жизни появился тот, на кого не плевать. Не когда жизнь наконец стала разноцветной, и он научился различать цвета. Вот только мечи поломаны, тела окровавлены, защита почти бесполезна: Кэйя знал, сколько длились подобные циклы-залпы, и если этот они ещё в теории переживут... создания нового щита мальчишки не переживут, им будет просто нечем наносить удары, а тела окажется не в состоянии бежать; бежать настолько быстро, чтобы монстр от них отвязался.

Холод с одной стороны затуплял боль, однако с другой дарил новую, щипающую, заставляющую неметь и усложняющую движения ещё сильнее, чем просто травмы.

Снова чёртова бесполезность. Никакого плана. Никакого контроля.

Решение нашлось неожиданно. Вернее, вспыхнуло. Мальчишка не очень понял, что произошло, особенно с учётом слезившихся-темнивших из-за боли и напряжения глаз, собственного положения на земле и скорости развивавшихся событий, но...

Что?
Что-то.
Это было... Вау!
Про глаз сразу не подумал, потому что не сталкивался с ними толком прежде, а на его родине, как и в Бездне, они не встречались. Богов Кэйя не любил, не уважал и изучал дотошно разве что с точки зрения потенциальной угрозы да поиска ответов на свои вопросы, всё. Потому появление огня правда стало чудом. Неожиданным и уместным как никогда. Спасительным. Почти как обезболивающее, и куда лучше холода.

- Дилюк! - только и выдал на одном дыхании, ни то восторженно, ни то радостно, ни то ошеломленно. - Он мёртв, Дилюк! Он, а не мы! Ты представляешь! - хотя голос и не звучал как обычно из-за того, что телу неизменно холодно, и теперь потряхивало. Руки брата на контрасте казались горячими, словно бы тот только что как и младший не был на грани становления ледышкой.

Что-то прилило в кровь, ударило в голову. Кэйя это не способен описать, но ему дико понравилось. Наверное, из-за таково люди и становятся фанатиками сражений. Просто мальчишка пока не понимал и не улавливал это, имея в данную секунду кучу иных забот.

- Как ты...! Что это...! - перевёл дыхание, пытаясь всё поставить на место и крепко сжимая брата, насколько способен. Поспешил усесться максимально скоро, чтобы одной рукой облокотиться о землю (с оставшимся подобием травы). - Как ты его поджарил? Это было... так круто!

Отредактировано Kaeya Alberich (2022-06-28 01:03:52)

+6

32

richard o'connell
[авантюрист]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/167/t249504.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/167/t980790.gif
[brendan fraser]

[indent] » the mummy
Я незнакомец с Запада, и я тот, кого ты ищешь.
- Сын американки и неизвестного меджая, воспитывавшийся в приюте Каира после смерти матери.
- Прошедшее преимущественно на улицах Каира детство заложило определенный фундамент - ловкий и хитрый мальчонка вырос в предприимчивого и талантливого вора и взломщика. На пару с товарищем ограбил несколько банков, после чего, спасаясь от карающей длани закона, записался во Французский иностранный легион.
- В 1923 году в составе наемнической армии принимал участие в военном конфликте в Египте на стороне Англии и Франции. В тоже время вместе с ротой оказался в осаде у стен полумистической Хамунаптры, оказавшись один из немногих выживших.
- Три года спустя едва избежал петли при помощи очаровательной Эвелин Карнахан, пообещав отвести ее Городу Мертвых, где разбуженная любопытством леди мумия чуть не отправила всех к праотцам, но в итоге всех одолел, обрел любовь и много сокровищ.


Я не умею писать заявки, поэтому просто поклянусь в вечном обожании и пообещаю показать все время и пространство, в котором еще так много неограбленных богачей, нерасхищенных гробниц, непотревоженных богов и неопустошенных погребов. Составлю компанию в игре как в сюжете вашего фандома, так и в любом безумии, которое только может прийти в голову.

пример поста;

— Рифь паруса! — крикнул Джонс, когда в окуляре подзорной трубы темная полоса суши, разграничившая море и небо, приняла конкретные очертания небольшого острова.
Острием крюка надавив на отполированный руками деревянный корпус, он собрал трубу, убирая в широкий карман длиннополого кителя и спустился с кватердека, напоследок ободряюще кивнув парнишке-рулевому.
Взяв под локоток мистера Сми, с одобрением доброго дядюшки наблюдавшего за подготовкой команды к стоянке, Крюк ненавязчиво оттащил его к укромному местечку под трапом.
— Позаботьтесь о том, чтобы первыми на берег сошли Джукс, Куиксон, Старки и этот смазливый итальяшка... как бишь его? Чекко. Сундук из моей каюты погрузить в первую очередь. И пусть остальные сидят на корабле, пока я не дам отмашку через Бена — пусть тоже отправляется с нами, — Джонс предостерегающе похлопал помощника крюком по отвороту довольно изношенного, но содержащегося в аккуратности камзола. — Я не хочу, чтобы кто-то, кроме нас, знал что на этом острове мы храним что-то ценнее контрабанды рома, кофе и табака. Подготовьте гребцов из тех, кто давно ходит с нами.
С мастерством, происходившим от большого опыта и длинной истории их знакомства, Джонс проигнорировал многозначительный и неодобрительный взгляд старпома и покинул палубу, заперевшись в капитанской каюте на засов. Уильям Сми ненавидел утаивать что-то от команды и не мог одобрять одержимости Крюка в некоторых вопросах, но понимал, что и в самом деле лучше держать экипаж в неведении о тех целях, которые на самом деле двигали Киллианом Джонсом, — для их же блага. Большинство пиратов на корабле считали его просто везучим сукиным сыном, что, в целом, было правдой, но далеко не единственной. Узнай команда о том, что капитан намерен втянуть ее в личную месть, поставив на кон не только их благополучие и богатство, но и жизни ради призрачного шанса поквитаться с убийцей любимой женщины, то уже в первом порту на борту "Веселого Роджера" не осталось бы и десятка человек. А попытка сунуться на Неверленд столь малым числом приравнивалась к самоубийству.
Джонс не спешил. Думал, планировал, собирал знания и силы. Лгал, выпытывал, убивал — не ради денег, золото было лишь средством, тем строительным материалом, которым он там упорно мостил себе дорогу в ад, готовый сигануть в пламенеющую бездну — лишь бы утянуть с собой кое-кого еще. Все это время Сми, знавший историю Джонса от начала до конца, проявлял чудеса дипломатии, поддерживая между капитаном и командой добрые, взаимовыгодные отношения. Вздыхал, качал головой, неодобрительно поджимал губы, изредка предпринимая попытки отговорить Крюка от его затеи в краткие периоды его душевного просветления. Но ни разу не сказал Киллиану "нет".
Признаться, Джонс не знал, что сделал бы с Уильямом, откажись тот и дальше участвовать в его интригах. Может быть, отпустил бы с Богом.
А может — прирезал.
Джонс задумчиво огладил пальцами короткую бородку, прислонившись спиной к двери каюты, и обвел ее задумчивым взглядом, прикидывая, не забыл ли чего. Скинул китель, бросив тот на огромный сундук у окна, сложил расправленную на столе и придавленную по углам чернильницей и  циркулем старинную карту, пергамент которой истрепался до такой степени, что больше напоминал обрывок ветоши, и убрал ее в плоский кожаный футляр, спрятав тот на груди за пазухой. Еще раз огляделся и запер за собой дверь на ключ.
Не то чтобы он не доверял команде... просто Джонс никому не доверял.
— Джентельмены! — крикнул Килииан, привлекая к себе внимание экипажа. — Все мы хорошо потрудились эти месяцы и скоро вас ждет добрый отдых на Тортуге, а сегодня вечером мы устроим славную пирушку на этом гостеприимном острове! Мы с господами отправимся вперед и все как следует приготовим для вашего прибытия, а пока у меня для вас один приказ!
Люди притихли, не зная, радоваться или же еще рановато будет, уставившись на капитана полусотней настороженных, выжидательных взглядов. Киллиан выдержал эффектную паузу и оскалился в широкой улыбке:
— Отдыхать! Мистер Сми, выдайте людям рому!
Джонс успел как раз к тому моменту, когда заскрипели тали, опускавшие шлюпку на воду. Еще несколько минут ушло на то, чтобы спустить в нее остатки груза. Как только Крюк занял место на кормовой банке, гребцы оттолкнулись веслами от влажно поблескивающего борта корабля и дружно на них налегли. Вспотевшую под кителем спину теперь приятно обдавало легким бризом, лодчонка быстро скользила, легко покачиваясь на мелких волнах, рассыпая вокруг жемчуг срывающихся с ритмично взлетающих и опускающихся весельных лопастей. Даже как-то сердце немного отпустило от такой идиллии.
Но стоило только шлюпке ткнуться носом в песчаный берег, как Джонса кольнуло ощущение какой-то неправильности. Лишь через пару мгновений — уж слишком неожиданным отказалось открытие, так что до сознания дошло не сразу — он понял, что его насторожило.
Следы.
Человеческие, почти у самой кромки берега там, где он переходил в пальмовую рощу с веселенькими зелеными островками тщедушной, растущей на скудной просоленной почве травки.
— Это что еще за...
Чекко, пока остальные вытаскивали шлюпку на берег, прошелся вдоль цепочки следов, приставил свою босую ступню, сравнивая размер и пытаясь прикинуть рост и вес чужака. Джонс вытащил пистолет из-за пояса портупеи, обгоняя Чекко и идя точно по следам. Судя по оставленным на песке отпечаткам, иногда пропадавшим из-за дотянувшихся до них волн, но тут же появлявшимся снова, оставивший их тип был то ли изрядно пьян, то ли пританцовывал на бегу. Крюк затруднялся представить себе причины, по которым попавший на необитаемый остров человек станет плясать, разве что успел уже сбрендить от жажды, так что...
— Вот ублюдок! — Джонс скрипнул зубами, глядя на как следует притоптанный пятачок земли, от которого разбегались несколько цепочек следов. — Найдите мне этого везунчика. Быстро!
Пираты порскнули в разные стороны, сам же он направился прямо к давненько уже устроенному на острове схрону, о котором знали только сам Джонс да несколько парней из команды. Песок был разбросан, люк бесцеремонно откинут, а из глубин укрепленного досками погребка доносилось позвякивание бутылок, сосредоточенное пыхтение и неразборчивое бормотание.
Крюк встал над темнеющим ходом, загораживая свет солнца, и взвел курок пистолета, направив дуло в спину "островитянина". Щелчок механизма оказался внезапно громким и резким, как треснувшая под ногой ветка.
— Руки вверх. Медленно, так, чтобы я видел. И вылезай. Не хочу видеть твои мозги на своем добре.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/167/t692405.jpg[/icon]

Отредактировано The Corsair (2022-07-03 21:57:26)

+6

33

а все

hanemiya kazutora
[малолетний преступник]

https://i.imgur.com/tG0eDoL.jpg
[indent] » tokyo revengers

что ты наделал?

держа монтировку в руках, ты замахиваешься — и отправляешь наши надежды на счастливое будущее в могилу.
вместе с сано шиничиро.

баджи тебе говорит — я буду с тобой до самого конца.

так оно и было. он был всегда на твоей стороне, даже когда ты пырнул его ножом.
рана с жизнью несовместимая, но баджи храбрится. продолжает драться.

я не позволю казуторе стать убийцей — так он скажет, воткнув себе в живот нож.
очень отчаянно и бездумно — таким был баджи.

вот только тебе это с рук не сошло — ты тогда остаешься с ним. до самого конца. до приезда копов.
тюрьма. срок большой. это уже не исправительная школа для малолеток.

кажется, про тебя все забыли.
но не чифую. в день освобождения он приезжает к тюрьме за тобой. он тебя не бросит.

— давно не виделись!


дополнительно: приходи, пиши, стучи в лс, и обсудим детали. конкретики особой нет (да и какая она может быть в фандоме, где возможно все), поэтому хотелось бы уже обсуждать все с игроком.
считаем с баджи, что лучше два поста по 2к, чем один на 4к. (я пишу от 2к и больше. баджи может халтурить и писать меньше, но простим человека, который не знает, как пишется «тигр».) маленькие-большие буквы мне не принципиально. могу с любых.
мангу желательно знать. или быть в процессе ее прочтения. иначе я все заспойлерю.
ждем тебя очень! 

пример поста;

— побудь тут, чифую. я быстро вернусь.
баджи широко улыбается — считай, скалится — и убегает в магазинчик у заправки.
чифую пожимает плечами — без проблем, баджи — и даже не говорит ему, что купить на его долю. он и сам знает. поэтому идти за ним нет смысла.
а вот бросать его новый байк тут — не самая лучшая затея. территория эта ведь принадлежит никому. или же чифую не знает о том, ее держит.

и хорошо, что он остается.
мимо проезжают байкеры. одежда у всех одинакова — это форма. значит очередная банда.
и они останавливаются.

— эй, слышь, малой.
один из них окрикивает его. чифую хмурится — будто это поможет ему выглядеть серьезнее и злее — и ничего им не отвечает.
они слезают со своих мотоциклов и подзодят ближе.
их пятеро. он один.
не все так плохо. бывало и хуже. баджи рядом.
но пока его нет, они запросто могут огреть его монтировкой и угнать байк.
этого чифую не допустит.

— откуда у малого такой байк? угнал?
— он мой.
чифую слабости не показывает, инстинкт самосохранения отключается.
он младше каждого из них. но по силам может оказаться что угодно. они уже ни раз сталкивались с тем, что человек, от которого сильного удара не ждешь, бьет так, что зубы высыпаются.
он их хотя бы сможет задержать.

— да что ты?
один из них хватает чифую за шиворот, притягивая к себе. тот смотрит прямо в глаза — все так же хмуро — и отклонив голову, бьет его со всей дури лбом по носу. от неожиданности тот бросает его и оступается. и чифую толкает его ногой.
— сказал же, он мой. ты что, тупой?
замахивается кулаком и бьет снова. соперник пытается ответить, но получается плохо — он уже оступился раз, и вернуться в колею будет тяжело.
если толькл не оступится чифую.

такая победа была бы слишком простой.
он забывает, что они тут не одни. и вряд ли эти ребята будут придерживаться джентльменских правил драки.
ноги подкашиваются. а в ушах звенит. ноги не держат. и он падает на колени.
чем-то тяжелым его ударили по голове.

Отредактировано Chifuyu Matsuno (2022-08-02 21:10:44)

+4

34

nigredo/subject two/primordial albedo
[импостер]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/180/206258.png
[original]

[indent] » genshin impact
Первая, несовершенная версия Альбедо, его старший брат, которого Рейндоттир скормила Дурину, и который обладал настолько сильной волей к жизни, что выжил и в желудке дракона, и в суровом климате бывшего Виндагнира. Несомненно, гений — Голд не создавала идиотов. Несомненно, сломан и зол — кто не будет спустя годы одиночества и борьбы за жизнь, и той в тени более удачного (и удачливого) прототипа?
Нигредо стремится к совершенству - из мести ли создательнице или ради её одобрения, а может, всего вместе. Он учится стремительно всему, что способно приблизить его к идеалу, что способно приблизить его к ощущению реальной, полноценной жизни, которой незаслуженно наслаждается Альбедо, этот «золотой ребёнок» их общей матери. Со временем он заменит его и испытает ощущение рождения и принадлежности в этом мире. Любой ценой.


дополнительно: я верю, что Осквернённое Желание создал Нигредо, и что он же отравил Дурина изнутри, чтобы выбраться, из-за чего тот приобрёл скелетообразный вид. Вполне возможно, что у него нет Глаза Бога, но на этот счёт можем договориться.
Насчёт отношений — я хотел бы изначально противостояние и диверсии со стороны Нигредо. Красть бумаги и разработки, возможно, натравить на брата модифицированных монстров, устраивать вылазки в Монд под личиной Альбедо — игра в кошки-мышки будет захватывающей. Но после они вполне могут либо заключить союз с тем условием, что Альбедо поможет ему обрести собственную личность, либо Нигредо может и к Бездне примкнуть и попытаться уничтожить Монд, или возродить Дурина как своего слугу, или попытаться затащить Альбедо в его сердце и обьединить их. Всё возможно, просто надо обсуждать.
Могу показаться суровым и серьезным, но на деле я просто такой же социальный инвалид, как Альбедо. На деле я открытый ко всем форматам общения и написания постов; не люблю только, когда пропадают без предупреждения. Вызывай в гостевой, если заинтересовался: прилечу тут же и поговорим)

пример поста;

Альбедо не любил посещать бары: как и любые людные места, они быстро утомляли его, а если они ещё и были закрытыми, с накопленным густым запахом человеческих тел и глоток, витающим под крышей, то они автоматически сдвигались всё ниже и ниже по шкале его предпочтения. Более того, он мог употреблять алкоголь, но не мог опьянеть: его создательница пыталась создать не просто искусственную жизнь, но усовершенствованную. Ей было мало играть в богов, она хотела улучшить их работу — и ей это удалось.

Альбедо, проведя время в городе вина и песен, даже не жалел, что не может опьянеть. Алкоголь отуплял чувства и медленно, но верно убивал мозг. С первыми у него и так была проблема, а вторым он не был готов пожертвовать даже ради развития и поддержания таких хлопотных социальных связей. Он никогда не считал себя полноценной частью Мондштадта, и было бессмысленно надеяться, что он когда-то ей станет. До тех пор, пока Город Свободы давал ему всё необходимое, Альбедо отплачивал ему тем же и даже большим.

Тем не менее, сейчас алхимик смотрел на лицо человека напротив, опустив протянутую ладонь без какой-либо видимой и невидимой неловкости, и целую долгую секунду испытывал сожаление, что считал посещение баров глупой тратой драгоценного времени. Альбедо был внимательным и ничто не принимал, как должное. Он ставил под сомнение всё, чему не имел рационального объяснения: это был его главный принцип действий и жизни как учёного, алхимика, капитана следственной группы, наконец.

Он уже видел такую форму зрачка, относительно недавно и на женском лице, однако он ни с чем не перепутает её. Метка такой же формы украшала его шею, которой он рассеянно коснулся, прежде чем сдвинуть ладонь к подбородку, задумчиво обхватывая свой локоть другой рукой. Альбедо был уверен, что никто не заметил этого очевидного (для него) признака принадлежности к павшей безбожной нации: люди в Мондштадте были на удивление слепы, даже когда были трезвыми. Никто не задавал вопросов, никто не задерживался взглядом на неестественном зрачке капитана кавалерии или ярко-желтой звезде на шее главного алхимика.

Но Альбедо это дало некоторую надежду. Если Кэйя выжил и даже жил в Городе Свободы так спокойно, всю жизнь, если алхимик правильно помнил, значит, и его наставница могла выжить одна. Значит, у них ещё был шанс встретиться.

Всё это пронеслось в голове гомункула за то время, что хмельной капитан напротив приглашал его остаться. Альбедо чуть прищурился: ему будет очень интересно пообщаться с Кэйей, но позже. Капитан никуда не денется, и алхимик сможет получше подготовиться к разговору с ним. Сейчас неизвестный вор стоял выше на приоритетной лестнице, чем оказавшийся из Каэнри’ах коллега.

— Вот как? Что ж, рад за Вас, — всё так же спокойно и ровно произнёс гомункул, не улыбаясь более, но лишь потому, что он был задумчив. — Спасибо за щедрое приглашение, но, боюсь, мне придётся отказаться. Есть кое-что, что я ещё должен проверить. Не смею больше прерывать Ваш отдых, сэр Кэйя. Надеюсь, в следующий раз Вы позволите мне угостить Вас.

Альбедо всё же улыбнулся, и склонил вежливо голову, разворачиваясь и выходя из бара, направляясь к главным воротам и пересекая мост, но затем остановился. Осмотревшись, алхимик стянул перчатку, коснулся своего Глаза Бога и закрыл глаза, концентрируясь. Искать обычные улики было уже бесполезно: прошло слишком много времени. Следовательно, он обязан был попытаться найти хотя бы какие-то невидимые обычному человеку следы самозванца. Если на нём или на вещах, которые он нёс, были хотя бы отголоски элементальной энергии, Альбедо увидел бы их.

Элементальное зрение, доступное ему, по общему мнению, как и всякому аллогену, на деле было выведено матерью. Она не рассчитывала на то, что её творение будет иметь амбиции достаточно сильные, чтобы быть признанным богами, уничтожившими её родину и большинство «детей», поэтому наделила его талантом, который имела сама. Дарование ему таланта манипуляции Гео было злой иронией, но всё же только послужило усилению его зрения.

Алхимик открыл глаза, держа ладонь на неярко светящемся Глазе Бога, позволяя глазам секунду-другую привыкнуть к ярким и не очень цветам, которыми внезапно окрасилась ночь. Дендро от растений и остатков разрушенной телеги неподалёку, следы Анемо от шевелящего его волосы ветерка, догорающее Пиро — кто-то здесь сражался, и ещё сотни следов, мазков, точек и линий, оставленных живыми существами. Альбедо терпеливо осмотрел всё, что показалось ему хотя бы отдалённо интересным, покружил по местности, не отнимая руку от Глаза Бога, но в конце концов наткнулся лишь на то, что посчитал отголосками собственной искусственной энергии.

Крайдепринц разочарованно вздохнул, хмурясь и ненадолго закрывая глаза, возвращаясь после к обычному зрению, и наконец оглянулся. Бесплодные поиски привели его к развилке дороги за Спрингвейлом: прямо лежало ущелье, ведущее к винокурне, а к югу - обход, огибающий опасное место и поднимающийся так же к «Рассвету». Дальше дороги сливались и прерывались у озера рядом с виноградниками, откуда по побережью можно добраться до Ущелья Спящего Дракона и начать восхождение на Драконий Хребет. Слишком много территории. Даже если по невероятному совпадению обстоятельств и удачи самозванец ушёл на гору, найти его там ночью будет невозможно. Не говоря уже о том, что настолько очевидно подставляться алхимик пока не собирался.

Альбедо покачал головой, вздыхая, и поправил почти пустую сумку на плече. Нужно вернуться в Монд, принять душ, что-то поесть, переодеться в чистое, наконец. Вора он уже давно упустил и достаточно повеселил невольную компанию, бегая кругами, как курица без головы, сжимая Глаз на шее. Придется сказать Джин, чтобы достала ему копии поручений, соврать, что потерял их в бою с хиличурлами.

Но Бездна его побери, он не любил свидетелей своих ошибок.

— Вы заблудились, сэр Кэйя? — пассивно-саркастично заметил Альбедо, складывая руки на груди. Крио Глаз Бога был таким ослепляюще-белым пятном на картине, нарисованной гомункулу Элементальным зрением, что он должен был быть слепым, чтобы не заметить. Хотя обычным глазом каэнрийца было не заметно, и двигался он на удивление бесшумно, в этом ему не откажешь.

Отредактировано Albedo (2022-07-17 06:04:55)

+8

35

orochimaru
[человек (оптимистично) | отступник, учёный, Легендарный Саннин, таки чертовки хороший учитель]

http://s7.uploads.ru/L2zX4.gif http://sg.uploads.ru/XriSj.gif
[indent] » naruto
Три Легендарных Саннина, три ученика — на одного по каждому. И каждый превзошел своего учителя, так или иначе переняв что-то от. Орочимару, стало быть, мой. И я правда совру, если скажу, что ничего не перенял у него. Правда совру, если скажу, что совсем его не понимаю. Правда совру, если скажу, что со временем не становлюсь похожим, подняв ставки от жизни одного человека до выживания всего человечества. Думаете, я преувеличиваю? Нет. Саннин знает, что это так, и потому так очарован. Ведь только хороший учитель наслаждается и наблюдает за теми учениками, что превосходят его. Нам обоим это дало многое, а начиналось всё... не так.

Орочимару не отрицает, что я давно перестал быть для него просто приглянувшимся, как Итачи когда-то, сосудом. А я по-прежнему продолжаю говорить, что три года, проведенные с ним — это пустая трата времени, давшие мне недостаточно. Это маленькая ложь очень сильно похожа на нас, но важно ли оно теперь? Вещи куда сложнее и куда проще, чем кажется.

У Орочимару и Итачи — вы не поверите — имелась одна общая черта: одержимость жизнью и смертью. Только если брат интересовался тем, что находилось между двумя точками, одинаково ценными и фиксированными, второй отрицал точку Смерти как таковую, совершенно не беспокоясь о том, как проходил путь между этими обозначениями — главное не добраться до пункта назначения. Со временем, конечно, у них появилась и ещё одна общая точка — я, но это уже более сложная, запутанная и совсем неоднозначная история. Быть может, просто все гении мыслят схоже хоть в какой-то из плоскостей.

Учиха — глаза. Учиха — сила. Учиха — страх. Учиха — контроль. Получи глаза Учиха — получишь силу, страх, контроль. Простая истина, за которую члены клана поколениями убивали друг друга и за что убивали — да уважали — другие. Дар и проклятие с перевесом явно на вторую чашу, мимо которого не смог пройти и Орочимару. Шаринган лишил его  рук, причинял боль, отрезал кусок от ценнейшего — самооценки, а он всё равно был одержим ими, видя в этих глазах ответы на все вопросы мира, что лягут прекрасным покрывалом на то, что откроется за бессмертием.

Но вот Учиха не стало. Вернее, осталось лишь двое: лучший из когда бы то ни было живущих и... какой-то ещё. Забитый, одинокий, никому не нужный, потенциальная угроза, а потому находящийся под наблюдением столь же пристальным, как и ставший джинчуурики Наруто (какова ирония судьбы, Орочимару всегда находил мотивы и действия людей весьма занимательными, глупыми и хлипкими, совершенно порой нерациональными), потому менее желанный и недоступный какое-то время. Не получилось с первым раз, два, три, снова и снова, так переключился на второго, не бросая своих попыток. А закончилось оно... вот как, очередная ирония: встречей со Смертью, от которой так умело скрывался. И прощание с ней же. От одних и тех же рук. Всё от тех же глаз. Нет, в самом деле, не иронично ли? Будь осторожным со своими желаниями, ведь они временами воплощаются самым неожиданным образом. Мы оба знаем.

С Саннином мы во многом похожи, хоть и разные по своему содержанию. Его, казалось, интересовал весь мир, в то время  как мой мир — клан — был полностью уничтожен, оставив разве что нишу для ненависти и пустоты. И тем не менее, у познания и пустоты имеется общая точка соприкосновения — сила. Отсутствие границ, что на протяжении веков лимитировали силу человеческого тела, духа и разума. То, ради чего можно пойти на многое, за что впоследствии непременно осудят.

Знал ли Орочимару, что не видать ему сосуда? Возможно. Я без малейшего понятия, чем он мотивировался и как думал. Быть может, знал. Быть может, наделся да на что-то рассчитывал. Быть может, не привык сдаваться, пойдя на поводу собственного желания да недооценив ту силу, что лежала за пределами техник и знаний. А, быть может, просто получал удовольствие от нашего времени, ведь по-своему умел видеть и ценить прекрасное. Я не знаю, правда. Для меня он омерзительный, отвратительный, тошнотворный и зашедший настолько далеко, что перестал быть человеком вовсе. Во мне трудно вызвать омерзение, как и желание отвести взгляд, как и тошноту, но у Орочимару получалось из раза в раз вызывать во мне такую реакцию. Насколько сильно это повлияло на меня и насколько много дало я понял только потом, повзрослев. Так ведь всё равно мерзкий, а? Больной ублюдок, чтоб его.

Можно много спорить о том, верен ли я в своих суждениях касательно пользы потерянных у Саннина лет, но... Есть одна вещь, за которую я ему благодарен. Орочимару даровал мне самооценку, понимание собственной ценности, что с детства забивалась во мне и, казалось, отсутствовала вовсе (всегда второй, не как старший брат, не важный, сам по себе); Орочимару видел и верил в меня, пускай даже и в качестве отправной точки для сосуда. Так, как, кажется, никто никогда не верил прежде (только потом я узнаю, что вторым таким человеком,возможно, являлся мой брат; какая ирония, как у нас чертовски много иронии). В мире шиноби нет психиатрии, но отчасти именно в его роли выступил Саннин. Даровал ли ты мне её - самооценку, потому что Итачи поубавил и твоей самооценки тоже? Возможно, я не знаю. Но это правда та деталь, за которую я действительно благодарен. По-настоящему. Пускай она же и привела к тому, что я не стал твоим новым сосудом. Это распустилось в нечто более сильное, а значит прекрасное; таков ход событий. Я правда был не против отдать тебе своё тело, ты просто в какой-то момент не сумел доказать, что неизменно нужно мне. Ирония (снова, опять) жизни, повороты судьбы, интересные сценарии, к которым ты, оказывается, тоже бываешь склонен.


У нас насыщенное прошлое, но ещё более насыщенное у нас будущее после войны. Ты продолжаешь наблюдать за тем, кого не без удовлетворения считаешь своим лучшим и самым интересным учеником (многих ли ты вообще называешь учениками?), и именно к тебе я обращаюсь чаще других. Терпишь, когда в очередной раз увожу свою команду из твоих убежишь; вообще низменно много терпишь (ведь ты изначально мог вести себя со мной по-другому; что же тебя вело, из чего ты исходил, позволяя мне быть нежной, но требовательной розой в своем палисаднике спартанцев?). И немало получаешь взамен: я приношу тебе интересные экземпляры и знания из миров да измерений, где ты не способен побывать сам, но где потерянной одинокой душой блуждаю я, пытаясь найти своё место и понять суть мира. Возможно, наши эксперименты (очень) плохо кончатся. Возможно, ты как-нибудь захочешь побывать на той стороне со мной. Возможно, мы возродим целую планету в какой-то далёкой вселенной. А может быть и нет. Есть же между нами что-то общее, чего отрицать? Война это подчеркнула. И речь даже не об одиночестве и злобе, нет. Просто миру нас не понять. Ни масштаба твоего мышления, ни моего бытия проклятым Учиха, для которых на земле места не заготовлено. Какая ирония, какая ирония. Наверное потому ты так любовно облизываешь нашу историю своим мерзким языком. Больной ублюдок. Тварь презренная. Фу.


Хочу отыграть это странное ощущение жития чужеродной твари в моём теле (Метка, часть змея по сути), в моем разуме, и цепи, что несёт в себе полученная взамен этого сила. Из чего вывод: у меня тоже достаточно гибкая и нездоровая фантазия, потому что поиск силы и наличие мозгов, как и талантов - это страшно увлекательно; и годы тренировок, и после воскрешения могло случиться много дичи. В каком-то смысле, у меня ни на кого не имеется настолько много играбельных и не очень идей, как на Орочимару. Считаю, что винить меня не в чем. Считаю, что быть способным вызвать тошноту и чувство омерзения у Учиха Саске,который 24 "почему я не удивлен мми да старайся удивить меня лучше лол дав общем-то насрать (я хочу убить брата и сдохнуть господи скорее)" - это очень мощно и говорит обо всём, на что вообще способны слова.
[warning! дичь-индикатор! маска суровости медленно отклеивается, проступает тщательно скрываемое нутро]
Если ты не считаешь отношения Орочимару и Саске самым прекрасным (упоротым, девиантным, умилительным и восхитительным) явлением всея оригинала, то [цензура].
Ладно, здесь я пишу без вролинга, потому не буду скрывать своего искреннего восторга образом Орочимару в целом и его взаимодействия с Саске в частности. Там много вкусной, глубокой, прочной базы (от дважды проваленных попыток заполучить тело Итачи с последующей осторожностью при работе с Учихами и до, до, до). Это же больной ублюдок, кам'он! Если у ДиСи для такого есть Пингвин, то у Наруто есть Орочимару - и это ВОСХИТИТЕЛЬНО. Я скажу честно, что не раз сам себе играл Саннина, потому что отчего-то (ха-ха) его не берут, а любовь моя почти также сильна, как к Саске. Но играть себе его самого подустал, живого бы человека, ну. У меня тут куча шутеек (дегенерата) за пятьдесят, восторгов и прочих признаков тотального неадеквата в духе "Орочимару просил собрать образцы в баночку и долго любовно изучал их пипеточкой", но давай сделаем вид, что я не отбитый и не мертв внутри. Потому что Отбитым (но! грамотным - это высший пилотаж ролевого и душевного искусства) следует быть Орочимару; я-то стабильно внутри ниалё.
Ибо вне шуток, если серьёзно: Орочимару - это ОЧЕНЬ глубокий, разносторонний, сложный, интересный и насыщенный персонаж, которого без любви и желания включать как мозг, так и альтернативное мышление, играть не получится. Мне плевать на лицо, размер постов, тройку, да вообще на многое плевать - за настоящего Орочимару я всё прошу. Отсыплю юмора, экспериментов, вкусных глубоких отсылок, диалогов, реал-лайф-альтов, модненьким побуду, да чего угодно,я не оч хдоровый. Ай, да бросьте: здоровый бы к Орочимару не пришёл и почти три года бы не вытерпел (поговаривают, что здоровый человек Саске не выдержал бы тоже, но Саннин как раз общепринятой менталочкой не отличается, он выше этого; их всех).
Вот, сейчас ассоциация про взаимодействие: бывает короче шкодливый сынка, который весь такой незалежный, очень незалежно держится за мамкину юбку, матюкается, опять же - незалежный ибо - и весь такой, ну такой, короче. Мамка (или папка, или... с Орочимару все так сложно!) сохраняет хладнокровие, на провокации ебанько подросткового не ведется, ибо сынка перерастет, возраст такой, а сама вечерами любовно ласкает ношенные им штанцы и вспоминает про первый выбитый сынкой на тренировке шиноби глаз, детально помня цвет и запах какулек в младенчестве. И нет, я не больной, ассоциации же приходят сами по себе, и... Короче. Бхмн. Как же я, сука, мертв внутри. Как же, сука, мертв.
https://66.media.tumblr.com/avatar_aa0fdc558785_128.pnj
ПРОСТОПРИХОДИУМОЛЯЮ.
У нас каст маленький и без общего сюжета (навсегда), но КАКАЯ К ЧЕРТУ РАЗНИЦА, КОГДА У ТЕБЯ В АРЕНДЕ ПЕРСОНАЛЬНЫЙ ТВОЯ ПРЕЛЕСТЬ ШАРИНГАН.
p.s. Ассоциацию про какулички я даже готов сыграть, без шуток. У меня вообще нет чувства юмора. Оно мертво. Я всегда серьезен.
p.s.s. Орочимару - это воплощение Кишимото: он абсолютно, совершенно, вот вообще нескрываемо наяривает на Саске, возносит Итачи до уровня бога (но наяривает все равно на Соске) и творит чё вздумается, по определению не парясь с обоснуем (мы будем, но тут пафосный гротеск). Если ты тоже немного Кишимото, то мы в одной яме, проходи, присаживайся.
Ну, а в остальном я нормальный, серьезный игрок, привыкший жевать стекло и уводить всё в дарк с психологическими отсылками да библейскими цитатам; могуподелтья ряд психо-разборов от задротов, жевать это и так далее,об Орочи грех не разговаривать часами [застегнул маску, тотально мертв внутри]Помогите.

Это просто МЫ. Понимаёшь,вайбы,ПОНИМАЕШЬ??
пример поста;

Неизменно немигающий взгляд. Какой-то частью себя хотелось уклониться в неестественной позе, лишь бы отодвинуться от Орочимару с этим его мерзким взглядом, совершенно неприкрытым, каким-то... вероятно, Учиха не найдёт полноценного определения, но там непременно будет что-то о бесстыдстве, голоде и наслаждении; подальше от такого прикосновения. Прогнуться, изогнуться, лишь бы по нему ничего не скользило, почти инстинктивно убраться, но... Саске этого не делал, лишь продолжая глядеть своими тёмными, тихо закипавшими глазами, что погрязли в бездне мести и жажды — вернее, необходимости, от которой не сбежать — силы, прямо в чёртовы змеиные глаза. Нет, Учиха Саске может быть усталым, надломленным, каким угодно, но когда у него имелась цель — это единственное, что имело значение; заставить свернуть или остановиться, его могло либо её достижение, либо смерть. Он одинаково готов к обоим исходам, не ища третьего варианта.
      Саннин и близко не понимал, с каким наполнением имел дело. Насколько сильна ненависть Саске. Насколько большую часть его она составляла, являя собой практически его целиком; ничего лишнего в младшем брать быть не должно. Мальчишка же покажет. Не её всю, потому что приберег для Итачи, но достаточно — сейчас или потом — чтобы Орочимару никогда не оспаривал стремление Саске. Его требование. Его часть не озвученного договора, детали которого юного нукэнина даже не волновали. Саннин ещё увидит, что такое настоящая, всепоглощающая, абсолютная ненависть, за которой нет ничего. И не посмеет его ограничивать. Никто не посмеет. До самого Дня Х.
      Ничего не говоря и лишь едва поджав губы, мальчишка убрал руку змеиного саннина от себя. Ему неприятно. Не то чтобы это важно — пускай личное пространство и являлось тем немногим, что имелось у Саске — но ведь иногда ситуации в демонстрации, в деталях, в нюансах? Он не Кимимаро, не Таюйя, не прихвосты, что смотрели в рот или служили из страха. Каждому из них Орочимару что-то обещал, со временем переводя это либо в зависимость, либо в обязательство. Но Учиха Саске не был остальными. Не был как все. Учиха не могут быть как все, и хорошо бы этому мерзкому ублюдку это понять. И дело вовсе не в том, что мальчишка ненавидел — конкретно — Орочимару, ведь ему и не за что делать этого, просто... Саске, нужна, сила. Он, не, может, терять, ни, секунды. Он, обязан, убить, Итачи. Обязан отомстить. Он в отчаянии. Он действовал так — единственно верно — как полагалось тому, кому больше нечего делать, да и терять тоже [кроме своей цели]. Не загнанный, но выставленный в качестве ценного приза; не за просто так, а потому, что не сдался, четка зная, что ему нужно, и ища пути это заполучить. Не зная лишь одного — как. Как перестать быть слабым.
      Орочимару станет его первой серьёзной планкой.
      Подсознательно мальчишка решил это, когда его окутали змеи.
      Стать сильнее Саннина — или слиться Саннином, если это даст необходимый результат, ему давно плевать на себя — критически необходимо, чтобы убить Итачи. Сейчас новоявленный "учитель" для Учиха неподъемный.
      Однако, это не поставит его в положение подчиненного. Это стало бы ошибочной позиций с самого начала. Подчиненным не давали всего; их выстраивали, бросая остатки риса. Саске нужно ВСЁ. Он отдавал ВСЁ и желал в ответ равноценного. Раз уж Орочимару так его хотел. Настолько сильно. И куда более торопливо, чем мальчишка сейчас требовал то, что ему и обещали в случае визита в логово опаснейшего из преступников современности.
      Нет, так дело не пойдёт.
      Если Саске готов отдать за что-то всё, чтобы получить одно простое значение, то и получить обещанное намеревался это без танцев с бубнами. Надо с чего-то начать. Действием.
      Да, ему сейчас не одолеть Орочимару — это логично и понятно, объективно более чем полностью. Мальчишка даже пытаться смысла не видел. Вообще ведь не за тем пришёл, ему нужна сила, нынче силу может дать Саннин, а Саннину нужно быть в здравии и не помирать. Иначе бы Саске не пришёл, если бы уже оказался в состоянии его одолеть. Потому тягаться с ним — глупо. Но и подчиняться, с самого начала почти бесприкословно следуя желаемому омерзительным ублюдком — нет. Ошибочная позиция. Саске не был глупым красивым мальчиком с ценными глазами. Он знал, как временами впечатляли демонстрации. И его самого в том числе. К тому же, многое в самом деле подкатывало к горлу и пульсировало внутри, нуждаясь выплеснуться хоть как.
      Он даст Орочимару то, чего тот сейчас желал больше всего. Даже если думал, что желал иного. Саске плевать, спланировано это или нет: ему просто надо начать действовать, чтобы всё перетекло в то, что мальчишке нужно. Сейчас. Сегодня. И завтра. И послезавтра. И до тех самых пор, пока труп Итачи не упадёт к его ногам. А Саннин естественно не желал убивать его — здесь, сейчас; как и навредить. Хорошо, всё даст. Заодно разгонит себя, вернув с койки в тонус. Быть слабым Саске ненавидел столь же сильно, как Итачи; синонимы.
      "Твой лимит — две за день", — голосом Какаши. Да-да, он помнил. Лимит, что испытал на себе, после обратившись к метке со всеми вытекающим, спасибо. Сейчас и двух слишком много: Саске знал, что Орочимару едва ли с ходу потащит его испытывать Птицу, имея к новому экземпляру слишком много вопросов да предположений. И тем не менее.
      Глаза неизменно на змея, потому что чёрта с два этот раунд так быстро закончится, ещё и прямо со старта. Нет. Особенно пошевелиться Саске не мог, зато близкое положение Орочимару — как нельзя кстати. Помещение небольшое, лишнего в нём ничего не было, а Кабуто послушно стоял у входа, всё отмечая и наблюдая. Ну и чёрт с ним, зачем этого учитывать, не с тем ведёт диалог и "договаривается". Кунаев, сюрикенов, да вообще ничего, что можно использовать или зацепиться. Только Орочимару, койка, закрытое пространство и Саске, чёрт подери, в халате и змеях [эстетика]. Посыл Саннина понял — это к слову, да, потому что Учиха не глупый красивый мальчик с особенными глазами, — что не равняется решению действовать так, как полагалось... кому-то другому, не Саске. Услышал, запомнил, учёл, но сделал по-своему. Пускай знает, с чем предстоит работать, пускай тоже не гребет под общую гребенку и свои готовые планы, свои готовые подходы к кому-то другому. С Саске надо иначе — Орочимару ведь уже это понял, не так ли? Снова: пускай то и получает.
      В руке собирается чакра. Мощная Чидори вовсе не нужна, но реакция живых змей на электричество, реакция чужой чакры в них — это в любом случае движение, а еще некий фактор неожиданности. Потому Саске воспользовался этим моментным послаблением, чтобы резко двинуть рукой и разорвать молнией — демонстративно и воспитательно — сжимавших его змей. Орочимару — мерзкий ублюдок, но не идиот, что важно: Учиха понимал, что Саннин не таков, как все те прочие неудачники и идиоты; ещё в лесу. Неизменно удачно близко, потому его руку и плечо хорошо использовать в качестве зацепки-трамплина, в то время как кровать и, собственно, живот (и колени) нукэнина служили неплохим маневром для отвлечения. Потому что когда змеи разорваны — толчок по тем самым указанным частям, давление в руку, крепко вцепиться ею, дабы вскочить с места и, надавив, использовать Орочимару как опору для кувырка через него же. С тех пор, как они виделись, глаза Саске в самом деле стали сильнее. Из-за... чёртов неудачник, и там Саске тоже поступил по-своему, не как настойчиво хотел Итачи, к чёрту их всех. Тот бой вообще открыл и научил Учиха немалому, и даже от Троицы Звука, подосланной прежде (разумеется он им проиграл, но и не за тем отправляли маячить перед глазами, не так ли?), и Орочимару стоило бы это заметить и оценить [Учиха запомнил и продемонстрированную манеру Саннина в лесу тоже, если уж на то пошло; хорошо запомнил, потому что как объективного шиноби увиденная мощь его напугала]. Если что-то не принести Саске, то он сам добудет это себе как умеет и как знает, потому что ему нужно. Даже если в чёртовом халате.
      Нет, не напрашивался на бой — это бессмысленно. Саске пришел взглянуть и, чёрт подери, взяться наконец за силу, а не языком молоть. Или молоть хотя бы с существенной пользой: Какаши тоже много разговаривал, как и целая Коноха. Они все, чёрт подери, кроме Саске, любили пошевелить языком.
      Ноги прочно приземлились на пол, следом за ними плавно лёг и халат, как ему и полагалось покрывать тело. Кабуто всё там же, Орочимару тоже, зато Саске уже не в кровати, не в змеиных кольцах, подальше от обоих и, в общем-то, в каком-то смысле даже имел некое условное пространство для маневров. Даже если здесь делать нечего.
      — Твои правила, наша общая заинтересованность в успехе и моё исполнение, Орочимару, — прямой взгляд, слова звучат медленнее. Вкрадчиво. Не требовательно, скорее даже... с намеком на дипломатичный паритет, что не оспорить. Почти констатация, но не совсем — Саске не безрассудный и понимал, с кем имел дело. Как и кое-что иное. — Они все — не я, не забывай об этом. Я Учиха. Значит и правила придется подправить, чтобы отточилось исполнение.

Отредактировано Uchiha Sasuke (2022-07-17 12:41:02)

+2

36

uzumaki karin
[выжившая, подопытная, преступница, спутница]

http://sd.uploads.ru/UixGm.gif http://s9.uploads.ru/Cxovc.gif http://s9.uploads.ru/w4QgG.gif
[indent] » naruto
Карин — это ещё одна Узумаки, от и до. Тоже сделавшая меня своей фиксацией, какое совпадение. Тоже навязчивая, до назойливости; временами шумная и излишне подвижная, вовсе не сильная - на первый взгляд - в бою куноичи. И тем не менее, полезна. Очень. Крайне. Исключительные способности, которыми умеет пользоваться и готова охотно — со мной — поделиться. Она на деле действительно показала, что не только полезная, но и ценная. Сообразительная, даже умная: я не сомневаюсь, что Карин смогла бы запросто стать джонином, если бы пошла по пути официальных званий. Просто ей это не нужно; она о другом. Способная быть интересной собеседницей, не будь я не рыбой,  заместо того стала надёжной спутницей. И, если бы я задался подобной целью, то выбрал бы именно её для восстановления клана Учиха, в том числе как и обладательницу хорошей генетики и выносливости; но это не моя цель. Если копнуть чуть глубже, куда важнее знать об Узумаки другое: она - дитя войны, людской жестокости, суровых реалий и одиночества. Надломленна, перемолотая, загнанная. С ранних лет осталась одна, никому не нужная вне суицидальной службы. Сначала - ненастным шиноби, после - ненасытному Орочимару. Последний, конечно, оказался внимательнее и прагматичнее, находя большее применение талантам и даже кое-как их вознаграждая при верной службе, но полученные прежде и так и не излеченные травмы стали неотъемлемой частью Карин. Она такая странная - нестабильная - потому, что это реакция её психики. Она - это травматика и результат многолетнего абьюза, обесценивания личности и игнорирования всякого «я». Она - это та, кто теперь всегда должна за кем-то следовать, умея, впрочем, должным образом выбирать, за кем именно. Верная, несчастная, точно такая же ходячая девиация, как и я. Не был бы я в своё время так слеп и одержим идеей отмщения, так непременно бы заметил это; и признал. Так, при всей жестокости, понимании языка силы, девиантности и странности, Карин вовсе не является дурным человеком. Просто враждебный и токсичный мир кругом меняет людей. Ей ведь по сути совсем мало нужно для счастья: чтобы я был рядом; для абсолютного счастья: чтобы я улыбнулся. Вы не понимаете, не видите свет? Хах, я тоже не видел. Удивительно, насколько сильных и верных женщин мне посылает судьба, словно это, хах, должно спасти меня (от себя). Ты же последуешь со мной даже за грань этого мира, за горизонт? Впереди много приключений. Какое-то из них способно уничтожить наш мир, создать новый или стать для нас последним. Трудно иметь дело с тем, кто пошел по пути бога, но каждый ученик однажды превосходит своего учителя. Карин не привыкать; она лишь боится, что я потеряюсь совсем.

Сейчас, глядя на всё, что было, я не могу не удивиться тому клану, к которому ты относишься. Вы, Узумаки, все похожи на Солнце? Идёте до конца, сколько вас не бей, не оскорбляй, сколько раз не бросай, не предавай, сколько не втаптывай в грязь, сколько конечностей не лишай? Вы всё равно остаётесь преданы тому, к чему себя привязали, всё равно несёте в себе свет, словно бы вас это лишь мотивирует? Сквозь истории, сквозь обиды, сквозь годы. Ненормальные. Ведь что ты, что Наруто — вы в этом одинаковы, в какой-то момент я отчетливо заметил это, однако ценность, возможно, придал бы только сейчас. Быть может потому, оказавшись во тьме так глубоко, что хотелось избавиться от света, я действительно пожелал убить тебя на какие-то мгновения — как не такой же, но близкий к Наруто источник. Не вышло. Ни с кем из вас. Спасибо.

Знаешь, что для меня странно, непонятно, глупо и удивительно? Ты просто хочешь, чтобы я улыбнулся. До сих пор. По-прежнему.

В следующий раз мои извинения будут искренними.


Пот-военная ветка Орочимру откровенно слабая и хромая, потому я предполагаю, что они вполне могли бы время от времени выбираться по зову Саске, поскольку он нынче бродит по миру, зачастую в неизведанных землях, с неизвестными шиноби и неизвестными техниками; иногда в хранилищах Орочимару тоже бывают полезности, к слову. Иметь Карин будет ценно, она же, в свою очередь, сможет увидеть мир, узнать много нового; как и почва для взаимодействия. После Войны и прочего я считаю, что с Узумаки станет глубже и интереснее, каплю серьезнее. Я считаю, что это можно вкусно развить, было бы желание. Всё же история Карин по уровню самоотдачи превосходит ту же Сакуру, также пронесенная через всю жизнь — прекрасная резинка, чтобы опробовать на прочность. К тому же, тьма не ушла из Саске, как и он остался собой, без всей это радужной попсы & хэппи энда (сломавшего ряд характеров персонажей, неизменно горю даже спустя столько лет; always ©). У Карин есть возможность раскрыть себя с иной стороны, как и стекла поесть. Вообще плюс Учихи в том, что где он, там и стекло. Много. Завод. А что ещё играть? Нет, не так: зачем, если не стекло? Могу заикнуться про то, что всё изначально выглядело не как системный абьюз, но по факту вполне себе, что... Да брось, вкусно же. А какая у Карин самой по себе история, а! Считаю, что потрясающий персонаж, если не самый вкусный среди основных женских героинь. Я её обожаю, честно, и грущу от недооцененности и непонятости публикой.

Готов заиграть психологизм, элементы драмы (с Учихами иначе никак), вязкую связь и односторонние попытки пробить стену. Они не без шанса получать попеременный успех, вот только чем дальше в лес, тем сильнее Учиха пытается отгородить себя не просто от людей, но от самого мира. Ему нет в нём места и, ненавидя все кругом от ноющей безнадежности, он больше всех ненавидит себя - за своё существование и то, что не умер когда-то. Что может привести к чему-то страшному; даже более страшному, чем война. Элементы юмора тоже более чем уместны, ибо кам'он.  Карин - это очень вкусный и глубокий образ, который можно великолепно раскрыть. Недооценённый каноном, а зря. Кроме того, как видно, если мы по-настоящему сыграемся, я могу рассмотреть данный (несчастный и не счастливый) пейринг, он мне нравится. По крайней мере, насколько это вообще возможно с Саске. Приключения, цикличность мрака, не совсем стабильная сама по себе Карин — великолепно, вносите вместе с умением вкусно писать и желанием развивать персонажа. Драма, юмор, нц, различного рода ау-модерны (по Наруто обожаю) — yes please.

Мне бы хотелось видеть грамотного игрока, который способен писать мне (с другими сама решит) +- по посту в неделю (иногда чаще, иногда реже: я понимаю реал, если там не каждую неделю смерть котиков, дедлайны и откудатовдругвзявшийнеписец; warning: у меня всегда стоит на игру, меня заводить не нужно, проблемы бывают только со временем и недостаточно хорошими соигроками, чтобы его на них тратить).

пример поста;

Стало легче: больше никуда не надо торопиться, больше никто не давил, больше не оставалось вопросов, ответов на которые Учиха не способен найти (получить) самостоятельно. Легче, правда. Ценность мира, ценность людей, устремления, что бы то ни было в принципе в момент словно бы отпустило. Связи, что имелись, не оборвались совсем, но перестали перетягивать шею, обещая задушить. Ненависть никуда не ушла, но не грузила валуном в грудной клетке. Всё просто стало как-то... не ограничено. Ни временем, ни персонами. Стало неважным, несущественным, не стоившим для Учиха ничего. Ему просто стало... пусто. Почти никак. Учиха лишь ощутил, что чертовски устал. От мира, от людей, от чакры, от новостей, от событий, от себя. И эта усталость ощущалась им буквально физически, наконец дав понять, что вообще-то битвы измотали, а психическое напряжение имело место быть. Наверное, это хорошо. Раз чувствовал это, значит точно живой; не иллюзия и не Ад.

Последствия войны не трогали: случилось равно то, что и полагалось войне. Кто-то умер, что-то разрушено, кто-то победил, что-то непременно ждало впереди, пока снова не найдется повод, достаточный для новой локальной или мировой войны. Так было до него, так будет после, независимо от существования Учиха Саске. В каком-то смысле, таким (разрушенным и неопределенным) мир ему нравился даже больше; в принципе нравился, хоть сколько-то, ибо хотя бы от части соответствовал внутреннему состоянию Саске, в коем тот пребывал, в каком-то смысле, буквально с ранних лет. Сейчас юноша вообще мало чего трогало, из конкретного - совсем ничего.

Он не знал, что делать дальше. Не знал, какую цель ставить теперь и куда двигаться; кому мстить или кого спасать. Куда и к чему стремиться. У Саске не было планов. Пока непонятно, на что тратить жизнь. Слишком много предстояло переварить, обдумать; слишком во многом разобраться. Часть лишнего скинута сейчас, но это только начало. Не война - в ней нет ничего нового или непонятного для того, кто вырос в сильнейшем клане, существовавшем, как и шиноби в целом, исключительно ради войн - но то, что открылось во время неё, породило множество вопросов, и теперь стоило бы разобраться в том, какие из ответов нужны Учиха, что способны дать и могут ли являться дальнейшим руководством к действую, или даже скорее поиску. Неопределенность и пустота, тлеющая, но не горящая уничтожающим пламенем Аматэрасу. Юноша как не был понят, как был лишним во всём этом мире тысячи красок, так и остался. Просто теперь... теперь они никому ничему не должны. Теперь никто не будет пытаться найти его - Наруто кое-что да понял, теперь непременно тоже возьмется искать самого себя. Теперь мир и Саске шли параллельно, но не вынуждали друг друга соприкасаться. Теперь Саске наконец-то остался один.

Люди ему не нужны. По крайней мере, сейчас. Стоило на какое-то время остаться наедине с собой. Обдумать, разобраться. Стать сильнее. Ещё сильнее. Чтобы быть способным задаться любым вопросом, как и вынести любой ответ. Как Итачи или в отрыве от него - значения не имело; Саске приобрел слишком многое, и теперь ему нужно было освоить всё это, приумножить. Неизменно: одному. Без никого. Он последний Учиха. Уже никогда более не тот, кого в полной мере способен понять мир; и даже Наруто. Прошлое, что не будет отсечено. Прошлое, шагнувшее в настоящее, но за стеклом. Хах. Какие они всё-таки идиоты.

Саске не думал о том, будут ли пытаться его найти, арестовать, вернуть, поговорить - ему плевать, всё равно удалится отсюда. Люди сейчас не понимали, что произошло и где находились, потому им элементарно не до какого-то там зазнавшегося мальчишки. Если же кто-то пожелает... Что же, так тому и быть.

С приближением "Така" Учиха пришлось притормозить, а после остановиться совсем, когда уже достиг той черты леса, где даже не каждое дерево оказалось с корнями выкорчевано из земли: последствия Войны раскинулись на многие километры, за месяцы земля успела прочувствовать на себе всю силу чакры, что имелась в мире шиноби и самой земле.

- ...

Взгляд скосился на Карин, спиной чувствовал Джуго, а там и Суйгетсу перед глазами замаячил. Что же, значит, для них это было не просто временной договорённостью. Всё-таки. Какое-то время он помолчал.

- Мы всего достигли и больше ничего не должны друг другу, - спокойно, отстранено, с присущими манерами и тоном выдал, как и всегда прежде. - Можете идти куда захотите или возвращаться к Орочимару. Мне всё равно.

Отредактировано Uchiha Sasuke (2022-07-17 12:42:04)

+2

37

uchiha madara
[основатель конохи, легендарный шиноби, полубог, дед без таблеток]

https://media1.giphy.com/media/Mc2ek1EHywePK/giphy.gif
[indent] » naruto
Люди слишком быстро и просто забывают хорошее. То, что сделал кто-то, или хорошее в принципе. Люди не ценят то, что сами же строят, ни во что не ставят ни кровь, ни боль, ни даже собственную жизнь. И проще разрушить, даже если строить - бессмысленно - придётся на руинах и кладбище. Мадара со временем понял, что мир таков; мечты, попытки, порывы: если по-хорошему, то они не работают. Лишь только давлением и силой, подчинением и отсутствием альтернатив, ведь иначе... люди начнут жрать друг друга, глупцы, плести интриги и всё вернётся туда же, откуда и началось; не важно, будет ли это поселение, деревня, клан, страна или целый мир. Он вообще много чего понял, и чтобы это понять, очень многое прошёл и ещё большее потерял. Где-то там,говорят, остались и сердце, и рассудок.

Прав ли был Мадара хоть сколько, чем он руководствовался, к чему вел и что должно было строить (тем, кто умел лишь воевать и ничего не знал о мире), потеряв столько поколений прежде - это больше никому не интересно. Историю пишут победители. Историю пишет система. Иных истин - кроме ими прописанных - не существует.

Пускай объяснением всего будет проклятие рода и цена, что в итоге пожирает самого сильного, добравшегося до дна; оттуда не возвращаются.


Навскидку. Давай предположим, что я согласился на твоё предложение. Мы прокляты, мы не вписываемся в мир, этот мир нам должен;  общая тема братьев и боль одиночества, как и видение того, что с миром что-то не так. Вот только что бы изменилось, стань я с тобой на одну сторону? Мы бы убили Наруто. А дальше? Мир бы погрузился в счастье. А дальше? Кагуя бы воскресла, тем самым став воплощением - ха - единственного предназначения Учиха (для большего твоё воскрешение не было нужно, таков план богини). А дальше? Взялись бы убивать и её тоже, договорились бы? А? Давай представим; больше нам ничего не остаётся делать. Мы всегда найдём, что строить, что разрушать, за что бороться и кому мстить. И, возможно, заменим друг другу тех, кого неоднозначно любили более остальных: своих старшего и младшего братьев.

Я ничего не расписываю. То, что выше - это общий концепт альтернативы, где может быть множество разных веток. Я бы сыграл, почва чёрная-чёрная и плодородная-плодородная. К тому же, хочу поиграть по филлерной реал-сюжетке, также много вариантов (хэй, фанфикшен). С удовольствием бы ушел в реал-ау, особенно всякий бизнес, криминал, мафию, моделинг и ко. Очень ОЧЕНЬ нравится динамика, вот как тут, прямо сил нет (где мой щюгар дядюшка я не понял кстати??). На ролках так ещё круче подать можно. На изи повожу для вас Изуну, кстати. Как игроку же мне очередь важно, чтобы претендент был грамотным и заинтересованным, заседал где-то между эстетом и всратым в хламину, а также чтобы писал стабильно да активно (месяцами я постов не жду, не занимайте роль впустую, пожалуйста). Об остальном договоримся, я нынче учусь находить общий язык с людьми..

пример поста;

С точки зрения рутины ничего не изменилось: стоило разобраться с физическими последствиями случившегося, приведя себя в порядок, как всё привычное возобновилось. Отличная учёба, спорт, ещё больше спорта, ещё больше его полезного проявления в виде борьбы и рукопашного. Оценки неизменно не имели права ухудшаться, как и дисциплина, как и поведение — это могло являться отвратительной педагогикой, ужасным и вредительским подходом, и т.д., однако как ни крути, позитивный результат также имелся. Внутренне Саске может быть и страдал, загнанный в свой подростковый Ад со слишком большим причин, чтобы сломаться, однако рутина, давление, не падающие стандарты и вот это всё поддерживали в нём рутину, привычки и уклад, не давая съехать, удариться в разнос себя и тому подобное. Даже если оно и было нужно, как и помощь специалиста, понимание и много чего ещё. Всё-таки Саске был Учиха, привык к немного иному подходу к жизни, им же воспитан и пропитан, потому... да, наверное, оно всё-таки помогало. А то, что внутри пустота и словно бы вечный песок на зубах, всё больше вопросов и какое-то хроническое тягучее ощущение разочарования от ничтожности — это не то, что должно существовать; это слабость Саске, его персональные черты, не должные проявления, что должны пройти, само-вывестись, не вылазить наружу и подавляться. По крайней мере, собственное сознание пыталось убедить его — пока ещё достаточно успешно — что так должно было быть и так было.

На деле подросток задавал вопросы; не всегда окружающим и не всегда вслух, но те ответы, что получал вербально и не очень, загоняли его ещё глубже. Ведь правда ничтожный, ведь правда проблемный, ведь правда разочарование; просто по факту. Итачи делал всё, что должно быть сделано, и в этой картине места для Саске, похоже, всё-таки  не имелось, не хватало. А может быть на самом деле задевало — добивало — другое. Детали рушащихся авторитетов.

Саске помнил разговоры после, особенно с братом. Но ещё сильнее его коробило то, что отец с тех самых пор почти перестал смотреть на него. Ни то от омерзения, ни то от стыда, ни то от разочарования, ни то из-за чувства вины — Саске не мо сказать точно, ведь чужая голова была для него загадкой. Однако ударило это сильно и... Что одна жизнь супротив справедливости, не так ли? Кредо Учиха таково.

Автопилот спасал. Пока каркас не поддавался коррозии, внутреннее разложение не имело значения. Может быть, если сгниет и истощится всё, будет даже лучше, и Саске станет функциональным... полноценным, как у них принято. Без понятия. Он слишком не значим и повержен, чтобы вдаваться в это. И слишком презирал драму, на которую тянула его жизнь. Дешевая, подростковая, а всё равно болела.

Сегодня был тот единственный будний день, когда у младшего Учиха не имелось никаких тренировок, дополнительных занятий или курсов: он посвящал его домашнему заданию на всю неделю, документалистике и самообразованию, что занимало, как правило, всё свободное время. Саске сомневался, что до сих пор хотел заниматься чем-то подобным, поступая так, как поступила с ним семья, и встречая людей, с которыми обошлись как с ним, но привычка оставалась привычкой. Преступления вгоняли в странный ступор сломанности реальности, и потому с автоматизмом Саске пока не спорил. На иное у него, в общем-то, не имелось внутреннего ресурса. Автоматизм спасал.

Выйти, найти взглядом нужную машину, что обычно забирала его (на всякий случай), пройти до неё. Оклик из автомобиля, что находился за два до нужного, проигнорировал, мимолётно и едва уловимо скосив взгляд на. Только когда дверь открылась и там показался Мадара, пришлось остановиться, неизменно держа одну руку в кармане, а вторую на сумке за плечом.

Саске не знал его лично, но прекрасно осведомлён о том, кто этот человек такой. Отец периодически упоминал его, когда разговаривал о судах, подозрениях, "ублюдок выйдет на свободу" и так далее; в той же сфере, только на немного другой стороне. Кто больше о справедливости о ней ли хоть кто-то — вопрос открытый.

Знание того, что это Мадара, по влиянию не то чтобы уступающий отцу, заставило всё-таки задержаться, не пойти дальше. Просто потому, что Саске его не помнил в плане личных встреч, и дел никаких не имел. С чего бы Мадаре тут появляться, ещё и для "Поездки" с бесполезным школьником? Непременно ошибся или оказался не в курсе того, кто Саске есть. А если бы что-то случилось с родителями или братом, об этом бы сообщили иначе, а никак не какой-то важный, но в персональном плане далекий и не значимый Мадара.

— Не уверен, что вам есть смысл тратить на это время: по делу стоит обращаться напрямую к отцу или Итачи, мне помочь нечем. Простите, у меня тоже мало времени.

Поправил сумку и вознамерился дойти до машины. Рутина — это важно. Ничего стороннего Саске не надо. Ему и без того отчего-то не комфортно.

Отредактировано Uchiha Sasuke (2022-07-17 18:28:37)

+1

38

suigetsu hozuki
[подопытный, преступник, напарник, тянет на одну из форм дружбы]

https://pa1.narvii.com/6387/e7defcc753fe7d9ba5e16868a49a0f66fb887426_128.gif https://pa1.narvii.com/7114/86bb31b3ea6f043e3566e3cb5f64522a8a36e42er1-480-270_128.gif https://pa1.narvii.com/6614/75d1eba7ad4c0ec89ac37f476a914503e69e77ab_128.gif
[indent] » naruto
Суйгетсу — это тот независимый тип, который не против отсидеться, спрятать голову в песок, признать, что напуган, напоминать о своей независимости, но при этом всё-таки приходить (из раза в раз), когда можно было просто слинять. Он не привязчивый, не отличается ни принципами, ни верностью, всегда будучи себе на уме и прекрасно зная, что стоит дорого, будучи сильным и исключительным. Прекрасно читает людей и много играет на публику, при том что на деле страдает от недостатка интереса к жизни и скуки, которую пытается разбавлять своим умом и тыканьем палкой в окружающих. Часто получается. Суйгетсу не сказать, что хороший человек, но куда лучше, чем мог бы быть, а временами даже неплохой и живой парень, если уметь читать его полутона и правильно на них играть. Свободолюбивый, но признающий силу и имеющий свой перечень страхов, что способны (всегда будут) заставить его подчиниться. О, да, ублюдочный Саннин вне конкуренции, разумеется; тот умеет что пугать, что вызывать отвращение (даже в таком крепком орешке как Саске). И тем не менее, может быть командным игроком. На выгодных ли условиях или просто потому, что так интереснее, или может потому, что на деле ему не всё равно, как то и дело об этом повторяет - сие Суйгетсу решает сам. Ибо, супротив всего, не привык нарушать своего слова, верен обещаниям и, в общем-то, устоявшейся компании тоже. Потому, непременно, после Войны ещё не раз сходился с Саске. И даже не только для того, чтобы временно избавиться от Орочимару, к которому был вынужден из панического страха вернуться, вызывающего мурашки по коже.

Сомнений нет: их путь ещё не окончен, а судьба не раз ещё сведёт. В конце-то концов, у Суйгетсу нет причины отказываться от очередного приключения, выпади такой случай. По шумовому (или, напротив, всегда молчавшему) фону так просто соскучиться. Чего он, конечно, никогда не признает, ибо как показала история - тот ещё преданный водяной (который правда вовремя и правда случайно появлялся, нарушая уединение с Карин; спасибо).


Я хочу отыграть прошлое: как минимум год у нас в кармане (поздний период Орочимару, Акакци и Четвертая Война). В дальнейшем я вижу, что Саске с Суйгецу регулярно сходились (также более чем уверен, что с учетом неизменной реакции последнего на Орочимару, ему даже в радость покидать логова змея, ибо). Если хочешь, можем в том числе заняться поисками мечей и их аналогов — Саске полезны знания и видение мира, а у Суйгецу нет смысла не делать шаг-другой навстречу своей мечте.

А ещё хочу сделать упор на реал-ау, немного всратых. Есть зарисовки, а можно и без них. Лишь бы весело и задорно.

Наверное, это роль для зрелого игрока: чтобы чувствовать грань его невоспитанности в подаче, это достаточно сложно; у водяного имеются свои границы дозволенного, как и триггеры. Шикарно бы увидеть неплохое чувство юмора, ибо... Да очевидно, почему. Остальное традиционно: грамотность, заинтересованность, умение писать. Пост раз в 2-3 недели вполне устроит (вне периода временных игровых запоев или тормозов из-за реала не на постоянной основе), лицо да размер не важны совершенно.

пример поста;

Он шевеления где-то у плеча и более ощутимых тисков, повлиявших на положение Саске, тот вскоре вернулся в мир живых. Провалился ведь непроизвольно, тело правда тянуло в сон, хоть и чувствовал себя в целом лучше, что с этим поделать? Спасибо, наверное, Итачи, что не разбудил и вытерпел?... Наверное плечу не очень комфортно, или затекло, или вспотело, но раз возмущений не последовало, то и ладно, Саске не станет об этом заикаться.

— Я случайно, — всё-таки озвучил, словно бы привычно оправдываясь-объясняясь перед старшим, спросонья оно не слишком осознано. Но это про сон, а не про плечо, ага? Мол, даже если бы до воскресенья проспал, то что с того, что он мог с этим поделать, честное слово. В конце-то концов, Саске лишь человек; в очень дерьмовом возрасте. И хорошо, что своих немного покрасневших щёк не видел, хотя мог бы ощутить. То ли из-за сна и пробуждения, то ли из-зач неловкости, то ли потому, что детство временами напоминало о себе самым тупым и ненормальным образом. В любом случае, помотал головой, чтобы прийти в себя, и невыразительно зевнув, прежде чем разбираться, который сейчас чес; с днём понятно, итачи уже сказал, что суббота, и явно за полдень.

— Мне нетрудно сварить рис, — отозвался, перекатиться на край кровати, привстав, свесив ноги да поднявшись, чтобы пройти к варочной мини-поверхности. Не то чтобы на этой квартире хранилось что-то ещё, да и младший Учиха не отличался изысканными или необычными предпочтениями в еде. А аппетит вроде был, а вроде и не было. Если Итачи хотел, то мог делать что угодно, но Саске правда несложно.

Ещё какое-то время ничего не происходило: Итачи вскоре вновь вернулся к работе, уйдя в неё едва ли не до полой потери связи с миром; Булочка немного носилась туда-сюда, умильно напала на ноги хозяина, привлекая внимание, чтобы с ней поиграли, а после нежно стала чесать зубы о большой палец на руке Саске. Сам юноша, закончив с котиком, принялся убирать. Потому что... Просто. Что ещё делать Саске не знал, а уборка — дотошная — его временами успокаивала, когда мозг бесполезен, а общее состояние незавидно.

Когда закончил и с этим, вернулся на кровать, где более не лежа, а сидя, потянулся к ноутбуку и тоже потерялся. В квартире повисла некоторая тишина. Саске в наушниках: в социальных сетях за неделю успеть написать многое, а это он еще за предыдущие две почти не читал; и в школьном-не-учебном чате все отчего-то оживлённо спамили и...

"Чего?"
В какой-то момент Саске снова решил, что ни то бредит, ни то чего-то не понимает, однако странные вещи происходили
"УЧИХА ЗАМЕСТО КАЛЛИНА!", "ЗАЧЕМ ЭДДИ, КОГДА ЕСТЬ САСКЕ?" — и какие-то странные скрины, где наклеено лицо, эм... Его? Принялся следить за тем, откуда и почему это пошло, что вообще за странное явление, почему это у него в личке со всех сторон и в школьном чате. Так и потерялся на добрый час, а то и полтора, снизойдя до прочтения лички, а после навигации в поисковике. Столько нелепых цитат себе в личку про описание вампиром и "сорт герои_а" ему не писали никогда, ив се они вели к одному источнику, как раз тому что все обсуждали...

"Вторая неделя показа "Сумерек 2" продолжает бить рекорды, привлекая молодую аудиторию [...]".

В какой именно момент — на какой стадии разложения после трейлера, разборов, кучи отзывов и потёкшего от школьного чата и лички мозга — Саске решил, что ему надо Это посмотреть он не знал. Вообще без понятия. Просто нашёл себя на том, что купил онлайн-версию, и пускай у неё не столь хорошее качество и вот это...

"Зачем? Что я творю?" — подумалось ему, когда палец так и не мозг сделать клик "пуск". Взгляд в поисках ни то ответов, ни то спасения, ни то перекладывания этого опыта, скосился на Итачи. Тот, казалось, почти не двигался, впялившись в свой ноутбук и изредка моргая. Чай на тумбочке с ним давно остыл, и даже кашель брата не отвлекал.

"А что, если..."
Итачи ведь завтра всё равно свалит, хоть и воскресенье. А не завтра, так послезавтра понедельник. Он уже не умирал, а значит любой момент может стать последним на ближайшие... эм... как там у них с общением в вечностях?... А так, получается, прохлаждался у младшего, занимал его место, толку никакого, работать-то и дома мог. Значит, подумалось эгоистично и явно в некотором бреду, пускай часть внимания посвятит брату. Не совсем ему, но... Саске не уверен, что с Этим справится один.

Потыкал старшего локтем в бок: никакой реакции. В плечо — никакой. Позвал по имени раз — ничего. Два — ничего. Шепнул на ухо — повёл головой, протянув руку для "погладит котика", не отрываясь от экрана. Итачи явно не тут. Хм... Нет, идея буквально засела в голов Саске, и это стало сиюминутной идеей фикс, проявлением вредности, болезни, обид и игривой ностальгии, как случалось в детство, сколько рано бы оно у Учиха не заканчивалось. А всё-таки.

К слову о котиках — это идея неплохая. Не поленился слезть с кровати, взять Булочку, принести и устроить на клавиатуру. Итачи снова лазом не повел, сначала опустив чужой пушистый белый хвост, а после и отодвинув котика в сторону, тот спрыгнул на пол с "мур", удалившись к своё лежбище.

Итачи притворялся? Играл? Раздражал? Реально настолько не алё?
Ну точно, теперь дело принципе. Саске тоже Учиха, Саске тоже умеет.
Ками-сама, он настолько чётки видел лицо брата,когда тот не просто поймёт запрос про "давай посмотрим кино", но и увидит, Что перелагает ему младший, что... Он почти готов душу отдать, чтобы увидеть это воочию! Вы н е п о н и ма е т е! Ну или просто не знаете специфику ни Итачи, ни Учиха, ни Саске в этом всём.

Подумав ещё какое-то время, на этот раз ударившись в войну собой, стеснением, вменяемостью, опаской, стыдом, энтузиазмом и сомнением, младший снова обратился к старшему:

— И т а ч и.

А потом, мысленно перекрестившись, положил руки на крышку (пока не гроба) ноутбука, осторожно её закрывая, пока сам устроился поверх в районе братских колен, как делал это когда-то очень-очень давно, чтобы привлечь внимание; тогда это безотказно работало, если только Итачи специально не делал вид, чтобы мелкий ещё сильнее напрашивался, проверяя, насколько хотел внимания или как скоро тому надоест. Ну да, прошли какие-то лет десять; ерунда. У Учиха что возраст. что справка о вменяемости, что образцовая педагогика — просто бумажка, на деле со своими мерками и мерилами.

— Болеть, работая, ты можешь у кого угодно. А раз делаешь это у меня, между прочим... — ладно, удивительно, что слова вообще вылезали из горла. Было бы ему поменьше лет, может быть вполне бы наделал кучу, зная, что нарочно отвлекает от работы или, что тогда было актуальнее, учёбы. На деле, сейчас чувство вины не гложило. В отличие от невысокой, но самой вредной и назойливой температуры, что проделывала с ним... вот эти фот фокусы. Ноутбук совсем захлопнулся, а Саске наклонился чуть пониже. — Посмотри со мной фильм, Итачи.

Отредактировано Uchiha Sasuke (2022-07-17 19:10:08)

+3

39

uchiha fugaku
[глава полиции конохи, глава клана, отец]

https://pm1.narvii.com/6121/38ea1f1889fb4b8b40db09012a2e5bc0bfb2a3cf_128.jpg https://pm1.narvii.com/6750/53a55d26e429750999876ccd70d996306ea2bd52v2_128.jpg
[indent] » naruto
Учиха — это проклятье, это традиции, это — больше, чем клан, это целая жизнь. Учихи — это ритуалы, философия и строй, имеющий в себе элементы Спарты, диктатуры и кланового деспотизма. Суровость, иерархия, конкуренция при позиции "клан превыше всего". Здесь из поколения в поколение, с самого начала, взращивали воинов, убивали неверных, вырезали "побочных" женщин при попытке вынеси генетические особенности за пределы клана. Здесь убивали близких за силу, здесь долгое время не многие доживали до 30-ти, сражаясь друг с другом или погибая на поле брани, будучи полицейскими или наёмниками. Учиха — это уважение и страх; Учиха — это неупокоенный род, который изолирован миром и от которого он не может не быть изолированным. Учиха — это бомба замедленного действия, это неприкаянная душа, которой никогда не найдется настоящего места среди людей. Избавление от Учиха, падение клана — это, кажется, единственный способ успокоения, возможный для нашего рода, унаследовавшего силу богов. Это клан, которого больше нет, и возрождать который смысл отсутствует.

Ты был... суровым. Жестким. Твёрдым. Местами циничным, временами слепым, но клан — клан всегда стоял для тебя превыше всего; жизни, мира, собственных фантазий и покоя. Во многом ты был всё-таки справедливым, и уж точно отдавал больше, чем брал. Клан — это и была твоя жизнь (что передалось и мне, ведь мир за пределами нашей резиденции меня с малых лет вовсе не интересовал). В войне и мире, в протесте и согласии, в Конохе или против неё. Как и многие Учихи прежде, ты хотел сделать как лучше, у тебя был план, ты знал, что клан, как и Коноха, не могут существовать в установленной системе дальше, и пожелал её изменить. Не вышло. Ты принял альтернативный сценарий. С гордостью, смирением и выдержкой. Ты — это тот глава, которого подобный нашему клан заслуживал. Просто... система не желает меняться; никогда. Ей нужен враг и козёл отпущения, чтобы оправдывать свои несовершенства.

Скажи, если бы ты увидел меня сейчас, если бы оценил то, чего я достиг, то признал бы меня, наконец? Или всё сравнил бы через призму Итачи? Не отвечай, впрочем. Ты никогда не будешь горд мной, я уверен; никогда не увидишь во мне личность. Я не осуждаю. Ведь даже это заложено в духе и философии нашего клана. Я понял его как никто глубоко, капнув даже глубже тебя и, кажется, Итачи. Но всё не о том, мы ведь больше никогда не поговорим, не так ли? Наверное, жаль. Мы столько всего упустили в прошлом, но время не вернуть.

Мне никогда не нужно было чужое признание, сторонние комплименты и прочий мусор от людей, чье мнение для меня не играло роли. Для меня были важны лишь два мнения, существовали лишь два авторитета: ты и Итачи. Ты — первичнее, ты — важнее, ты — абсолютный авторитет, ты — всё, что мне нужно было. Твоё признание; пока ты сам не переложил меня, словно приз и награду, на плечи старшего, такого правильного и образцового. Моего существования и того, что я не Итачи, но всё равно важен. Не знаю, любил ли ты меня хоть сколько-то, но при жизни сказать об этом так и не успел. Значит, нет. Учихэтому в любом лучае не Учат,ужточно не словами, правда? Нет, мне не в чем тебя винить: Итачи был абсолютным гением, а моя простая гениальность меркла и блекла. Смешно, а. Наверное, я бы на твоем месте поступил также. Наверное, будь я на твоём месте, всё бы кончилось так же. Мне просто... знаешь, до того, как я ушел к Орочимару, мне всё-таки было немного обидно, подсознательно: я учил и тренировал себя сам, не получая никакого внимания, кроме редких подачек брата; моя самооценка была ниже любого ученика академии или даже посредственного представителя клана Учиха. Но я ведь не был хуже. Я просто.не.был.Итачи. Наверное, твоё — ваше — одобрение стало для меня главным триггером, но и главной мотивацией. Жаль, конечно, что ты не видел, насколько усердно я истязал себя, правильно или неправильно (ведь мне не говорили, как надо), но тебе оно и не нужно было, ведь так? Кругом забот много, а клан требовал слишком много сил, чтобы находить их ещё и на меня. Я всё равно люблю тебя, отец. И бесконечно уважаю. Ты бы узнал это: не словами, а делом; как у нас и принято.


Очень хочу этого персонажа для игры в семейную психологию и клановые суровые реалии в прошлом. Очень. Никогда такое не играл, но горю желанием попробовать.
Кроме того, с удовольствием сходил бы в филлерные сюжеты, где клан не вырезан, да и в целом "история могла бы пойти иначе".
В основной игре персонаж мёртв — это неизменно. Но ничто не мешает мне случайно заглянуть в Ад или Лимбо, встретив там тех, кого больше нет.
Акцент логичнее делать на разного рода мистических и модерн-ау. О, я тебе задам жару, бать.)

Дайте мне грамотного, разумного, состоявшегося игрока средней активности. Жевать учиховское стекло, элементы деспотизма и сложных взаимоотношений отец-сын — это можно играть вкусно, даже если кажется, что на игру событий мало. Тут ведь дело в качестве, да. А если у нас ещё и Итачи будет, то и игры сразу больше. Пиши по всем вопросам, приду отвечать как можно скорее.

пример поста;

— ... а всё-таки ты не Изуна, — последние... последний... целую вечность в голове и вокруг Саске не было никакого другого голоса, кроме этого. Никакого другого человека или места, кроме этого. Он уже путал время суток, а мозг — из-за усталости, стресса, веществ и вообще всего — в принципе соображал туго, впитывая информацию и тут же её пропуская. Саске не уверен, что у него имелись силы и желание на то, чтобы пытаться держаться. фокусироваться и что-то догонять. Ему плохо, ему всё равно, ему почти страшно, если бы только не всё так мутно.

Болели руки, болела голова, болел зад, да вообще много чего болело, если честно — уже словно бы и норма, словно и привычка, хотя даже в его далеком от вменяемости состоянии это не могло нравиться, вот оно и не нравилось. Саске в принципе не очень понимал, почему всё так, и, главное, зачем?

Когда Мадара предложил на пару дней съездить отвлечься в домишко за городом, что то ли арендовал, то ли купил для этого, у Саске не имелось поводов отказываться: как бы погано, вызывающе и показательно он себя не вёл, а трудиться продолжал много. потому что это отвлекало. Тело постоянно на спиде, как и мозг, как и внутренний мир. Компания Мадары так или иначе брала всего его под контроль и сие нивелировало, что ужасно в любых иных условиях, но не сейчас. Без него Саске бы... да не знал, что бы он без Мадары. Точно не был бы там, где оказался сейчас. Правда, вот прямо совсем-совсем сейчас это звучало весьма... иронично. Кто бы сомневался, впрочем. Кто бы сомневался.

С Итачи он не общался, вообще. Заместо прямого общения имелась Мэй, что служила неким посредником. Она Саске в целом нравилась: и внешность шикарная, и ненавязчивая, и мозг, и характер как раз такой, что с его тяжелым справлялся. В общем, как к агенту у неё претензий никаких, даже подобие доверия. Саске закрывался ото всех остальных, но для неё щель всё-таки оставалась. О том, что через две открытые вещи его уныния кто-то мог и прослушку дома, и камеры, и вообще следить за ним, так сказать, со всеми наглядными деталями — старался не думать; да и даже если... хах. Пускай подавится. Ему не жалко. Он никогда жадностью не отличался, между прочим. Просто суть в том, что сейчас кроме Мэй никто не знал, что Саске в мини-отпуске. Правда, ничего более ей не известно также. Мадара настаивал, а Саске... ему, опять же, плевать. Будет весело, а более ничего смысла не имело.

— Он делал это, знаешь, так... неповторимо. Я бы продолжал наблюдать за этим дальше, до самого конца, но в какой-то момент его тяга к гедонизму стала вредить больше положенного, — за эти дни Мадара, кажется, много рассказывал об Изуне. О всех его кутежах и бесконтрольном скатывании вниз, в котором старший брат не отказывал, наслаждаясь и балуя: каждому человек всей жизни, не так ли? Для Саске — мать, для Мадары — младший брат. Просто Мадара конченый ублюдок, Учиха с потрохами, повернут был как ублюдок, так сказать — не как нормальные люди с точно такими же проявлениями. А Саске, чёрт подери, правда был похож; и на мать, что Мадаре была кем-то там по Фугаку, в общем, по юности лет и за ней наблюдал тоже... Без шанса для Саске на нормальную историю, не так ли?

[...]

— Я бы, конечно, тебя не допустил ещё в початке, но, знаешь, Фугаку неплохо оттягивал свою смерть, заставляя меня попотеть. И свою, и пацана своего; я отвлёкся, а? Ничего. Ты поможешь мне вспомнить, что я тогда ощущал, Саске, хотя ты всё-таки умудрился заставить меня не жалеть о том, что твоё рождение допустили. А потом останется только Итачи, теперь один на один, без распыления на прочих и без опыта живого папочки, — догонять было так себе, если честно, потому что все слова уже мешались, двоились, прям как Мадара перед глазами. Саске даже не уверен, что это всё происходило по-настоящему.

Мадара наверняка понимал, что Саске уже ничего никому не скажет да и в целом не в состоянии всё осознать-разобрать-понять, потому был откровенен. Как говорится, не только действиями, но и словами. Возможно, ему не первый год хотелось сказать нечто подобное? Что же, чесать чужие хотелки и фантазии — это разве не как раз-таки работа Саске, м?

Его, кажется, снова взяли за волосы и что-то — снова — влили. В этой вечности Мадара говорил, что пока красота и молодость не покинули, стоило увековечить её, не дав перешагнуть стадию не возврата. Мол, "не переживай, следов не останется, ты станешь новой Мэрилин Монро, так и не раскрывшим весь свой потенциал, но с таким чувственным, тонким внутренним миром". Отчего-то из уст Мадары про внутренний мир звучало совсем двояко, но...

Когда в пальцах почувствовалось что-то острое и тонкое, Саске постарался скосить туда мутный взгляд, дабы сообразить. Это... нож? Лезвие? Что? Оно упёрлось в руку, чуть надавливая. Собственной же рукой, второй. Кажется, Мадара то ли сказал, то ли сделал что-то ещё, но Саске не отвечал за то, что это реально. Он знал одно: ему плохо. Очень плохо. Каждый частицы его бытия, тела и души. Это ни разу не то, что он заслужил, и ни разу не то, чего желала бы для него мать. Мать... мать...

Всё само, правда. Так будет лучше. Действительно.

Всё хотя бы закончится.

Он просто отключится, когда крови будет слишком много, и пятна красного смешаются с вечным черным, спевшись в смешанном не смешном танце.

Отредактировано Uchiha Sasuke (2022-07-17 19:39:11)

+1

40

kakashi hatake
[шестая тень огня]

https://i.imgur.com/yXicvmT.png https://i.imgur.com/OubvBJ8.png  https://i.imgur.com/PMVc2Xb.png https://i.imgur.com/pl9supx.png
[no prototype]

[indent] » naruto

Не сказать, что Хатаке Какаши — учитель от Бога. Ирука-сенсей — да! А Какаши, я уверен, в глубине своей социально неловкой души боится детей до усрачки. С другой стороны, с такой командой как team seven вообще сложно не заработать себе парочку-другую занятных фобий.

Вообще-то. С таким сенсеем, как Копирующий ниндзя, сложно не заработать нервный тик.

                              Так что, мы квиты.

Не очень-то Вы стремились, Какаши-сенсей, позаботиться о нашем будущем, если честно. В первые годы. Ну, разве что, за исключением Саске-теме. Это было хреновым таким решением, согласитесь — выбрать себе "любимчика", опираясь на удручающую схожесть его истории со своей собственной — хоть и логичным. Так же больно ли Вам было потерять Саске, как и нам? Скучали ли Вы по мне и Сакуре-чан, когда мы обрели новых учителей в лице легендарных саннинов? Хотелось ли Вам снова исправить что-то?..

И не потому ли Вы, в самом деле, следовали за мной по пятам после моего возвращения?

       (Но, даже, если Вами двигало чувство вины, сенсей, я Вам благодарен).

Я обязан Вам тем, что вернулся домой живым. Почему-то однажды стало незыблемым правилом то, что Вы  всякий раз оказывались и оказывались рядом в самый нужный момент, хоть больше и не были моим учителем. Все больше и больше я чувствовал, что Вы стали мне другом.

                               А потом — Хокаге.

(Не думайте, что я был против, хоть тогда и орал до хрипоты о несправедливости бытия, — я не был).

немного вдохновения для принятия решения ;З

https://i.imgur.com/1YIuLGZ.gif


Я могу так целый миник написать, если честно, потому что вторая половина Шиппудена прямо убивает меня наповал взаимоотношениями этих двоих. Да и вообще, пока я не стал Хокаге (Т____Т), кто-то ведь должен приглядывать за деревней. Тем более, что, в отличие от канонично нелогичного канона, у нас Коноха не восстановилась за 2 минуты экранного времени. И мы все еще пытаемся свести концы с концами, но кто-то постоянно их разводит, даттебайо! А в необозримом будущем мы не собираемся скатываться в Боруто. Ахахах, что такое Боруто, не знаем такого!! Ах, да! И еще кое-что. Эт-то... Какаши-сенсей, мне без Вас капец как грустненько. ((

пример поста;

Говорят, свет в послевоенном доме совсем не такой, как в довоенном.

Послевоенная Коноха - думает Наруто - тоже другая. Она кажется незнакомой и, возможно, немного чужой (немного?..). Она не вызывает чувства неприязни или вроде того, вовсе нет! Просто… Иногда кажется, что она вообще не вызывает никаких чувств. И это чертовски пугает.

На самом деле, это доводит Наруто почти до глухого отчаяния.

Потому что не может такого быть.

Так быть не_должно. Но оно есть - появляющееся вспышками, накатывающее ледяными волнами осознание, что как раньше уже не будет. Никогда. “Как раньше” осталось в довоенной деревне, большой, людной, светлой, тянущейся вверх разноцветными черепицами крыш, утопающей в густых зеленых кронах окружающих ее деревьев… Вокруг новой Конохи пустырь - вздыбленная, взрытая множественными боевыми дзюцу голая земля, уродливый шрам, оставленный битвой. Той самой, в результате которой скрытая деревня, которую они все знали, перестала существовать.

В новой Конохе, все еще не отстроенной до конца, дома низкие, приземистые. Простенькие и все одинаково невзрачные. Короткие полупустые переулки вливаются в такие же улицы. Наруто не знакома ни одна из них. Приходится закрывать глаза, чтобы увидеть то, чего нет: врезавшиеся в память углы и повороты, торговый квартал, цветочный магазин Яманака, Ичираку и лавку с масками, ту самую, хозяин которой однажды гнал Узумаки прочь, пинками, проклятиями и обидными словами… Его, конечно, уже нет в живых. А перед глазами - незнакомая стена чужого дома. Тупик.

Новую Коноху не “стерегут” дайме прошедших лет. Нет лиц на Горе Хокаге.

Горы Хокаге больше нет.

Наруто стыдно. Ками, как же ему стыдно! За то, что не может даже заставить себя думать об этом месте, как о доме. Он думает (надеется): “это пройдет”, обязательно пройдет, нужно только чуть-чуть подождать - все они сильно пострадали на этой войне, не только деревня, и люди тоже. В основном пострадали именно люди. И им всем просто нужно немного времени. Да, именно так.

Но на душе почему-то все равно невыносимо гадко.

Наруто чувствует себя предателем.

Наруто не_чувствует себя в безопасности в стенах новой Конохи (наверное, потому, что стен, как таковых, еще и нет… таких прочных и высоких, какими они были). Тревога становится его постоянным спутником - постоянное ожидание беды.

У Наруто просто кошмарные проблемы со сном. Кошмарные - ключевое слово.

В каждом сне - стоит закрыть глаза - огонь и черные тени. Ничего конкретного, никого конкретного (повторяй себе это почаще, Узумаки), но внутренности все равно морозит и стягивает в тугой узел, который поднимается к самому горлу и… Наруто просыпается, выныривает из промозглого, липкого от того, что ему нечем дышать. Спазм проходит не сразу - воспоминания продолжают душить напополам со злыми слезами (как тогда…

прямо как тогда) и блядское сердце пытается сбежать к чертовой матери, проломив собою ребра, потому что к такому его жизнь не готовила. Наруто к такому жизнь не готовила. Он-то думал, что война - самое страшное, что им выпало пережить, но оказалось, что есть вещи и пострашнее.

Впрочем, Узумаки совсем не уверен, что он не единственный, кто сходит с ума.

Свет в послевоенном Наруто тоже не такой, как в довоенном.

И знаете что? Это не_проходит со временем: не отпускает, не лечит и еще много всяких “не”. На самом деле, становится только хуже.

Но все вокруг, кажется, продолжают жить и прекрасно с этим справляются, вызывая чувство острой зависти, безжалостно полосующей по самым незащищенным местам - по сердцу, например. Или по совести. Это больнее, чем получить кунаем в живот.

Наруто кажется, что только он один не_вывозит. Обидно, досадно, но он упрямо продолжает играть по кем-то установленным правилам, основным из которых является “докажи всем, что можешь”: разводит бурную деятельность по приведению деревни в божеский вид (на пару с Ямато-сенсеем принимая едва ли не самое активное в этом участие), ходит на миссии, не берет выходных (и пару раз отрубается прямо в кустах во время слежки), аргументируя это ничтожной численностью шиноби, донимает Шикамару вдвое настырнее обычного, пишет письма в Суну пару раз в месяц, “чтобы Гаара не скучал”, и улыбается, улыбается, улыбается до судорог скул.

Не помогает.

Наруто едва не отправляет на Тот свет двух чунинов - совсем молодых ребят - решивших в ночи сбежать из общих казарм, в которых оставшимся шиноби приходится ночевать, пока деревня полностью не отстроена (сначала мирные жители, и только потом собственные дома обретут они). Ничего не успевших понять парней спасает только реакция Кибы и, как ни странно, Курамы: опасно горячая огненная чакра конвульсивно сворачивается, когда Наруто, выныривая из очередного Ада, подскакивает на своем футоне, сверкая одуревшими голубыми глазами...

Все продолжают делать вид, что все в порядке. Но Узумаки давно научился замечать и расщеплять на составляющие косые взгляды (взгляды, а не людей). Он в этом профессионал.

Ощущение непрекращающегося падения не покидает Наруто ни на секунду - он словно летит в бездну, и теперь ему не за что даже зацепиться, чтобы прекратить это. Вокруг нет ни единого выступа. Мечта стать Хокаге? Любовь к Конохе?.. Отчаянное желание вернуть друга… Куда? Домой? Но Наруто не может заставить почувствовать себя дома, что он может предложить в таком случае Учиха?

Наруто не будет больше гонятся за Саске, потому что они ведь поговорили. В цукуеми, они все выяснили, и Узумаки принял выбор товарища - исправил ошибки детства. Поступил, как друг. Пусть Саске так и не ответил ему на эту дружбу взаимностью. Кроме того, он все еще нукенин, который находится в международном розыске, и даже Наруто не может с этим ничего сделать. Он знает - он пытался. Даже Шестой тени огня не под силу переубедить весь Совет, и уж тем более Какаши-сенсей мало как может повлиять на феодальных лордов.

С этим приходится мириться. Впрочем, самого Саске это, наверное, мало волнует.

Наруто летит вниз, и даже сейчас он чувствует как звенит соединяющая двух людей невидимая нить. У второй половины его души репутация террориста и хладнокровного убийцы. Это тоже далеко не плюс в его копилку.

Сколько сил придется приложить Какаши, чтобы спасти будущее Узумаки от наложения длани Совета, только Ками известно.

Джинчурики старательно избегает Сакуру, потому что она_не_слепая. Потому что смотрит на него иногда, как на неизлечимого больного: с тревогой, беспокойством и сожалением. Не с жалостью, а будто она сама в чем-то виновата. Наруто это не нравится. И он старается как можно реже попадаться ей на глаза.

Но когда бы Харуно интересовало чужое мнение?

Удивительно, но Сакура даже не бьет его. Просто говорит, что запрет где-нибудь и попросит Цунадэ наложить самое сильное запирающее дзюцу, на которое та только способна. Если Наруто не позволит ей хотя бы попытаться помочь.

Аргументы за то, что ему не нужна ничья помощь, и все прочие теоретически возможные возражения прерываются громким хлопком двери больничной палаты и безапелляционным “спи”.

Что ж… Возможно, это не такая уж плохая идея, хоть Узумаки и против того, чтобы оккупировать реанимационное отделение, место в котором вполне может понадобиться кому-то из его тяжело раненых товарищей. Никто не знает, когда миссия ранга А может вдруг перерасти в кошмар класса S, только не в мире, в котором они живут сейчас.

Но тело не обманешь. Наруто устал. Он знает, что, скорее всего, это ни к чему не приведет, что все закончится на очередном кошмаре, но таблетки, выданные Харуно начинают действовать и джинчурики все же вырубается…

...Чтобы очнуться от вопля. Собственного и… Сакуры, чье тело (господи, какие же хрупкое оно на вид!) мгновение назад врезалось в стену с характерным хрустом (Наруто надеется, что стены), отброшенное мощным импульсом огненной чакры В чужих глазах - зеленых, как луг, что раньше простирался за Конохой аж до самого леса - неверие и испуг. Не страх (по крайней мере пока), Сакура, скорее всего, просто была застигнута врасплох… Еще бы.

Узумаки сметает с больничной койки с невообразимой скоростью, так, что он сам практически вжимается в противоположный угол, с неверием глядя на подругу… Вернее на то, что сделал с ней.

- Сакура...

Первый порыв - поспешить на помощь, и собственное тело по инерции дергается в нужном направлении, но Наруто останавливается себя. Нет.

НЕТ, он не должен приближаться к ней, он не… Снова не контролирует себя.

- Сакура, прости...

Впервые после войны Наруто чувствует не растерянность, тревогу или отчаяние. Он в ужасе.

Отредактировано Uzumaki Naruto (2022-07-18 21:38:43)

+2

41

gaara
[казекаге]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/967263.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/718596.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/499495.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/73904.png
[no prototype]

[indent] » naruto

Гаара — первый.

первый джинчуурики, которого встретил Наруто, с удивительно похожей (непохожей) судьбой.
первый. и единственный, кто понял Наруто там, где не смог бы (не захотел) Учиха Саске — в одиночестве и ненависти (своей, чужой), которых не боялся Учиха, но в страхе перед которыми замирали Гаара и Узумаки... до злых слез. до боли. до крови.
Наруто и Гаара принадлежат разным странам. но похоже, что кровь чакра у них одна — пылающая, кипящая огненная и жаркая, душная пустынная. пожирающее, выжигающее тело изнутри пламя. горячий, иссушающий душу, раздирающий ее песчаными осколками ветер. одна агония на двоих.

а у меня внутри росли цветы, их вырвали безжалостно руками
я каждую ночь пытаюсь полить мертвый сад своими жалкими слезами

Гаара говорит, что Наруто похож на солнце. но в самом Гааре света и тепла ничуть не меньше. в отличие от Саске, он позволяет им победить внутреннюю тьму. позволяет вытащить себя из глубокой черной бездны.
вообще-то, из Гаары друг получается куда лучше, чем из Наруто.

и может быть потом, наших падших душ не коснется больше зло
но мне так страшно никогда так не будет уже

Гаара сам "заклеймил" себя любовью — страшной, злой, болезненной. не видившей ничего, кроме алых пятен и разводов. проклятье, которое Наруто хочет (пытается пару раз) стереть с чужого лица: дрожащей рукой, убирая влажные пряди, склонившись над пока-еще-трупом (слабый удар чужого сердца заставляет биться и сердце Наруто тоже); невзначай, (не)случайно мазнув пальцами по алым линиям на лбу, встречая чужой вопросительный взгляд открытой улыбкой... Наруто боится не хочет, чтобы его сердце Гаары снова остановилось.

и где-то хлопнет дверь, и дрогнут провода
привет, мы будем счастливы теперь и навсегда

Гаара первый, кто уверенно и открыто говорит Наруто о дружбе. не подразумевает "по умолчанию", не соглашается безропотно, а  говорит словами через рот. утверждает. возводит в истину, что не терпит сомнений от окружающих. да, действия важнее слов, но Наруто слышит от Гаары заветное "друг" и взрывается тысячей солнц, мириадами звезд. и сияет, сияет, сияет... на много световых лет вокруг.
Гааре тоже нравится это слово. произносить его, принадлежать ему. драгоценное. бесценное. Гаара не знает, почему его так легко говорить Наруто, и практически невозможно заставить себя сказать другим. но он хотел бы научиться у Узумаки и этому тоже.


В общме, мы делаем вид, что Боруто не существует, что это случилось не с нами, и вообще Киши съел что-то не то. У нас собственное понимание канона и того, чем все это должно было закончиться, у нас идея на идее идеей погоняет: для общего сюжета, для знавесочных историй.. Я лично я отчаянно нуждаюсь в развитии и линии Гаары и Наруто, потому что в каноне #недодали. Обидно и возмутительно. Хочу больше совместных историй и ситуаций. Хочу больше раскрыть это потенциально потрясающее взаимодействие двух джинчуурики, особенно в эмоционально-психологическом плане. Хочу, хочу, хочу... Короче говоря, энтузиазма полно, идей много, борщ варить умею, шуба есть, голова не болит! ХДД °˖✧◝(⁰▿⁰)◜✧˖°

пример поста;

Говорят, свет в послевоенном доме совсем не такой, как в довоенном.

Послевоенная Коноха - думает Наруто - тоже другая. Она кажется незнакомой и, возможно, немного чужой (немного?..). Она не вызывает чувства неприязни или вроде того, вовсе нет! Просто… Иногда кажется, что она вообще не вызывает никаких чувств. И это чертовски пугает.

На самом деле, это доводит Наруто почти до глухого отчаяния.

Потому что не может такого быть.

Так быть не_должно. Но оно есть - появляющееся вспышками, накатывающее ледяными волнами осознание, что как раньше уже не будет. Никогда. “Как раньше” осталось в довоенной деревне, большой, людной, светлой, тянущейся вверх разноцветными черепицами крыш, утопающей в густых зеленых кронах окружающих ее деревьев… Вокруг новой Конохи пустырь - вздыбленная, взрытая множественными боевыми дзюцу голая земля, уродливый шрам, оставленный битвой. Той самой, в результате которой скрытая деревня, которую они все знали, перестала существовать.

В новой Конохе, все еще не отстроенной до конца, дома низкие, приземистые. Простенькие и все одинаково невзрачные. Короткие полупустые переулки вливаются в такие же улицы. Наруто не знакома ни одна из них. Приходится закрывать глаза, чтобы увидеть то, чего нет: врезавшиеся в память углы и повороты, торговый квартал, цветочный магазин Яманака, Ичираку и лавку с масками, ту самую, хозяин которой однажды гнал Узумаки прочь, пинками, проклятиями и обидными словами… Его, конечно, уже нет в живых. А перед глазами - незнакомая стена чужого дома. Тупик.

Новую Коноху не “стерегут” дайме прошедших лет. Нет лиц на Горе Хокаге.

Горы Хокаге больше нет.

Наруто стыдно. Ками, как же ему стыдно! За то, что не может даже заставить себя думать об этом месте, как о доме. Он думает (надеется): “это пройдет”, обязательно пройдет, нужно только чуть-чуть подождать - все они сильно пострадали на этой войне, не только деревня, и люди тоже. В основном пострадали именно люди. И им всем просто нужно немного времени. Да, именно так.

Но на душе почему-то все равно невыносимо гадко.

Наруто чувствует себя предателем.

Наруто не_чувствует себя в безопасности в стенах новой Конохи (наверное, потому, что стен, как таковых, еще и нет… таких прочных и высоких, какими они были). Тревога становится его постоянным спутником - постоянное ожидание беды.

У Наруто просто кошмарные проблемы со сном. Кошмарные - ключевое слово.

В каждом сне - стоит закрыть глаза - огонь и черные тени. Ничего конкретного, никого конкретного (повторяй себе это почаще, Узумаки), но внутренности все равно морозит и стягивает в тугой узел, который поднимается к самому горлу и… Наруто просыпается, выныривает из промозглого, липкого от того, что ему нечем дышать. Спазм проходит не сразу - воспоминания продолжают душить напополам со злыми слезами (как тогда…

прямо как тогда) и блядское сердце пытается сбежать к чертовой матери, проломив собою ребра, потому что к такому его жизнь не готовила. Наруто к такому жизнь не готовила. Он-то думал, что война - самое страшное, что им выпало пережить, но оказалось, что есть вещи и пострашнее.

Впрочем, Узумаки совсем не уверен, что он не единственный, кто сходит с ума.

Свет в послевоенном Наруто тоже не такой, как в довоенном.

И знаете что? Это не_проходит со временем: не отпускает, не лечит и еще много всяких “не”. На самом деле, становится только хуже.

Но все вокруг, кажется, продолжают жить и прекрасно с этим справляются, вызывая чувство острой зависти, безжалостно полосующей по самым незащищенным местам - по сердцу, например. Или по совести. Это больнее, чем получить кунаем в живот.

Наруто кажется, что только он один не_вывозит. Обидно, досадно, но он упрямо продолжает играть по кем-то установленным правилам, основным из которых является “докажи всем, что можешь”: разводит бурную деятельность по приведению деревни в божеский вид (на пару с Ямато-сенсеем принимая едва ли не самое активное в этом участие), ходит на миссии, не берет выходных (и пару раз отрубается прямо в кустах во время слежки), аргументируя это ничтожной численностью шиноби, донимает Шикамару вдвое настырнее обычного, пишет письма в Суну пару раз в месяц, “чтобы Гаара не скучал”, и улыбается, улыбается, улыбается до судорог скул.

Не помогает.

Наруто едва не отправляет на Тот свет двух чунинов - совсем молодых ребят - решивших в ночи сбежать из общих казарм, в которых оставшимся шиноби приходится ночевать, пока деревня полностью не отстроена (сначала мирные жители, и только потом собственные дома обретут они). Ничего не успевших понять парней спасает только реакция Кибы и, как ни странно, Курамы: опасно горячая огненная чакра конвульсивно сворачивается, когда Наруто, выныривая из очередного Ада, подскакивает на своем футоне, сверкая одуревшими голубыми глазами...

Все продолжают делать вид, что все в порядке. Но Узумаки давно научился замечать и расщеплять на составляющие косые взгляды (взгляды, а не людей). Он в этом профессионал.

Ощущение непрекращающегося падения не покидает Наруто ни на секунду - он словно летит в бездну, и теперь ему не за что даже зацепиться, чтобы прекратить это. Вокруг нет ни единого выступа. Мечта стать Хокаге? Любовь к Конохе?.. Отчаянное желание вернуть друга… Куда? Домой? Но Наруто не может заставить почувствовать себя дома, что он может предложить в таком случае Учиха?

Наруто не будет больше гонятся за Саске, потому что они ведь поговорили. В цукуеми, они все выяснили, и Узумаки принял выбор товарища - исправил ошибки детства. Поступил, как друг. Пусть Саске так и не ответил ему на эту дружбу взаимностью. Кроме того, он все еще нукенин, который находится в международном розыске, и даже Наруто не может с этим ничего сделать. Он знает - он пытался. Даже Шестой тени огня не под силу переубедить весь Совет, и уж тем более Какаши-сенсей мало как может повлиять на феодальных лордов.

С этим приходится мириться. Впрочем, самого Саске это, наверное, мало волнует.

Наруто летит вниз, и даже сейчас он чувствует как звенит соединяющая двух людей невидимая нить. У второй половины его души репутация террориста и хладнокровного убийцы. Это тоже далеко не плюс в его копилку.

Сколько сил придется приложить Какаши, чтобы спасти будущее Узумаки от наложения длани Совета, только Ками известно.

Джинчурики старательно избегает Сакуру, потому что она_не_слепая. Потому что смотрит на него иногда, как на неизлечимого больного: с тревогой, беспокойством и сожалением. Не с жалостью, а будто она сама в чем-то виновата. Наруто это не нравится. И он старается как можно реже попадаться ей на глаза.

Но когда бы Харуно интересовало чужое мнение?

Удивительно, но Сакура даже не бьет его. Просто говорит, что запрет где-нибудь и попросит Цунадэ наложить самое сильное запирающее дзюцу, на которое та только способна. Если Наруто не позволит ей хотя бы попытаться помочь.

Аргументы за то, что ему не нужна ничья помощь, и все прочие теоретически возможные возражения прерываются громким хлопком двери больничной палаты и безапелляционным “спи”.

Что ж… Возможно, это не такая уж плохая идея, хоть Узумаки и против того, чтобы оккупировать реанимационное отделение, место в котором вполне может понадобиться кому-то из его тяжело раненых товарищей. Никто не знает, когда миссия ранга А может вдруг перерасти в кошмар класса S, только не в мире, в котором они живут сейчас.

Но тело не обманешь. Наруто устал. Он знает, что, скорее всего, это ни к чему не приведет, что все закончится на очередном кошмаре, но таблетки, выданные Харуно начинают действовать и джинчурики все же вырубается…

...Чтобы очнуться от вопля. Собственного и… Сакуры, чье тело (господи, какие же хрупкое оно на вид!) мгновение назад врезалось в стену с характерным хрустом (Наруто надеется, что стены), отброшенное мощным импульсом огненной чакры В чужих глазах - зеленых, как луг, что раньше простирался за Конохой аж до самого леса - неверие и испуг. Не страх (по крайней мере пока), Сакура, скорее всего, просто была застигнута врасплох… Еще бы.

Узумаки сметает с больничной койки с невообразимой скоростью, так, что он сам практически вжимается в противоположный угол, с неверием глядя на подругу… Вернее на то, что сделал с ней.

- Сакура...

Первый порыв - поспешить на помощь, и собственное тело по инерции дергается в нужном направлении, но Наруто останавливается себя. Нет.

НЕТ, он не должен приближаться к ней, он не… Снова не контролирует себя.

- Сакура, прости...

Впервые после войны Наруто чувствует не растерянность, тревогу или отчаяние. Он в ужасе.

Отредактировано Uzumaki Naruto (2022-07-18 21:38:27)

+1

42

hyuga hinata
[куноичи]

https://i.imgur.com/OhiegTA.png  https://i.imgur.com/t1yGYRH.png  https://i.imgur.com/4sIO8VH.png  https://i.imgur.com/RQzOlGm.png
[no prototype]

[indent] » naruto

Хината.
Ты так... Выросла. Не только снаружи, но и внутри тоже.

Изменилась почти до неузнаваемости, но не изменила себе.

Сильная... Ты такая сильная! Но все еще неловко краснеешь — дай только повод.

Ты больше не заикаешься и не падаешь в обморок при встрече со мной. Не пытаешься сбежать. Как давно мы могли бы стать хорошими друзьями? И почему это происходит с нами только сейчас?.. Товарищами мы были всегда. Меня берет стыд за то, что я, сам того не понимая, недооценивал тебя.

Над каждым из нас — из тех, кто остался в живых — война поработала: ни хорошо ни плохо; вырвала что-то с корнем, с кровью, болью; заложила что-то новое, что либо пустит корни в самую душу, вымахает на добрые десятки метров вверх, в стороны, либо увянет, не прижившись; опустила на колени с покорно подставленной шеей; вздернула на ноги и вытолкнула новый мир... Всем нам пришлось приспосабливаться. Но не у всех одинаково хорошо это вышло.

Так ведь, Хината?..

Посмотри на меня и посмотри на себя. Ну и кто из нас теперь герой? Отважно смотрящий в глаза врагу, идущий по своему пути ниндзя, не оглядывающийся, не сомневающийся, готовый преодолеть любые трудности... Ответ известен нам обоим — это не я. Мы поменялись местами, Хината.
Как так получилось, что ты видишь меня насквозь без всякого Бьякугана и понимаешь лучше, чем я сам? Почему я не могу остановиться и закрыть свой чертов рот, когда ты оказываешься слушателем? Доверяю ли я тебе больше, чем самому себе? Возможно. Над этим стоило бы подумать... Ну, если бы я умел.

Ты говорила, что я научил тебя быть шиноби, что это я — та причина, по которой ты та, кто ты есть... Похоже, теперь пришла твоя очередь спасать меня.


У нас канон Боруто идет лесом. У нас свой блэк джек и Орочимару. хдд А у меня свои специфические взгляды на отношения Хинаты и Наруто. И само собой ябобсудил, подробно, детально и эмоционально хдд И да, я из тех людей, которые кидают Киши оюидки за слитых женских персонажей, потому что  вот уж у Хьюга был реально нереальный потенциал для развития! ♥ Очень хочется видеть идейного, адекватного игрока, влюбленного в своего персонажа. Хинату-сама похерили в каноне, так давайте это исправлять!)))

пример поста;

Говорят, свет в послевоенном доме совсем не такой, как в довоенном.

Послевоенная Коноха - думает Наруто - тоже другая. Она кажется незнакомой и, возможно, немного чужой (немного?..). Она не вызывает чувства неприязни или вроде того, вовсе нет! Просто… Иногда кажется, что она вообще не вызывает никаких чувств. И это чертовски пугает.

На самом деле, это доводит Наруто почти до глухого отчаяния.

Потому что не может такого быть.

Так быть не_должно. Но оно есть - появляющееся вспышками, накатывающее ледяными волнами осознание, что как раньше уже не будет. Никогда. “Как раньше” осталось в довоенной деревне, большой, людной, светлой, тянущейся вверх разноцветными черепицами крыш, утопающей в густых зеленых кронах окружающих ее деревьев… Вокруг новой Конохи пустырь - вздыбленная, взрытая множественными боевыми дзюцу голая земля, уродливый шрам, оставленный битвой. Той самой, в результате которой скрытая деревня, которую они все знали, перестала существовать.

В новой Конохе, все еще не отстроенной до конца, дома низкие, приземистые. Простенькие и все одинаково невзрачные. Короткие полупустые переулки вливаются в такие же улицы. Наруто не знакома ни одна из них. Приходится закрывать глаза, чтобы увидеть то, чего нет: врезавшиеся в память углы и повороты, торговый квартал, цветочный магазин Яманака, Ичираку и лавку с масками, ту самую, хозяин которой однажды гнал Узумаки прочь, пинками, проклятиями и обидными словами… Его, конечно, уже нет в живых. А перед глазами - незнакомая стена чужого дома. Тупик.

Новую Коноху не “стерегут” дайме прошедших лет. Нет лиц на Горе Хокаге.

Горы Хокаге больше нет.

Наруто стыдно. Ками, как же ему стыдно! За то, что не может даже заставить себя думать об этом месте, как о доме. Он думает (надеется): “это пройдет”, обязательно пройдет, нужно только чуть-чуть подождать - все они сильно пострадали на этой войне, не только деревня, и люди тоже. В основном пострадали именно люди. И им всем просто нужно немного времени. Да, именно так.

Но на душе почему-то все равно невыносимо гадко.

Наруто чувствует себя предателем.

Наруто не_чувствует себя в безопасности в стенах новой Конохи (наверное, потому, что стен, как таковых, еще и нет… таких прочных и высоких, какими они были). Тревога становится его постоянным спутником - постоянное ожидание беды.

У Наруто просто кошмарные проблемы со сном. Кошмарные - ключевое слово.

В каждом сне - стоит закрыть глаза - огонь и черные тени. Ничего конкретного, никого конкретного (повторяй себе это почаще, Узумаки), но внутренности все равно морозит и стягивает в тугой узел, который поднимается к самому горлу и… Наруто просыпается, выныривает из промозглого, липкого от того, что ему нечем дышать. Спазм проходит не сразу - воспоминания продолжают душить напополам со злыми слезами (как тогда…

прямо как тогда) и блядское сердце пытается сбежать к чертовой матери, проломив собою ребра, потому что к такому его жизнь не готовила. Наруто к такому жизнь не готовила. Он-то думал, что война - самое страшное, что им выпало пережить, но оказалось, что есть вещи и пострашнее.

Впрочем, Узумаки совсем не уверен, что он не единственный, кто сходит с ума.

Свет в послевоенном Наруто тоже не такой, как в довоенном.

И знаете что? Это не_проходит со временем: не отпускает, не лечит и еще много всяких “не”. На самом деле, становится только хуже.

Но все вокруг, кажется, продолжают жить и прекрасно с этим справляются, вызывая чувство острой зависти, безжалостно полосующей по самым незащищенным местам - по сердцу, например. Или по совести. Это больнее, чем получить кунаем в живот.

Наруто кажется, что только он один не_вывозит. Обидно, досадно, но он упрямо продолжает играть по кем-то установленным правилам, основным из которых является “докажи всем, что можешь”: разводит бурную деятельность по приведению деревни в божеский вид (на пару с Ямато-сенсеем принимая едва ли не самое активное в этом участие), ходит на миссии, не берет выходных (и пару раз отрубается прямо в кустах во время слежки), аргументируя это ничтожной численностью шиноби, донимает Шикамару вдвое настырнее обычного, пишет письма в Суну пару раз в месяц, “чтобы Гаара не скучал”, и улыбается, улыбается, улыбается до судорог скул.

Не помогает.

Наруто едва не отправляет на Тот свет двух чунинов - совсем молодых ребят - решивших в ночи сбежать из общих казарм, в которых оставшимся шиноби приходится ночевать, пока деревня полностью не отстроена (сначала мирные жители, и только потом собственные дома обретут они). Ничего не успевших понять парней спасает только реакция Кибы и, как ни странно, Курамы: опасно горячая огненная чакра конвульсивно сворачивается, когда Наруто, выныривая из очередного Ада, подскакивает на своем футоне, сверкая одуревшими голубыми глазами...

Все продолжают делать вид, что все в порядке. Но Узумаки давно научился замечать и расщеплять на составляющие косые взгляды (взгляды, а не людей). Он в этом профессионал.

Ощущение непрекращающегося падения не покидает Наруто ни на секунду - он словно летит в бездну, и теперь ему не за что даже зацепиться, чтобы прекратить это. Вокруг нет ни единого выступа. Мечта стать Хокаге? Любовь к Конохе?.. Отчаянное желание вернуть друга… Куда? Домой? Но Наруто не может заставить почувствовать себя дома, что он может предложить в таком случае Учиха?

Наруто не будет больше гонятся за Саске, потому что они ведь поговорили. В цукуеми, они все выяснили, и Узумаки принял выбор товарища - исправил ошибки детства. Поступил, как друг. Пусть Саске так и не ответил ему на эту дружбу взаимностью. Кроме того, он все еще нукенин, который находится в международном розыске, и даже Наруто не может с этим ничего сделать. Он знает - он пытался. Даже Шестой тени огня не под силу переубедить весь Совет, и уж тем более Какаши-сенсей мало как может повлиять на феодальных лордов.

С этим приходится мириться. Впрочем, самого Саске это, наверное, мало волнует.

Наруто летит вниз, и даже сейчас он чувствует как звенит соединяющая двух людей невидимая нить. У второй половины его души репутация террориста и хладнокровного убийцы. Это тоже далеко не плюс в его копилку.

Сколько сил придется приложить Какаши, чтобы спасти будущее Узумаки от наложения длани Совета, только Ками известно.

Джинчурики старательно избегает Сакуру, потому что она_не_слепая. Потому что смотрит на него иногда, как на неизлечимого больного: с тревогой, беспокойством и сожалением. Не с жалостью, а будто она сама в чем-то виновата. Наруто это не нравится. И он старается как можно реже попадаться ей на глаза.

Но когда бы Харуно интересовало чужое мнение?

Удивительно, но Сакура даже не бьет его. Просто говорит, что запрет где-нибудь и попросит Цунадэ наложить самое сильное запирающее дзюцу, на которое та только способна. Если Наруто не позволит ей хотя бы попытаться помочь.

Аргументы за то, что ему не нужна ничья помощь, и все прочие теоретически возможные возражения прерываются громким хлопком двери больничной палаты и безапелляционным “спи”.

Что ж… Возможно, это не такая уж плохая идея, хоть Узумаки и против того, чтобы оккупировать реанимационное отделение, место в котором вполне может понадобиться кому-то из его тяжело раненых товарищей. Никто не знает, когда миссия ранга А может вдруг перерасти в кошмар класса S, только не в мире, в котором они живут сейчас.

Но тело не обманешь. Наруто устал. Он знает, что, скорее всего, это ни к чему не приведет, что все закончится на очередном кошмаре, но таблетки, выданные Харуно начинают действовать и джинчурики все же вырубается…

...Чтобы очнуться от вопля. Собственного и… Сакуры, чье тело (господи, какие же хрупкое оно на вид!) мгновение назад врезалось в стену с характерным хрустом (Наруто надеется, что стены), отброшенное мощным импульсом огненной чакры В чужих глазах - зеленых, как луг, что раньше простирался за Конохой аж до самого леса - неверие и испуг. Не страх (по крайней мере пока), Сакура, скорее всего, просто была застигнута врасплох… Еще бы.

Узумаки сметает с больничной койки с невообразимой скоростью, так, что он сам практически вжимается в противоположный угол, с неверием глядя на подругу… Вернее на то, что сделал с ней.

- Сакура...

Первый порыв - поспешить на помощь, и собственное тело по инерции дергается в нужном направлении, но Наруто останавливается себя. Нет.

НЕТ, он не должен приближаться к ней, он не… Снова не контролирует себя.

- Сакура, прости...

Впервые после войны Наруто чувствует не растерянность, тревогу или отчаяние. Он в ужасе.

Отредактировано Uzumaki Naruto (2022-07-18 21:38:10)

+1

43

uchiha obito
[призрак, погасшее солнце]

https://i.gifer.com/fetch/w300-preview/b9/b96d7363c617a43bf28f3758c035d874.gif
[indent] » naruto
Эй, призрак, кем же ты прислан? И как быстро?
Мелькнув, откуда-то прилетел бестелесный.
Будь осторожен, я тут рассыпал немного стёкол и лезвий.
Скажи, где приобрёл эти часы без песка,
И с кем за них расплатился собственной резкостью, блеском?
Но версий тут больше, чем несколько, так?
И твоего имени давно тоже больше нет в списках.
А ты случайно ко мне не со злобой? Или за словом?
Или ещё быть может, в чём твоя заинтересованность?
Тебя ведь уже сковал холодный color.
Твой последний новый товарищ пустой, совсем без дыма и смол.
Месяц, луна, снова месяц, и снова луна.
Стабильна картина давно тебе незаметная.
И нет надобности спрашивать время у нас,
Ведь прошлое с будущим твои - давно одна сплошная симметрия.


Обито на самом деле - это такой мрак, такая мясорубка, такое изничтоженное и приправленное нутро, это от белого к чёрному; обожаю. Обито - это пример того, что бывает, если погасить Солнце. И нет, я не воспринимаю войну Шиноби, где он _резко_ передумал, стал хорошим и... ладно, арку Войны я в принципе предпочитаю не помнить. Просто... так не бывает, понимаешь? Не после такого. Если понимаешь и тащишься с того, что трагедия Обито с ним сделала и как он это выражал, то приходи. Едкий психологизм, чёрный юмор и учиховская неваляшка манипулирования - умоляю, мне нужно.
Обито перехватил Саске в самый сложный момент его жизни, в самый мрачный период, и это настолько стекольно, настолько ааАААА-А-А, что... Хочу сего нажратья. Чтобы понимать, с чего я так тащусь: вот, ныряй, тут на всех хватит.

Также хочу много модерн-ау, потому что сами небеса велели. Может по миру шиноби что и найдётся-придумается, но с ходу у меня два указанных ориентира.

Юморок, отбивные, мрачнота, психологизм - да, вот что я хочу, чем хуже и аморальнее, тем лучше. Потому что разве нет в этом учиховской иронии, наследия, преемственности, мести? Очень вкусно и сочно. Вероятно, при правильной подаче даже от нц открещиваться не буду, потому что учихацесты прекрасны в любом проявлении (если это не Шисуи и ноунеймы-имбы для обоснования имбо-техник арки Войны, no thank you).

Будь грамотен, всрат, прекрасен как и подобает Учиха, не пиши посты раз в месяц и да пребудет с тобой наше клановое счастье.

пример поста;

— ... а всё-таки ты не Изуна, — последние... последний... целую вечность в голове и вокруг Саске не было никакого другого голоса, кроме этого. Никакого другого человека или места, кроме этого. Он уже путал время суток, а мозг — из-за усталости, стресса, веществ и вообще всего — в принципе соображал туго, впитывая информацию и тут же её пропуская. Саске не уверен, что у него имелись силы и желание на то, чтобы пытаться держаться. фокусироваться и что-то догонять. Ему плохо, ему всё равно, ему почти страшно, если бы только не всё так мутно.

Болели руки, болела голова, болел зад, да вообще много чего болело, если честно — уже словно бы и норма, словно и привычка, хотя даже в его далеком от вменяемости состоянии это не могло нравиться, вот оно и не нравилось. Саске в принципе не очень понимал, почему всё так, и, главное, зачем?

Когда Мадара предложил на пару дней съездить отвлечься в домишко за городом, что то ли арендовал, то ли купил для этого, у Саске не имелось поводов отказываться: как бы погано, вызывающе и показательно он себя не вёл, а трудиться продолжал много. потому что это отвлекало. Тело постоянно на спиде, как и мозг, как и внутренний мир. Компания Мадары так или иначе брала всего его под контроль и сие нивелировало, что ужасно в любых иных условиях, но не сейчас. Без него Саске бы... да не знал, что бы он без Мадары. Точно не был бы там, где оказался сейчас. Правда, вот прямо совсем-совсем сейчас это звучало весьма... иронично. Кто бы сомневался, впрочем. Кто бы сомневался.

С Итачи он не общался, вообще. Заместо прямого общения имелась Мэй, что служила неким посредником. Она Саске в целом нравилась: и внешность шикарная, и ненавязчивая, и мозг, и характер как раз такой, что с его тяжелым справлялся. В общем, как к агенту у неё претензий никаких, даже подобие доверия. Саске закрывался ото всех остальных, но для неё щель всё-таки оставалась. О том, что через две открытые вещи его уныния кто-то мог и прослушку дома, и камеры, и вообще следить за ним, так сказать, со всеми наглядными деталями — старался не думать; да и даже если... хах. Пускай подавится. Ему не жалко. Он никогда жадностью не отличался, между прочим. Просто суть в том, что сейчас кроме Мэй никто не знал, что Саске в мини-отпуске. Правда, ничего более ей не известно также. Мадара настаивал, а Саске... ему, опять же, плевать. Будет весело, а более ничего смысла не имело.

— Он делал это, знаешь, так... неповторимо. Я бы продолжал наблюдать за этим дальше, до самого конца, но в какой-то момент его тяга к гедонизму стала вредить больше положенного, — за эти дни Мадара, кажется, много рассказывал об Изуне. О всех его кутежах и бесконтрольном скатывании вниз, в котором старший брат не отказывал, наслаждаясь и балуя: каждому человек всей жизни, не так ли? Для Саске — мать, для Мадары — младший брат. Просто Мадара конченый ублюдок, Учиха с потрохами, повернут был как ублюдок, так сказать — не как нормальные люди с точно такими же проявлениями. А Саске, чёрт подери, правда был похож; и на мать, что Мадаре была кем-то там по Фугаку, в общем, по юности лет и за ней наблюдал тоже... Без шанса для Саске на нормальную историю, не так ли?

[...]

— Я бы, конечно, тебя не допустил ещё в початке, но, знаешь, Фугаку неплохо оттягивал свою смерть, заставляя меня попотеть. И свою, и пацана своего; я отвлёкся, а? Ничего. Ты поможешь мне вспомнить, что я тогда ощущал, Саске, хотя ты всё-таки умудрился заставить меня не жалеть о том, что твоё рождение допустили. А потом останется только Итачи, теперь один на один, без распыления на прочих и без опыта живого папочки, — догонять было так себе, если честно, потому что все слова уже мешались, двоились, прям как Мадара перед глазами. Саске даже не уверен, что это всё происходило по-настоящему.

Мадара наверняка понимал, что Саске уже ничего никому не скажет да и в целом не в состоянии всё осознать-разобрать-понять, потому был откровенен. Как говорится, не только действиями, но и словами. Возможно, ему не первый год хотелось сказать нечто подобное? Что же, чесать чужие хотелки и фантазии — это разве не как раз-таки работа Саске, м?

Его, кажется, снова взяли за волосы и что-то — снова — влили. В этой вечности Мадара говорил, что пока красота и молодость не покинули, стоило увековечить её, не дав перешагнуть стадию не возврата. Мол, "не переживай, следов не останется, ты станешь новой Мэрилин Монро, так и не раскрывшим весь свой потенциал, но с таким чувственным, тонким внутренним миром". Отчего-то из уст Мадары про внутренний мир звучало совсем двояко, но...

Когда в пальцах почувствовалось что-то острое и тонкое, Саске постарался скосить туда мутный взгляд, дабы сообразить. Это... нож? Лезвие? Что? Оно упёрлось в руку, чуть надавливая. Собственной же рукой, второй. Кажется, Мадара то ли сказал, то ли сделал что-то ещё, но Саске не отвечал за то, что это реально. Он знал одно: ему плохо. Очень плохо. Каждый частицы его бытия, тела и души. Это ни разу не то, что он заслужил, и ни разу не то, чего желала бы для него мать. Мать... мать...

Всё само, правда. Так будет лучше. Действительно.

Всё хотя бы закончится.

Он просто отключится, когда крови будет слишком много, и пятна красного смешаются с вечным черным, спевшись в смешанном не смешном танце.

Отредактировано Uchiha Sasuke (2022-07-18 21:53:02)

+2

44

rhinedottir “gold”
[мать дракона и монстров, гениальный алхимик Каэнри’ах, великая грешница]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/180/t244844.png
[art by nikkipettt, кликабельно]

[indent] » genshin impact
Звёзды сияют высоко над головой, над фальшивым небом, ослепительно яркие, но далёкие и холодные. Рейндоттир светит ярче всех, сравнявшись с богами в своём высокомерии и мастерстве. Она даёт жизнь и отнимает её, стремясь к совершенству, стремясь доказать превосходство человека над лживыми архонтами и Небесными принципами. Ничто не остановит гений простого человека — и Рейндоттир готова доказать это руками и лапами своих «детей».
Исчезнувшая Родина — малая плата за её бесконечную гонку за высшим знанием. Она творит историю и великие вещи. Ужасные — о да, — но великие.


дополнительно: у Рейндоттир нет Глаза Бога — это мой главный хэд. Её алхимия, позволяющая творить саму жизнь, и так достаточно оп. Также именно она вложила в Альбедо программу по уничтожению Мондштадта. Вполне возможно, что Волки и Щенки Разрыва защищают её и подчиняются ей, поскольку она — их создательница. Помнит Кэйю как принца, что тоже делает её опасной.
Насчёт отношений с Альбедо: Рейндоттир шляется неизвестно где с Сердцем Набериуса, проводит опыты и успешно скрывается от Бездны, Селестии и бывших соотечественников, которые хотят её убить, и своих творений, которые просто хотят её найти. Плевать она на последних хотела, но всё же у неё есть определённая привязанность к Дурину и Альбедо как к своим лучшим творениям. У меня в планах возродить Дурина, и это вполне может спровоцировать её возвращение к Альбедо и дракону, потому что Дурин так сильно любит свою мать, что скорее Селестию из неба собьёт, чем позволит кому-то ей навредить. И после этого можно спокойно и осторожно развивать странные и неловкие отношения холодной матери и сына-гомункула, который хочет с ней сблизиться.
От Дайнслейфа: вполне возможно, что у них были отношения в прошлом, но сейчас Дайн будет пытаться её убить. Альбедо будет ему мешать, и сам факт отношений её бывшего с её же творением будет или поводом для злой иронии, или разочарования Рейн.
Сразу скажу, что этот персонаж нам как каэнрийскому касту очень важен, поэтому готовьтесь к проверке. Обязательно зовите в гостевой меня или Дайна: даже если один не откликнется сразу, второй его известит.

пример поста;

Альбедо не любил посещать бары: как и любые людные места, они быстро утомляли его, а если они ещё и были закрытыми, с накопленным густым запахом человеческих тел и глоток, витающим под крышей, то они автоматически сдвигались всё ниже и ниже по шкале его предпочтения. Более того, он мог употреблять алкоголь, но не мог опьянеть: его создательница пыталась создать не просто искусственную жизнь, но усовершенствованную. Ей было мало играть в богов, она хотела улучшить их работу — и ей это удалось.

Альбедо, проведя время в городе вина и песен, даже не жалел, что не может опьянеть. Алкоголь отуплял чувства и медленно, но верно убивал мозг. С первыми у него и так была проблема, а вторым он не был готов пожертвовать даже ради развития и поддержания таких хлопотных социальных связей. Он никогда не считал себя полноценной частью Мондштадта, и было бессмысленно надеяться, что он когда-то ей станет. До тех пор, пока Город Свободы давал ему всё необходимое, Альбедо отплачивал ему тем же и даже большим.

Тем не менее, сейчас алхимик смотрел на лицо человека напротив, опустив протянутую ладонь без какой-либо видимой и невидимой неловкости, и целую долгую секунду испытывал сожаление, что считал посещение баров глупой тратой драгоценного времени. Альбедо был внимательным и ничто не принимал, как должное. Он ставил под сомнение всё, чему не имел рационального объяснения: это был его главный принцип действий и жизни как учёного, алхимика, капитана следственной группы, наконец.

Он уже видел такую форму зрачка, относительно недавно и на женском лице, однако он ни с чем не перепутает её. Метка такой же формы украшала его шею, которой он рассеянно коснулся, прежде чем сдвинуть ладонь к подбородку, задумчиво обхватывая свой локоть другой рукой. Альбедо был уверен, что никто не заметил этого очевидного (для него) признака принадлежности к павшей безбожной нации: люди в Мондштадте были на удивление слепы, даже когда были трезвыми. Никто не задавал вопросов, никто не задерживался взглядом на неестественном зрачке капитана кавалерии или ярко-желтой звезде на шее главного алхимика.

Но Альбедо это дало некоторую надежду. Если Кэйя выжил и даже жил в Городе Свободы так спокойно, всю жизнь, если алхимик правильно помнил, значит, и его наставница могла выжить одна. Значит, у них ещё был шанс встретиться.

Всё это пронеслось в голове гомункула за то время, что хмельной капитан напротив приглашал его остаться. Альбедо чуть прищурился: ему будет очень интересно пообщаться с Кэйей, но позже. Капитан никуда не денется, и алхимик сможет получше подготовиться к разговору с ним. Сейчас неизвестный вор стоял выше на приоритетной лестнице, чем оказавшийся из Каэнри’ах коллега.

— Вот как? Что ж, рад за Вас, — всё так же спокойно и ровно произнёс гомункул, не улыбаясь более, но лишь потому, что он был задумчив. — Спасибо за щедрое приглашение, но, боюсь, мне придётся отказаться. Есть кое-что, что я ещё должен проверить. Не смею больше прерывать Ваш отдых, сэр Кэйя. Надеюсь, в следующий раз Вы позволите мне угостить Вас.

Альбедо всё же улыбнулся, и склонил вежливо голову, разворачиваясь и выходя из бара, направляясь к главным воротам и пересекая мост, но затем остановился. Осмотревшись, алхимик стянул перчатку, коснулся своего Глаза Бога и закрыл глаза, концентрируясь. Искать обычные улики было уже бесполезно: прошло слишком много времени. Следовательно, он обязан был попытаться найти хотя бы какие-то невидимые обычному человеку следы самозванца. Если на нём или на вещах, которые он нёс, были хотя бы отголоски элементальной энергии, Альбедо увидел бы их.

Элементальное зрение, доступное ему, по общему мнению, как и всякому аллогену, на деле было выведено матерью. Она не рассчитывала на то, что её творение будет иметь амбиции достаточно сильные, чтобы быть признанным богами, уничтожившими её родину и большинство «детей», поэтому наделила его талантом, который имела сама. Дарование ему таланта манипуляции Гео было злой иронией, но всё же только послужило усилению его зрения.

Алхимик открыл глаза, держа ладонь на неярко светящемся Глазе Бога, позволяя глазам секунду-другую привыкнуть к ярким и не очень цветам, которыми внезапно окрасилась ночь. Дендро от растений и остатков разрушенной телеги неподалёку, следы Анемо от шевелящего его волосы ветерка, догорающее Пиро — кто-то здесь сражался, и ещё сотни следов, мазков, точек и линий, оставленных живыми существами. Альбедо терпеливо осмотрел всё, что показалось ему хотя бы отдалённо интересным, покружил по местности, не отнимая руку от Глаза Бога, но в конце концов наткнулся лишь на то, что посчитал отголосками собственной искусственной энергии.

Крайдепринц разочарованно вздохнул, хмурясь и ненадолго закрывая глаза, возвращаясь после к обычному зрению, и наконец оглянулся. Бесплодные поиски привели его к развилке дороги за Спрингвейлом: прямо лежало ущелье, ведущее к винокурне, а к югу - обход, огибающий опасное место и поднимающийся так же к «Рассвету». Дальше дороги сливались и прерывались у озера рядом с виноградниками, откуда по побережью можно добраться до Ущелья Спящего Дракона и начать восхождение на Драконий Хребет. Слишком много территории. Даже если по невероятному совпадению обстоятельств и удачи самозванец ушёл на гору, найти его там ночью будет невозможно. Не говоря уже о том, что настолько очевидно подставляться алхимик пока не собирался.

Альбедо покачал головой, вздыхая, и поправил почти пустую сумку на плече. Нужно вернуться в Монд, принять душ, что-то поесть, переодеться в чистое, наконец. Вора он уже давно упустил и достаточно повеселил невольную компанию, бегая кругами, как курица без головы, сжимая Глаз на шее. Придется сказать Джин, чтобы достала ему копии поручений, соврать, что потерял их в бою с хиличурлами.

Но Бездна его побери, он не любил свидетелей своих ошибок.

— Вы заблудились, сэр Кэйя? — пассивно-саркастично заметил Альбедо, складывая руки на груди. Крио Глаз Бога был таким ослепляюще-белым пятном на картине, нарисованной гомункулу Элементальным зрением, что он должен был быть слепым, чтобы не заметить. Хотя обычным глазом каэнрийца было не заметно, и двигался он на удивление бесшумно, в этом ему не откажешь.

Отредактировано Albedo (2022-07-28 22:42:19)

+5

45

pierro
[лидер, предвестник, чёрное солнце (император) каэнри’ах]

https://c.tenor.com/gdywWT431lYAAAAM/genshin-impact-genshin.gif
[indent] » genshin impact
Огонь из Ада хлынул снова
Бескрайней демонов ордой
И сокрушить она готова
Людей вступивших с нею в бой

В последней схватке обреченных
Уже победа не важна
Все кто предстал пред бездной темной
Шепчут последние в жизни слова:

"Аве Император! Защити меня,
Через пламя битвы, я пройду свет веры сохраня.
Аве Император! Я чист перед тобой,
Уйми пламя боли и даруй душе покой."


МНЕ НУЖНО ПОНИМАЕШЬ КАК ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ ЭТА ИСТОРИЯ ПУШКА БОМБА ДУРКА ЗАВОД? аааАААОООаааА. Недостаточно конструктивно? Ок, сделаю вид, что в Городе Свободы не деградировал, как и велено.

Нет, дело не в том, что ожидать от пацана 7-ми лет шпионажа и влияния на ключевую отрасль - это немного фантастика. У нас на эту тему ответ уже найден, весь лор неплохо прикрыт добротным подорожником. И про мать, что мулаточка из Разлома, когда-то захваченного Империей, и про Глаз Порчи (вроде того, что был у Крепуса), и про всё-всё-всё. Правда, по моему канону мы почти 500 лет провели в Бездне, но тут тоже всё покроем-сделаем, будет красиво, НЕ ПЕРЕЖИВАЙ, Я УМНЫЙ, ВЕСЬ В ТЕБЯ. Уже придумал, где находятся уцелевшие остатки Империи, и в каких отношениях она со Снежной, и на каких правах, и что там осталось и аоаооа ГОСПОДИ ЕСЛИ ТЫ ПОНЯЛ, ЧТО Я ГОВОРЮ, ТО ТЫ УЖЕ ПОНИМАЕШЬ ОФИГЕННОСТЬ ЭТОГО ВСЕГО
А ещё ты тоже проклят. Не как я, ибо я чуть особенный, но как связанный с Древом Жизни (Имперский Род), потому у тебя есть сила как у Дайна, только врожденная и юзаешь ты её немногим иначе (как скоро вы древо сожжете-с?), а не искусственная. И вообще много чего есть. (включая сына спивающегося НО ТО ПУСТЯКИ ПАП)
Здесь же можно такуууууууууууую драму, такоооое стеклище, что... ладно ок у меня просто трясутся руки и слюни текут, я не в кондиции.
Просто приходи, тащись, играй, и получишь одни из лучших постов в своей жизни, я действительно могу дать тебе это. И невероятно вкусную тему отцов-детей, долга, предательства и мести, как и трагедии целого народа (богов тоже ненавижу, если что, будем вместе рэп на эту тему зачитывать). Я обожаю отце-сынов, давай и ты тоже.
А ещё тебя будут обожать и бояться прочие Предвестники, ссаться да ходить под себя вся Снежная, враги, Фатуи и оаоао HOW COOL IS THAT.

Я. СДОХ.
пример поста;

У тебя может быть какая угодно репутация, тебе могут сколько угодно доверять или не доверять, но когда информацию по факту доносят всё-таки именно тебе — это, наверное, и есть прагматичное определение того самого результативного обаяния. Детали не важны.

Следить за путешественником — это вообще-то не цель Кэйя; не изначально и до сих пор не. Просто временами эффективный метод, позволявший обходить пустые траты времени. Слежка также методами альтернативными и, как умудрялся проворачивать капитан, не своими глазами вовсе, почти добровольная, но... Суть не в том.

В Тейвате что-то намечалось. Происходить-то уже происходило, жизнь на месте никогда не стояла, но сейчас речь шла о чём-то серьёзном; масштабном; по-настоящему. Кэйя не брался судить, равносильно ли это тому_событию, связано ли с ним, являлось ли последствием или чем-то отдельным, однако что-то намечалось — точно знал. Вообще знал много, но теперь, когда слишком много не случайностей посыпались то тут, то там, это "знал много" приобретало настолько большое разнообразие смыслов, что хоть зубы стирай от попыток разобраться. Или от ужаса выводов, когда всё-таки удаётся разобраться.

Бард, архоны, путешественник, Шторм, происходящее в Ли Юэ, опять-таки, снова путешественник, опять архонты, везде чёртовы боги, везде что-то глобальное, везде такое... взаимосвязанное и дурное по сути. Разумеется, занимательно; разумеется, Кэйе нравилось; разумеется, он ради чего-то подобного может и жил. А всё-таки. Лиц на сцене слишком мало, а игра их едва ли была честной, ведя к последствиям сомнительным. И если против нечестной игры Олберич, в общем-то, ничего не имел и даже поощрял, ибо не скучно, то к остальному имелись вопросы. Особенно на фоне того, что впервые за долгие годы общая ситуация стала отдавать чем-то очень личным.

Конечно же, Джин в курсе. Путешественник был правда полезным, правда вносил интерес, правда представлял из себя что-то новое, не-случайностью вписанное в его мир, и, наверное, Кэйя был по-своему ему за это благодарен. Как стоило быть благодарным рыцарям Ордена. За то, к примеру, что их капитан щедро позаботился о том, чтобы они всё пропустили; и вернулись домой. Не по частям.

Конечно же, Джин в курсе, и это было хорошо и плохо одновременно. Олберич не слишком загонялся на эту тему, но ради какой-то формальности, что стала привычкой, словно бы нужным якорем, значение оно всё-таи имело. Вот только судя по тому, что та назначила капитану взять с собой "кого-то ещё" — ни черта не понимала, или понимала слишком мало, или понимала не так. Естественно. Потому что Кэйя, увы, понимал не всё, но достаточно, чтобы считать это глупым, непредусмотрительным и поспешным решением. И именно потому, единственно владеющий полученной информацией ака часть верхушки Ордена, совершенно случайно завёл рыцарей на полмили от предполагаемой точки наблюдения; случайно произошёл обвал, разделивший его и рыцарей; случайно самостоятельно оттуда не выбраться, пускай воздуха и хватило бы на несколько суток. Надо доложить, пускай подождут подмоги. Случайности случайны, а две вещи в них точны: никто не умрёт и мешать не будет также — никто.

Следить за путешественником — это вообще-то не цель Кэйя; но одно из средств, что на этот раз вкупе с прежним диалогом дало результат. Путешественник как минимум не соврал, неизменно не имея некоторых мотивов. А значит, дальше Кэйя сам. Тем более что по дороге ему попались монстры, зараженные до одурения, до скрипа зубов знакомыми мотивами. Теми, что прежде Кэйя, стоило попасть в принявший его дом, он встречал так редко, и те, что стали куда более частым явлением с появлением... Да, в общем-то, всего ранее озвученного: бард, путешественник, дракон. Хотя их самих капитан с Орденом Бездны, с Бездной, да даже с Фатуи — не связывал. У него имелись свои теории, куда менее простые, совсем не радужные и путавшие даже его самого. И то знакомое-забытое ощущение, что преследовало Олберича, когда он теперь приближался к месту, оставив рыцарей за "завалом", стоило только увидеть знакомый берет, видимый в ночи и при свете дня... То ощущение, что отдавалось неприятной, раздражавшей и беспокойной пульсацией в глазу, чего не ощущалось бы словно целую вечность; то ощущение, что Кэйя ненавидел, но наяву и в кошмарах не мог отделать от себя, словно оно какой-то едкой точкой застыло в нём и... То самое ощущение, что не давало сомневаться: что-то приближается. И кто-то более чем активно работает над этим. Не суть даже важно кто, а вот возможности... нет, способы воплощать эти возможности — впечатляли. От эстетики пагубности до ужаса перевёрнутого вверх дном мира, лишающего его себя.

Какое-то время Олберич выждал, отсчитывая что-то в голове беззвучными постукиваниями пальцев, а после и сам двинулся в пещеру: Венти непременно успел продвинуться на достаточное расстояние. И, раз пещера не обрушилась ни после нахождения в ней Итэра, ни сейчас, когда бард там, то мужчине также можно последовать примеру. Он готов чем угодно поклясться и сделать ставку на сколько угодно долгую трезвость, что там будет нечто, способное его удивить. Приятно или нет — понятие всегда относительное, как посмотреть. И если бы не то, чем прежде поделился путешественник, Кэйя быть может даже оказался бы выбит их колеи. Если бы перед тем, конечно, смог успешно оказаться не выбитым ловушками (одно удовольствие пробираться, хотя и надоедливо, если честно; упс, даже рухнул не с концами).

Про себя капитан даже присвистнул, уставив взгляд на статую и не отводя его до тех самых пор, пока внимание не привлёк Венти. Если честно, не казавшийся сейчас опасным. Это не самоуверенность Кэйя, просто... посмотрите на него. На его позу, на его на руки. Достаточно увидеть Венти лишь единожды в его "обычном" расположении, чтобы сходу уловить разницу.

Потому, когда взгляд морозного глаза оценил барда, вновь вернулся к статуе. Это правда выглядело серьёзно и даже дико, несмотря на личное отношение к проявлению божественного в мире. Некая грань и... технология? Магия? Что за чары? Подобных установок Кэйя не припоминал. Нет, кто это сделал — то что не первоочередное, даже то, зачем — не настолько важно, как гипотетическая вероятность того, что раз подобное провернули с одной статуей, то могут повторить это с другими. Со всеми другими. И тогда вся эти энергия... оу... оу-у-у. Всё-таки Венти выглядел очень погано, а скелеты внутри капитана назойливо вытанцовывали, желая раскрыться.
Ладно.

- Кэйа? – удивленно пробормотал Венти и осторожно опустил лук. – Что... что ты здесь делаешь?

Поднял руки, улыбаясь. Мол, я не вооружен, о, что вы, с оружием на тех, кто с миром, без паники.

— Заблудился в поисках головной боли, — чуть растянуто и едва играючи, в своей обычной манере выдал Кэйя, приближаясь и к Венти, и к этой штуке соответственно. Богатое же у кого-то воображение, однако; и завидные ресурсы на их воплощение. У его Ордена таких, если честно, едва ли нашлось бы, увы. — Похоже, удачно заблудился, — едва наклонив голову, когда взгляд наконец опустился на Венти так, чтобы застыть на нём. Где-то по краям радужки отражалось то подобие анти-света, что источала статуя.

— Что-то мне подсказывает, что это так не задумано? — изначально, разумеется. Впрочем, по тому, как сие прозвучало, можно было догадаться, что капитан вполне серьёзен в своих намерениях и вести себя будет соответственно.

— Что ты намерен с этим делать? — у Кэйи сотня вопросов, и он не знает, имелись ли ответы у Венти хоть на половину из них. Внешний вид барда не обнадёживал на веру в подобное ни на йоту, вот совсем нет, ну никак, и тем не менее... если объединить их все, то получится один вопрос, что и озвучил. Как хотите, так трактуйте. Тоже тактика.

Забавно: путешественник, бард, Бездна, скверна, Орден, может быть Фатуи. Всё то, за чем следил, что объединял и в чём копался Олберич, снова сошлось воедино, словно магнитом притягивалось. Что же, чёрт подери, должно было произойти? Одну катастрофу Кэйя уже видел. Если честно, второй — даже в половину от прежней — было бы здорово избежать. Крайне желательно. Критически необходимо. Спасибо, кэп.

Отредактировано Kaeya Alberich (2022-07-19 02:27:01)

+6

46

scaramouche
[предвестник]

https://ic.wampi.ru/2022/07/23/FYBcIYEW.jpg
[original]

[indent] » genshin impact
ты - моё лучшее творение. вообще-то плоть и кровь тебе подарила электро мамочка, но настоящую силу ты обрел после попадания в мою лабораторию. долгое время ты скитался по миру и пытался найти своё место, своё предназначение. было невероятно жестоко вот так выбросить тебя на улицу за ненадобностью и сделать новую куклу, более совершенную, более полезную. но я так не считаю. ты идеален, ты невероятно силён в правильных руках. а мои руки не просто правильные, они безумные.


хотелось бы заорать "дайте мне каноничного скарамуша", но после последних сливов уже непонятно, что канон, а что нет. но всё-таки мне бы очень хотелось получить ту маленькую вредину, которая пакостит всем направо и налево, крадет гнозисы и действует только в своих интересах. а ещё у меня есть очень вкусный хэд на то, что именно дотторе был тем, кто развил способности скары и сделал его таким вредным сильным. и, кстати, даже не думай сбежать, ведь дотторе знает всё, о твоём местоположении и состоянии.
скарамуш - именно тот случай, когда ребенок остался с отцом, к сожалению не самым адекватным.
заявка не в пару, если что. (так на всякий случай уточняю)

чмок в пупок

https://ic.wampi.ru/2022/07/24/FXknmFYWIAEbckT.jpg

пример поста;

Возвращение в Мондштадт вызывало сильные воспоминания. В прошлый раз Дотторе вызвал немало проблем жителям города свободы. Его планы и методы были отлично замаскированы под дипломатическую миссию, которые в пух и прах уничтожил полуночный герой. Эта неудача стоила Дотторе гордости. Его совсем ещё зелёный клон вернулся к хозяину с неподобающими результатами, после чего был отправлен в утиль. Доктор довольно редко прощал неудачи, а особенно его клонам, что совсем недавно вышли из-под его гениальных рук.
Дотторе был слишком целеустремленным и амбициозным, чтобы бросать что-то на пол пути, в особенности если это касалось его исследований. Ещё много лет назад, в академии Сумеру, многие профессора хвалили его за тягу к знаниям, хотя их отношение к нему резко менялось, когда они видели мёртвые истерзанные тела на лабораторных столах. Иногда Дотторе посещали мысли о том, есть ли способ получить их знания хирургическим путём.

На этот раз его возвращение на вотчину анемо архонта не было частью дипломатической миссии или чего-то подобного. Сам город его не интересовал, как и пьяные бедняки, слоняющиеся по улицам в любое время суток. Дотторе вообще не доехал до города, не посетил шикарный особняк в центре города, зарезервированный для факуи казалось бы на целую вечность. Его главным интересом была заснеженная вершина, на которой исследовательские экспедиции отправлялись уже довольно давно.  Невероятная сила уснула там на многие столетия и ждала, когда её снова разбудят. Дотторе хотелось бы стать тем самым первооткрывателем, опередив дилетантов из Монда. Кровь древнего дракона? Дайте две.

Пьерро явно не ожидал, что на этот раз учёный отправится в экспедицию самостоятельно. Он так давно скрывался за своими клонами, что уже наверное забыл где выход из лаборатории, однако интерес Дотторе был настолько велик, что он больше не медлил. Любимые пейзажи Снежной были прекрасны, но путь его вел далеко на восток, в другой ледяной край. Изначально его послали расследовать гибель нескольких отрядов, что разместились на склонах горы. Они многие месяцы следили за местными алхимиками и искателями приключений, но несколько недель назад отчеты прекратились и это очень заинтересовало предвестников. Чтобы решить эту проблему без лишнего шума было решено отправить кого-то из руководства. Дотторе раздумывал не долго и уже на следующее утро мчался в сторону драконьего хребта.

Гора встретила его, как и многих путников, - недружелюбно. Он только сильнее зарылся в свою светлую шубу, прячась от колючей метели. Он привык к леденящему холоду лабораторий, но сильный ветер и снег, застилающий глаза, немного раздражал, хоть лицо и было скрыто птичьей маской. Мёрвый лагерь не вызывал никакого интереса. Шатёр, разбитый прямо на снегу можно было использовать как временное пристанище, а тела Дотторе поручил подготовить к транспортировке. Околевшие трупы даже не разложились из-за низкой температуры. Зрелище было действительно отвратительным, но ему повезло с тем, что материал остался чист и нетронут. Он ещё не знал, что может показать вскрытие, но уже был в отличном расположении духа от возможности использовать эти тела в своих личных экспериментах. Пьерро запрещал ему использовать рекрутов в его тёмных делишках, но сейчас ситуация отлично располагала к этому.
Однако сбор материала был не основной целью Дотторе. Из отчетов исследовательских отрядов он знал, что на горе есть лагерь, где господствует талантливый алхимик, не боящийся ни морозов, ни местных монстров. И именно его знания доктор желал заполучить, ведь явно он тут не изучением цветков-сахарков занимается.

Лагерь был пуст, а алхимический верстак недавно остыл. Дотторе пробежался взглядом по свиткам и книгам, стоящих тут, но не нашел ничего интересного. Было бы глупо надеяться, что важные записи будут где-то на поверхности. На самом деле доктору хотелось пообщаться с самим алхимиком, расспросить его о драконьей крови и секрете этой горы, ведь вряд ли он был причастен к смерти его людей.

    — Доброго вечера! Чудесные у вас картины.
Долгое ожидание заканчивается вечером, когда в лагере появляется совсем юный молодой человек. Дотторе не привык судить по внешности, поэтому сразу принял незнакомца за алхимика. Он явно не ожидал увидеть здесь кого-то, особенно не местного, но выглядел совсем не враждебно.

Отредактировано Dottore (2022-08-02 18:31:26)

+8

47

yae miko | guuji yae
[верховная жрица | главный редактор и владелица издательства]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/166/902368.gif
[original]

[indent] » genshin impact

Все в Инадзуме знают Яэ Мико — элегантную, загадочную, коварную, проницательную, хитрую, занятую, предприимчивую, опасную, игривую, безупречную; у неё много лиц, и вся она — словно невероятный калейдоскоп. Яэ удивительна; Яэ манит; Яэ пугает.

Никто в Инадзуме не знает Яэ Мико настоящую. Никто, кроме Эи, для которой та — больше, чем фамильяр, больше, чем подруга: Яэ — её спутница и её опора, её глаза и уши на протяжении столетий, та, что держит её измученное сердце в своих красивых руках. Между ними — безусловное доверие и понимание, доступное только им двоим в их маленьком мире, где сверкают молнии и танцуют в воздухе лепестки вечной сакуры; в их общем прошлом — потери и скорбь; впереди у них — целая вечность.


Мы такие разные, но всё-таки мы вместе.
Заявка в пару, но у нас много инадзумских персонажей, с которыми тоже можно активно играть.
Я не самый шустрый игрок на свете и пишу не особо длинные посты (где-то 3–5к в среднем темпе) от третьего лица, с птицей-тройкой или без, с большими буквами и без инверсии, хотелось бы примерно того же. Приходи расширят каст прекрасных женщин геншина, играть романтику и не только и просто быть великолепной кицунэ http://vk.com/images/emoji/D83DDDA4.png

пример поста;

Райден Сёгун не занимает себя делами смертных; идеальная копия, сделанная по образу и подобию удалившейся от мирских забот архонта, Сёгун присматривает за её землями и верными поддаными сквозь пелену бесконечности времени — но от взгляда её, тем не менее, не ускользает ничто, как ничто не нарушает её отточенную рутину. Оплот безупречности, воплощение вечности, к которой так стремится её создательница, она являет собой опору не только для людей, но и для той, что покоится в своей глубокой медитации. Они — одно целое и одновременно разные; Сёгун живёт, чтобы Эи могла существовать вечно, и не смыкает глаз, чтобы та никогда не выходила из своих покоев, ведь не существует ничего, с чем Сёгун не могла бы справиться без её вмешательства.

Люди же, напротив, требуют постоянного внимания. Их мелкие дела и проблемы, пусть и незначительные в моменте перед лицом Вечности, всё же влияют на ход вещей в стране каждый день. Сёгун следит и за ними, отмечая колебания в электрическом поле, прислушиваясь к своим приближённым, на которых полагается в том, чтобы ей приходилось прикладывать руку лишь к самым вопиющим проблемам. Её боятся — она знает это, равно как и знает, что это справедливо; их страх логичен и рационален, а логика — это то, чем она оперирует в первую очередь. Логика — и всё те же интересы Вечности. Интересы Райден Эи, что она представляет для всех вокруг. Для них она и есть Эи, а большего им знать и не полагается.

Но не только лишь из страха состоит их жизнь, и не только из почитания их правительницы — хотя, несомненно, всё должно быть направлено на исполнение её воли, что и является для неё высшей формой поклонения. Люди плетут интриги и смеются, и живут свои маленькие жизни — и Сёгун живёт свою и для них тоже, как живёт она для Эи, чтобы всё это могло продолжаться, пока стоит Инадзума.

Шестерёнки истории крутятся под её строгим надзором — и где-то среди них есть одна, которую Сёгун находит… впечатляющей. Достойной. Это дорогого стоит — не каждый даже из высокопоставленных лиц, близких к ней, может похвастаться таким. Кто-то просто выполняет свою функцию — и этого должно быть достаточно, но также есть и те, кто сияет амбициями и целеустремлённостью, как ослепительная молния в ночном небе. Эи такова, и Сёгун ищет такие качества в их подданных, чтобы её план был воплощён в жизнь как можно скорее.

Куджо Сара. Совсем молодая тенгу, взятая на попечение кланом Куджо — само по себе это событие из ряда вон для таких, как они, и это не могло не привлечь внимание Сёгун. Она следила за девчонкой с тех самых пор, как та оказалась под их крышей — не лично, разумеется, но молва доходит даже до неё. Сара делает успехи; Сара тренируется день и ночь; Сара живёт не благодаря, а вопреки. Для многих это, действительно, достойно восхищения, а для кого-то — напротив, презрительных смешков. В глазах Сёгун это достойно уважения.

В отличие от людей, ей нет дела до того, что Сара — девушка; Сёгун не подвержена ни дурным стереотипам, ни духу общности с ней. Всё, что она видит — это неимоверную силу воли, заключённую в её кажущимся хрупким телом. Её дух, который раз за разом оказывается не сломлен несмотря ни на что. Всё это может быть ей полезным. Сара может быть ей полезной.

И вот Сара перед ней — немного растерянная, взволнованная, такая… неидеальная. Живая. На безупречном лице Сёгун не отражается ничего, когда та входит; лёгкий сквозняк из открытых для девочки дверей едва колышет украшение в её волосах, что отдаётся только ей слышным перезвоном. Присутствие девочки она отмечает едва заметным кивком — представляться, естественно, нет смысла.

— Ты можешь встать, — размеренно произносит Сёгун, безучастно рассматривая Сару, опустившуюся на одно колено. Церемонии претят ей: девушка была призвана сюда не за этим.

— Твои успехи говорят за тебя, — продолжает она. Девочка это заслужила. Она заслужила гораздо больше, но это Сёгун оставляет на потом; всё это будет зависеть от того, как пройдёт их встреча. От того, убедится ли Сёгун, что приняла правильное решение. Для начала — ответом на праздный, казалось бы, вопрос:

— Как ты находишь службу?

+4

48

the fugitive doctor
[агент дивизии (в бегах)]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/189/336259.gif
[jo martin]

[indent] » doctor who
Доктор до Доктора, каким/какой мы привыкли его/её видеть; Доктор до начала истории, до этого цикла регенераций, до прошлого даже. Доктор до Мастера. Неизвестный целитель неизвестного времени. Всё, что мы знаем о ней, - это что она первая нагнула Сворм; что служила в Дивизии, а затем сбежала от них, прихватив с собой верного спутника и заключив свою сущность в часы; что долгое время скрывалась на Земле под личиной улыбчивого гида Рут. Мы знаем, что, в отличие от привычного нам Доктора, она не пользуется отвёрткой, а ещё не гнушается оружия и вполне способна договориться с совестью, если ситуация вынудит его использовать. Мы также знаем, что у неё отпадные очки и пиздатая рубашка, она любит покровительственно улыбаться и называть людей love - прямо как мой Мастер!


Почему же я ещу Беглого Доктора, если она не мой Доктор, а я для неё "Мастер? какой в жопу Мастер?".
Во-первых, за этим - мне было было интересно уничтожить самооценку Мастера окончательно поиграть с Доктором, для которого имя Мастера - пустой звук, и "главный враг" - совсем не он, а выскочка Сворм.
Во-вторых, я очень очень очень сильно хочу поиграть с ней за Гат - если вы смотрели серию Fugitive of the Judoon, вы, вероятно, её вспомните. Это абсолютный хэдканон, но мне нравится думать о Гат как о ком-то, кто имела потенциал стать для Беглого Доктора кем-то вроде Мастера - если бы Мастер когда-либо пёкся о правилах и порядках и превыше всего чтил службу на родное галлифрейское отечество. Мне нравится думать, что Гат и Доктор могли быть близки до бегства Доктора, по крайней мере - в какой-то степени друг к другу неравнодушны: иначе умница Гат не проморгала бы свою лазерную пушку, а затем - не выслеживала бы Доктора и Ли по всему известному и неизвестному космосу по хлебным крошкам. Иначе бы - Доктор, едва вернув себе воспоминания и поняв, что за ней пришли, не была бы так твёрдо уверена, что пришла за ней именно Гат. Я также хэдканоню, что среди тех спутников Беглого Доктора, что мы видели (под другими лицами) в одной из серий Флакса, была и Гат в том числе - рука об руку, так сказать, плечом к плечу.
Если вы думаете о них, представьте: верный солдатик Гат, вспыльчивая, ершистая, но хладнокровная убийца, незыблимо уверенная в правильности и неоспоримости приказов; и Доктор - самодостаточная, себе на уме, вынужденно скованная ненавистной работой и спокойно выходящая за рамки устава, но не терпящая лишней крови. Представьте This Is How You Lose the Time War Амаль Эль-Мохтар и Макса Гладстоуна, только немного иначе. Что-то такое. Мы можем играть флэшбэки онли. Мы можем решить, что Гат пережила их последнюю встречу и теперь вынуждена существовать, зная будущую судьбу Галлифрея, но не смея кому-либо о ней рассказать. Мы можем всё что угодно, так-то.

пример поста;

My skin is wearing thin
My heart has turned to black
A̷͚̲̳̹͔͐̓͆̇̆͌̕͝ṉ̴̨̖̥̺͎͔̻͕̹͑̕͝d̴̡̜̯̪̣̣͚͔͓̂̀̐ͅ ̸̞͖̺̬͓̣̜̪̪͇̈͛̔̽̔́̂̽̋͆̆͌̑̕͠I̵̧̒̓̈́̍̾̄̌͗̇͂̏̒͐͠ ̶̜̦̩̱͕́̓̄̎́͘ĉ̴̡̧͈̘̻͎̇͗͊̎̎͂̾͂a̷̜̮̭̗͆͌͒͌̑̀̈̓͂̏̉̈̚͝ǹ̴̟̯͗̿̂̓̎̏̄̈̕͠'̵̗̤̦̲̟̦̲̝̯̏̊͆̎t̸̢̛̘͓̟̮͙̟̘͂̀̈́̀̄͋̋̕ ̶̨̯̟͍̺̣͎̥́̍̔̈̕͝g̵̨̧̳̟̝͙̠̮͙͖͖͎̳̣͗̇́̉͆͐̽̓̃̒̿́͑͝ȅ̴̜̗̜̱̥̪͕̬̼̗͗̿͛̍t̸̢̢̞̘͈͚͖̟̮͚͕̼̠̒͝ ̷̧̣͎̘͓͍̠̼̮̠̪̀̔̆́́̐̌͒̂̈͆̊̾͝t̸̡̛͇͕͉̩ẖ̸̺̲̥̲̣͚͖̓̒̀́͜ê̶̡̡̮͈̥͖̔͆͑̃̎̕ ̷̢̯͕̦͕̹͇̈̂͂̈̈́d̵̝͎̻̞̊̈͋͋̿̉ḛ̸̭͖̹̳̝̞̾̍̽̏̀̐̇͋͘͝͝v̴̬̠̠̣̤̋͗̎į̵̡̢̼̞̜̖̗͇̥̮̳̦͗̓͂͛́̀̀́̄̕͜͝ļ̵̡̛̛͓̭̫̬̭̤͇̈́̈́ ̷̧̻͖͎͚̔ǫ̸̛̻͔̻͚͉̃͌͌̉͂̂̆̈́̊̚͠͝f̶̩̪̫̰̬͍̬̩̰̓͐͗̐͛̅͑̚͝f̸̰̯̐͌̇̀͝͝ ̴̧̨̭̥̖̤͎̙͉̙̯̀̏̕͜͝͠o̶͇̗̭͔̹̯̤̘̪̤̲̬̳̅̓͛̈́̿͊̒̈̆̇̋́͜͠ͅf̵̧̘̰̞͕̰̦̬̠̾͋̃̏̂ ̷̯͓̭̝̥̙̈́̓̚͜m̴͕͛͒ỷ̴̡̢̰͚̭͎̟̞̣̤̫̻̱͈̻̓͗̍̿̔͑̋̕͝͠ ̶̺̤̌͐̓̄̍͐b̷̨̫͎̺͍͎͇̦̫̤̾͐̊̏̈̐͌̀͋̐͐͒́̚͜͜ͅa̸͍̮̘̖̳͎̫̥̱̖͛̾͂̑͋͌̿͌͋ͅc̴̢̡̛͓̰̰̭̺͉̯̫͈̬͕̽̒̈̀̚͝͠ͅk̷͚͕̣̰̥̋̓͛́̿̅̚͘͝ͅ



Всё должно было закончиться этим. Это был лишь вопрос времени, и время не проблема, если в твоём распоряжении - ТАРДИС и её пилот. В распоряжении Сайбириума они были.

С чего Мастер взял, что Сайбириум проявит уважение к его личным границам и не попытается взять над ним контроль, он сейчас не в состоянии вспомнить и сам, и не только потому что с каждым днём ему всё сложнее мыслить ясно. Есть большая вероятность, что с ясным мышлением у него были проблемы уже тогда, просто иного толка - что ему так невыносимо было превосходство Доктора, что он готов был на что угодно - буквально, на что угодно, - только чтобы хоть немного склонить весы в свою сторону. Ему было плевать тогда на благородство или подлость нового союзника - он просто не рассчитывал, что их союз проживёт так долго. Что он сам - проживёт так долго. В конце концов, он сделал всё для этого. Новая раса киберменов, изготовленная им собственноручно из полуразложившихся трупов убитых им же Повелителей времени? Доктор не могла позволить ему - им - выжить после этого. Не имела права.

Но даже тут Мастер просчитался. Пришлось спасаться бегством, просто чтобы Доктор не восторжествовала хотя бы в этом. Именно тогда, пока он пытался смириться с новой - очередной - неудачей, его гамбит с Сайбириумом выстрелил прямо ему в лицо. Не буквально. А лучше бы так.

Как выяснилось, Сайбириуму пришлась крайне не по вкусу потеря перспективы мирового господства во главе новой киберрасы. Его новый бизнес-план? Провернуть то же самое, только путём многократного вмешательства в таймлайн и - руками Мастера. Мнения Мастера он об этом, разумеется, спрашивать не стал. Будь Сайбириум человеком - гуманоидом, - Мастер решил бы, что тот просто решил таким образом поквитаться за неудачу, но ничего человеческого в искусственном интеллекте не было. С тем же успехом он мог бы рассчитывать на человечность Матрицы. Так что - просто голый расчёт, ничего личного.

Ничего личного в том, что, стоит Мастеру на секунду потерять фокус, он обнаруживает себя на другом конце галактики, два века назад, три тысячелетия спустя, в проводах собственной ТАРДИС, саботирующим чужой корабль, по локоть в чьей-то крови.

Мастер не имеет ничего против саботажа или убийств. С чего бы? Что ему совершенно не по вкусу - это не быть у руля в собственной голове.

Так что он сопротивляется. Запихивает Сайбириум как можно дальше, как можно глубже, там, где ему до руля не добраться. Только вот не учитывает, что из глубин подсознания проклятому AI будет только проще взяться за его, Мастера, перепрошивку. Сны и реальность начинают мешаться друг с другом, даже когда Мастер перестаёт спать. Мастер окончательно перестаёт вести счёт, где и в каком времени он снова отключился и потерял несколько часов. Имеет ли это значение? Он не знает. Однажды Сайбириум добьётся своей цели, и, может, тогда Мастер станет ему не нужен. Может, тогда он вернёт ему контроль. Не стоит ли тогда просто дать ему делать то, что он хочет?..

Это - официальная версия. Это - то, что Мастер старательно думает, пока направляет ТАРДИС к определённому астероиду, где у одного конкретного хакера, говорят, можно за баснословные деньги купить био-вирус, способный убить любую операционку в твоём теле. Созданный для выведения из строя киборгов и так называемых "усовершенствованных людей", конечно, но для Мастера тоже - то, что Доктор прописал. Мастер продолжает думать мысли о смирении и принятии собственной участи, когда находит хакера, когда заставляет его отдать ему вирус, когда убивает его - на этот раз, осознанно. Когда залпом опрокидывает в себя пробирку - тоже. А потом его перемыкает, как компьютер, в который запустили вредоносное ПО, и он кричит от боли до забытия.

Долгая история вкратце - не стоило убивать того хакера, конечно. Стоило запереть его в какой-нибудь изолированной крепости на безлюдной планетке - у Мастера даже была на примете такая с давних времён, - чтобы сидел там и доводил свою игрушку до ума, а не торговал халтурой. Био-вирус помог лишь постольку-поскольку - по крайней мере, теперь в распоряжении Мастера были периоды ясности, в которые ему не нужно было держать себя в непрерывном фокусе, зная, что любое его слово, любая его мысль будет перехвачена врагом в его собственном теле. Обратная сторона медали - эти периоды конечны, и Мастер не всегда успевает отследить их конец. Не успевает собраться. И тогда - провал.

Поэтому он здесь, когда его находит Доктор - на Земле, в Англии начала XIX века, в лондонской кофейне, открытой век с лишним тому назад одним экцентричным греком. Мастер - здесь, пьёт третий кофе подряд, как будто не страдает от вынужденной бессонницы, как будто и так не отпугивает людей нервным неспокойствием и лихорадочным блеском в чёрных глазах. Его ТАРДИС - где-то на космической станции за пять миллионов лет отсюда. Манипулятор временной воронки, с помощью которого он добрался сюда - с наслаждением разбит в щепки сразу по прибытии. Мастер делает очередной глоток с мрачным отчаянием, с отчаянным торжеством: здесь ты ничего не сможешь сделать, думает он про себя, но не себе.

Моргает.

И обнаруживает себя в сумерках у незнакомого ему горящего - догорающего - дома.

Его лёгкие болят от угарного дыма, он надсадно кашляет - и только теперь понимает, что каким-то образом фирменная фарфоровая чашка из той кофейни всё ещё в его руках. Его снова окровавленных руках. Он отпускает её, и она разбивается на крупные осколки под его ногами.

Появление Доктора в тот же момент столь же неожиданно, сколь и абсолютно ожидаемо - по непостижимой логике кошмара, в котором он, видимо, прописался навечно. Мастер растерянно моргает в её разозлённое лицо. Он понятия не имеет, о чём она говорит, но дом в огне рядом наводит на некоторые подозрения. Он смотрит на пламя несколько долгих секунд, пытаясь вспомнить - хоть что-то. Тщетно.

- Я бы не возражал, - хрипло отвечает он ей в конце концов. Но даже сейчас - даже теперь, Рассилон, даже в своём положении - не в состоянии удержаться: - Давно надо было догадаться, что никакой ты не Повелитель времени. Снова слишком поздно, как и всегда.

Отредактировано The Master (2022-07-25 01:46:08)

+5

49

jonathan archer
[капитан enterprise nx-01]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/207/599413.gif
[scott bakula]

[indent] » star trek universe
В пору, когда первый контакт со внеземной цивилизацией уже давно произошёл, межпланетные полёты стали частью рутины и человечество, кажется, вот-вот сорвётся и выпорхнет птенцом из гнезда навстречу настоящим приключениям, совершенно неудивительно, что многие вдохновлённые мальчишки стремятся в Звёздный Флот — оказаться первопроходцами, изменить историю. В случае с Джонатаном, стремление к звёздам объяснить и того проще: а куда ещё, если твой отец, лучший друг и пример для подражания, — главный изобретатель двигателя типа Ворп-5 и один из ведущих проектировщиков первого в своём роде корабля?
Но из-за близости к "кухне" Звёздного Флота Джонатан так же, с детства, знает слишком много обо всех aspera на пути ad astra. Он знает, кто виной тому, что отец не доживает до воплощения собственных изобретений в жизнь, равно как и до того дня, когда его сына назначают капитаном "Энтерпрайз" для первого, исторического полёта.
Победить неприязнь к вулканцам, десятилетиями тормозившим развитие человечества в космической сфере, сложно. Но если кто и может переступить через предрассудки и признать неправоту, так это Джонатан Арчер. Он отставляет личные чувства в сторону, делая вулканку Т'Пол своим научным офицером. Он действительно понимает вулканцев, когда сам впервые сталкивается с цивилизацией, требующей помощи, но не готовой к ней, — и принимает такое же решение, какое когда-то пришлось принять им.
Джонатан Арчер — человек не без слабостей. Он так любит своего пёселя Портоса, что никогда не может отказать ему в лишнем кусочке чеддера, даже несмотря на то, что пушистой жёпе сыр вреден. Он бывает груб, резок и пассивно-агрессивен, если злится, в том числе на себя. Он любит водное поло больше регби и бейсболла вместе взятых (да, это тоже грех, капитан, но я не осуждаю). И вместе с тем, это самый отважный, верный, по-умному хитрый (или по-хитрому умный?) и, что важнее, добрый человек, которого Трип когда-либо встречал.
(Однажды, ещё в Академии, когда родителей Трипа вызвали к руководству за серьёзный проступок сына напару с Арчером, мать Трипа сказала Джонатану: "Мой сын равняется на тебя, так что будь этого достоин." Джонатан сделал всё, чтобы оправдать эту веру.)
"Энтерпрайз" отправляется к звёздам, туда, где ещё не ступала нога человека; по её экипажу многие народы и расы, впервые встретив людей, будут судить о существах, живущих на далёкой неизвестной Земле. И, капитан, вы подходите на эту роль как нельзя лучше.


У нас тут обширный каст треккеров, да и из ST: Enterprise - уже аж двое, Малкольм и я, так что давай расширять коллектив! С удовольствием поиграю прошлое/настоящее/будущее, да и вообще буду чертовски тебе рад, oh captain my captain!

пример поста;

На скромный взгляд коммандера Такера, для друзей и близких - просто Трипа, второй близкий к скоропостижной безвременной кончине опыт меньше, чем за три недели, - это как-то чересчур. Будь его воля, он бы как-то всё-таки воздержался или хотя бы взял перерыв побольше, чтобы было время передохнуть (с ударением на "у"), да и компанию, возможно, выбрал бы иную - не потому что был против общества Малкольма Рида, совсем нет. Просто хотел бы уберечь лейтенанта от повторного стресса и перспективы возможной гибели. То есть, в таком случае лучше вообще без компании, конечно. Но да кто бы дал ему выбор.

Мысли Трипа - именно мысли, а не автопилот тренированного тела, включившийся посреди захлестнувшей его было простой человеческой паники и позволивший не только выплыть самому, но и вытащить брыкающегося Малкольма из воды живым и вроде бы сравнительно невредимым - начинают формулироваться в предложения только сейчас, когда Трип уже лежит, тяжёло дыша и уткнувшись лбом в песок, на берегу, и опасность утонуть больше не грозит им - по крайней мере, пока.

Трип позволяет этим дурацким мыслям, про торг со вселенной о графике несчастных случаев, течь, потому что от других его мутит не меньше, чем от воды, которой он успел наглотаться, - он ведь успел подумать, что потерял Малкольма, когда выбрался из шаттла и не увидел его на поверхности; потерял на этот раз навсегда. В воде, непроглядно мутной из-за падения на дно водоёма целого космического шаттла, разглядеть хоть что-либо дальше собственной руки оказалось невозможным; песок забивался в глаза. Трип чуть не умер от облегчения, когда на третий нырок под воду нащупал под руками знакомую ткань униформы Энтерпрайз.

Он скашивает глаза сейчас, чтобы посмотреть на лейтентанта рядом - тот, когда они выбрались на сушу, вместо того, чтобы тоже рухнуть без сил, попытался как можно скорее вырваться из рук Трипа и отползти прочь. "Конечно, у него-то силы, небось, остались!" - думает Трип устало, но незло и с какой-то даже теплотой. - "Ему не пришлось вытаскивать на себе одного лягающегося упрямца."

Но чем дольше Трип наблюдает за Ридом, тем меньше ему нравится его судорожная активность. Сквозь обманчиво спасительную пелену усталости острым всплеском прорывается волнение за лейтенанта. Может ли быть, что он пострадал в ходе аварии больше, чем Трип (опрометчиво) предположил?

- Эй, ты в порядке? - окликает Трип. Не получая ответа сразу, приподнимается на песке, садясь. У Рида - никаких видимых повреждений, никаких тревожных кровавых пятен на и так вымокшей до нитки униформе, но - частое-частое дыхание и остекленевший взгляд человека в панике. Что-то не так. Трип подползает ближе к тому, кого в голове уже привык называть другом, и осторожно, но крепко берёт его за плечо. - Малкольм. Мы выбрались. Мы живы. Всё хорошо.

Шаттл на дне водоёма, никакой связи с Энтерпрайз и второй близкий к скоропостижной безвременной кончине опыт меньше, чем за три недели. Да, всё просто зашибись!

Отредактировано Trip Tucker (2022-07-25 13:40:30)

+5

50

carver hawke
[рыцарь-командор храмовников киркволла]

https://64.media.tumblr.com/6b46319ada1615461894044ae9ef2d2f/d6e86748271bd742-a5/s640x960/6ed3efd0e6ecd932a8f57389e6ecb4c241ee25ba.gif
[ben barnes]

[indent] » dragon age
[indent] Младшему Хоуку сомнительно повезло не оказаться на Глубинных тропах, куда старший брат его не взял, довольно логично рассудив, что если с ним и Бетани что-то случится, то было бы неплохо, если в семье останется хоть один мужчина, который сможет позаботиться об увадяющей матери и скрасить ее горе. В свою очередь Карвер, устав от постоянного пребывания тени собственного брата, решил едва ли не первый раз в жизни сделать свой собственный выбор, который Гаррет вряд ли бы одобрил, если бы знал заранее. И уж точно никогда бы не признал, что и в этом был определенный смысл - при наличии в семье сразу двух магов-отступников, было бы неплохо иметь среди храмовников хотя бы одного своего человека, впрочем, спустя несколько лет это сыграет свой весьма немалый смысл.

[indent] Поступление на службу к Храмовникам, как ни странно, положительно повлияло на Карвера - тот наконец вырвался из-под влияния своего брата, начал добиваться чего-то сам, и вскоре в городе начали ходить слухи не только о Защитнике Хоуке, но и о справедливом и исполнительном Карвере Хоуке.

[indent] В 9.37, несмотря на то, что отношения между братьями Хоук все еще оставались напряженными, порой откровенно колючими из-за тех выборов, что каждый совершал на протяжении жизни, Карвер встает на сторону Гаррета, помогая повернуть разразившийся конфликт в удобную для них сторону. Старший брат, несмотря на то, что сам держит в руках посох и втайне (а порой и не очень) практикует запрещенные разделы магии, удерживает власть в городе благодаря Карверу, который, в свою очередь, занимает место рыцаря-командора Киркволла после смерти Мередит.


[indent] Тот же хитрый подлец, что и Гаррет Хоук, только помладше.

[indent] У братьев всегда были непростые отношения. Гаррет был первенцем, к тому же еще и магом, как сам Малькольм Хоук, и получал куда как больше внимания и ласки. Когда родились близнецы, то центром внимания в семье стала маленькая Бетани, девочка, что тоже начала довольно рано замораживать лужи в тонкий лед, и даже тут Карвер отошел на задний план.

[indent] Старший из братьев, впрочем, никогда не забывал про Карвера, но относился к нему порой снисходительно, даже во взрослом юноше продолжая видеть несмышленого мальчишку, что неуклюже махал тренировочным деревянным мечом в надежде отогнать яркие магические огоньки, что наколдовывал Гаррет, чтобы ослепить младшего брата. Вопреки мыслям Карвера, всегда считающего, что Гаррет слишком много на себя берет, слишком жаден до славы и влияния, старший Хоук всего-навсего пытался защитить свою семью. В том числе и младшего брата, которого всегда любил, но никогда в этом не признавался открыто.

[indent] И какие бы ссоры не случились между братьями, даже когда они оказались по разные стороны баррикад, никто из них не хотел признавать, что на самом деле они весьма... похожи. Больше, чем им самим кажется, больше, чем подмечала даже их собственная мать.
Получив желанную свободу, вырвавшись из-под плотной, порой даже жесткой опеки Гаррета, Карвер начал довольно быстро добиваться высот на службе у Храмовников. Ему верили, его уважали, его любили в городе, ведь фамилия Хоуков уже давно была у всех на слуху, да и у многих ассоциировалась с бесстрастностью и справедливостью благодаря старшему брату.

[indent] Карвер все же мягче своего брата, которому слишком рано пришлось стать главой семьи, а в Киркволе взвалить на себя роль местного героя, что и очистит улицы от кунари, и постарается хоть как-то урезонить разгорающийся конфликт магов и храмовников. И все же, чем старше Хоуки становились, тем все сильнее сглаживались их ссоры и недомолвки, тем больше младший брат учился у Гаррета изворотливости и принятию решений, когда кажется, что верного варианта решения проблемы нет и быть не может.

 

пример поста;

[indent] Посох с силой входит в песок, вязнет в нем до причудливого резного элемента, покрытого лаком - Гаррет не обладал ремеслом их изготовления, но добавить что-то от себя считал чем-то совершенно необходимым, после того как забрал свой заказ у одного из умельцев.

[indent] Старые, напитанные чужой мощью и энергией посохи, найденные в сокровищницах, древних руинах, передаваемые в Кругах по старшинству, в зависимости от послушания и благородства деяний  - самые сильные, самые могущественные?
Чушь. Полная. Любой инструмент, неважно, меч это или лук, а может быть и посох - своему владельцу должны подходить идеально и подбираться под параметры и запросы каждого.
За свой Гаррет отдал немалое состояние, на которое некоторые семьи могли бы прожить спокойно год, но он… стоил каждой уплаченной за него монеты.

[indent] Стремительно темнеющий в сумерках песок взорвался, высекая мелкие искры друг от друга, устраивая в низине небольшую, но самую настоящую пыльную бурю, что играло Хоуку только на руку - венатори стремились спрятаться, укрыться, переждать и напасть со спины на храмовников, звон мечей которых раздавался где-то там, уже далеко, но Гаррет преследовал их достаточно долго, чтобы в уме прикинуть собственные действия.

[indent] Теплое дерево посоха мягко легло в ладонь уже совершенно иначе, и мужчина резко, ни секунды не думая, полоснул по запястью левой руки лезвием, что было надежно прикреплено чуть ниже навершия и так удачно было повернуто к заклинателю.
Кровь стремительно заструилась по бледной коже, стекая к ладони, чуть дрожащей от перенапряжения, предвкушения и… чего-то совершенно темного, совершенно паскудного где-то в глубине души мага.
Гаррет мог поступить иначе. Его уже успели задеть там, где их отряд настиг лагерь венатори - он и сейчас чувствовал, как рана на боку пропитала тонкую кожу его одеяния, достаточно было лишь мазнуть по черному в полутьме пятну пальцами, да отпустить всю ту силу, что жгла сейчас его вены изнутри, но…
Он должен помнить.
Должен осознавать.

[indent] Он помнил, в каком ужасе был Андерс, когда впервые увидел у Гаррета пока что еще весьма скромную, едва различимую на бледной коже вереницу тонких шрамов-полос, которые наискось пересекали новые. Они не заживали полностью, как ты ни старайся, какой бы у тебя не был прекрасный, талантливый целитель под рукой, и как бы тот не бился, подбирая все новые и новые составы исцеляющих зелий.
Магия Крови не щадила. Магия Крови не исцелялась, только уничтожала и… приходила на помощь тогда, когда была необходима, когда других сил не было и в помине, и взяться им было неоткуда.
Хоук понимал, что он, вероятно, слишком далеко зашел в собственном самоконтроле, да и наставления более мудрого отца из далекого детства давали о себе знать. Только спустя долгие года Гаррет узнал, что Малькольм слишком хорошо знал, о чем он говорил, но… Его старший сын решил пойти дальше.

[indent] Каждая полоса была напоминанием. Доказательством его натуры, его могущества, силы и глубины падения. Шрамы, которых с годами становилось больше, Гаррета дисциплинировали. Держали на коротком поводке, не позволяя сорваться окончательно, как это было с большинством магов подобных ему. Они напоминали о той цене, что он заплатил, чтобы сохранить хрупкий, крошащийся прямо на глазах мир и покой его жизни, своих друзей, близких.
Немой укор.

[indent] Посмотри, посмотри, кем ты становишься. Чем ты становишься.

[indent] Каждый шрам - каждое обращение к Магии Крови. Бывало даже, что Гаррет их пересчитывал, и помнил каждый момент, когда находился на грани.

[indent] Широкая полоса у основания ладони - это Киркволл в ту ночь, когда Андерс все-таки взорвал церковь. Ослепленная ненавистью и пленительным шепотом Красного Лириума Меридит, стоящая посреди главной площади города и угрожавшая найти того отступника, что устроил в городе самый настоящий хаос.  Отметина чуть ниже груди, в опасной близости от сердца - Аришок все-таки загнал его в угол, пронзил своим клинком, и Гаррет, отчаянно не желая сдаваться вот так просто, из упрямства и Создатель знает чего еще, глубже насадил себя на его клинок, пока глаза вспыхивали нестерпимо-багровым.

[indent] Они вспыхнули и сейчас.
Маг медленно поднял левую руку, будто одно только это движение стоило ему невероятных усилий, и вся та кровь, что успела запятнать песок под ногами, превращая его в уродливое бордово-черное марево, медленно заструилась вверх, не втягиваясь обратно в рану, но обрастая вокруг нее рубиновыми осколками до самого локтя.

[indent] Гаррет поднял руку и резко сжал пальцы в кулак.

***

[indent] Неожиданный удар откуда-то сбоку сбивает его, отзывается жалящим звоном в голове, и маг лишается чувства равновесия и валится на колени, но не падает окончательно. Только чувствует, как рассеивается тяжело в воздухе его магия, как горчит на языке привкусом металла и гнилью воздух, как в легких его слишком мало, а голоса вокруг слишком злые, непозволительно громкие.
Они раздражают его, Хоук морщится, но еще и от резкой, тянущей боли в собственной руке - кровь теперь просто стекала по ладони и пальцам, оставляя на песке влажные камни.

[indent] - Я.

[indent] Ему хватает сил и гордости, чтобы поднять подбородок и открыто посмотреть на Кассандру.

[indent] Ясность мысли не то, чтобы возвращается к магу, нет, он ее все-таки не терял, не позволяя раствориться себе в собственной силе и поддаться жестокости и жажде власти окончательно, заглушая тихий шепот демонов из Тени собственными принципами и обещаниями, которые нарушать не имел привычки. Но дышать… все равно легче. Как легче и переносить чужие поползновения но собственную свободу и жизнь.

[indent] Они ему - не враги. Кассандра - не враг.

[indent] - Им придется смириться с этим фактом, - сухо и даже немного устало отзывается Хоук, когда их наконец оставляют наедине. Все-таки он уже не так молод, как десять лет назад, да и своими… скрытыми талантами тоже давно не пользовался.
Наивно думал, что больше не придется. Что может ограничиться лишь теорией, подчерпнутой им из тех книг, что были найдены для него наемниками за щедрые деньги.

[indent] Поднимается на ноги, смотрит Кассандре прямо в глаза. И ведь… не объяснишь и не расскажешь ей о том, что Лавеллан был в курсе того, что Хоук - маг крови, с самого начала. Пентагаст была из тех людей, которым жизненно важно во что-то верить. В Создателя, в Вестника Андрасте, в то, что каждый маг крови - потенциальная катастрофа, что утянет с собой в Пустоту половину Тедаса, купаясь в собственной и чужой крови.
Наверное, когда-то ей хотелось верить и в него. Гаррета Хоука, Чемпиона Киркволла, который поднялся в городе с самых низов, но добился небывалых высот, вылезая порой только на собственном упрямстве, принципах и непреодолимом желании просто выжить.
Теперь она должна верить в то, что он ее предал. Всех их. Что он то самое чудовище, с которым их отправляли сражаться вновь и вновь. Что ж… пусть думает, если так ей будет легче.

[indent] - Хорошо, - он даже не пытается с ней спорить, прекрасно понимая, что это бессмысленно, а у него и нет никакого желания кричать в стену. Добавляет только тихо после, но с железной уверенностью в тоне. - Я всегда знаю, что я делаю. И ради чего. Как и цену, что плачу за это.

[indent] Гаррет вытягивает из складок собственных одежд туго стянутые, уже заранее пропитанные зельем полоски ткани и быстро, туго бинтует собственное запястье, будто бы потеряв весь свой интерес к Искательнице.

[indent] - Я тебя услышал. И я подчинюсь, но исключительно тебе. Издевательств и попыток играть с огнем от твоих храмовников не потерплю. Веди.

Отредактировано Garrett Hawke (2022-07-25 20:13:01)

0

51

bethany hawke
[серый страж]

https://i.pinimg.com/originals/a9/3a/32/a93a323b1ec8f000936b53ec2ede1f6f.gif
[anya chalotra, но это вариативно]

[indent] » dragon age
[indent] Бетани была любимым ребенком в семье. Оно и очевидно - девочек всегда любят больше, а когда у малышки начали проявляться магические способности, Малькольм был рад, хотя еще одной головной болью стало больше - уже двоих детей было необходимо защищать от возможности быть насильно отнятым, чтобы провести всю оставшуюся жизнь в круге. К тому же, она была такой же одаренной, как и старший брат, хотя Гаррет никогда не боялся и не стеснялся собственных способностей, отчего преуспел куда сильнее.

[indent] Всей семьей они покидают Ферелден, и именно Бетани помогала Гаррету отработать семейный долг, чтобы попасть за ворота Кирквола - Карвер был довольно сильно ранен во время схватки с огром, и требовалось оплачивать еще и его лечение, а найти достойного целителя в городе, где так не любили магов, было весьма... непросто.

[indent] Именно ее, а не Карвера, Гаррет берет на Глубинные тропы. Во-первых, она и сама хотела, а во-вторых, было логичнее оставить с матерью хотя бы одного из мужчин семьи, и раз уж сам Хоук не мог отсиживаться в лачуге Гамлена, пока остальные набивают карманы ценностями, было решено, что Карвер будет приглядывать за Лиандрой. К сожалению, старший Хоук не углядел за Бетани, и только благодаря Андерсу, что смог отыскать отряд Серых Стражей, Бетани не погибла, а была принята в их Орден, что навсегда испортило отношения между братом и сестрой.


[indent] Слишком добра для этого мира, слишком чиста.

[indent] Даже удивительно, почему при наличии таких... братьев, которые и пытаются добиться в городе справедливости, безопасности и порядка, но все равно являющимися весьма жесткими и суровыми людьми, Бетани - олицетворение добра и милосердия.

[indent] О ней, как и о матери, Хоук заботился особенно ревностно, прекрасно помня об обещании, что дал когда-то отцу, и из-за чего постоянно корил себя, когда пошел на поводу младшей сестры, которой никогда не мог отказать, вследствие чего Бетани была заражена скверной и вынуждена присоединиться к Ордену Серых Стражей. Их отношения серьезно испортились, что в большей степени ударило именно по Гаррету - младший брат, в свою очередь, тоже решил покинуть семью, поступив на службу к Храмовникам, и Хоук остался совсем один.
И казалось Гаррету, что близнецы сохранили куда более крепкую связь, а ему доставались лишь краткие и сухие письма с почти чужим "я жива, со мной все в порядке", которые больно резали по сердцу.

[indent] Встречаются они на протяжении нескольких лет все пару-тройку раз. Во время нападения кунари, хотя нормального разговора так и не вышло - Гаррет был слишком занят тем хаосом, что царил в Киркволе, а Бетани все еще слишком сильно злилась на старшего брата; когда умерла Лиандра. Тогда лед между братом и сестрой наконец треснул. Хорошие отношения не вернулись по щелчку пальцев, но все-таки стали куда как теплее.

[indent] Впрочем, Бетани - едва ли не единственный человек (да, включая мать), который может хоть как-то влиять на старшего брата и обладает правом его отчитывать, порой иногда совсем не стесняясь в выражениях. Младшая сестра практически его совесть и милосердие, которых Гаррету всегда не хватало, и Хоук это весьма ценит, прекрасно понимая, что иногда его может заносить в собственных суждения и решениях.

пример поста;

[indent] За тяжелой, крепкой дверью раздавались какие-то громкие голоса, лишь отдаленно напоминающие спор - будто бы кто-то изо всех сил старался на переходить на крик и говорил куда тише, чем ему хотелось бы.
Гаррет упорно делал вид, что его это все не касается, продолжая вглядываться в ровные строчки на свитках, что скопились на его рабочем столе, и старался не думать о том, что примерно такой же ворох писем ждет его на тумбе прямо за спиной. И ведь это уже те, что прошли тщательную сортировку, и большая часть осела на рабочих столах помощника, начальника городской стражи и прочих чиновников, которых можно было найти в Крепости Наместника.

[indent] Мужчина потер слезящиеся от бесконечных строчек слезных просьб, деловых предложений и уже куда менее тактичных требований, почти угроз, и раздраженно нахмурился, понимая, что шум за дверью его отвлекал уже куда сильнее, чем несколько минут назад. Решив, что на сегодня с него хватит - солнце скрылось за горизонтом добрых полчаса назад, хотя крыши все еще удерживали нежно-золотое свечение, меняя облик города, Гаррет вышел за порог собственного кабинета с лицом, не обещающим ничего хорошего.
Оно оставалось спокойным, но приближенные к Хоуку уже успели научиться различать целую гамму “спокойствия” нового Наместника.

[indent] - Что здесь происходит? - Невозмутимо произнес маг, обводя внимательным взглядом каждого из присутствующих, чуть дольше задерживаясь на лицах храмовников. С ними он старался поддерживать шаткое, острожное перемирие, во многом благодаря младшему брату, но инстинкты, вбитые еще отцом, страхами и опасениями Андерса, подпитанные образом обезображенной гневом и дурманом Мередит, все-таки брали свое.

[indent] - Мы просим об аудиенции…

[indent] - Приемные часы Наместника окончены, - перебил Гаррет, резко останавливая жестом ладони подлетевшего к нему сенешаля, уже готового самому вступить в диалог. Вообще-то, это была именно его обязанность - тормозить особо жаждущих попасть в кабинет Наместника, но тот банально заработался сегодня. А может, не решался вступить в перепалку с храмовниками.

[indent] - Ваш брат просил, - пытался продолжить главный с пышными рыжими усами, но вновь был нагло перебит.

[indent] - Мой брат не лишен дара речи и возможности передвигаться, - отрезал Гаррет, едва заметно погано ухмыляясь. Шум и монотонная работа за целый день его порядком извели, доводя до желания с кем-нибудь поцапаться, чтобы сбросить скопившееся раздражение. - И его персоне всегда рады в Крепости Наместника.

[indent] Льда в тоне Хоука стало куда больше. Храмовник, которого маг несколько раз видел подле брата, неохотно кивнул, задержав внимательный взгляд на Наместнике, и нарочито медленно отступил вместе со своими людьми к лестнице, ведущей на первый ярус крепости.

[indent] С их уходом все, кто толпился в коридоре, едва заметно облегченно выдохнули - все эмоции, расположение и редкие тревоги Хоука причудливым каскадом расползались по его подчиненным, порой передаваясь от одного к другому как болезнь.

[indent] - Мне нужно в Нижний Город, - уже куда расслабленнее заявил мужчина, обращаясь к одному из стражей, просто ставя того в известность, чтобы Наместника не кинулись искать с мабари по всему Киркволлу.

[indent] - Нам вас сопроводить? - С легкой ноткой тревоги обратился к Хоуку один из стражей, тех, кто он набрал совсем недавно и лично, но Гаррет, все еще порядком раздраженный, лишь отмахнулся.

[indent] - Я в состоянии постоять за себя, иначе бы не носил титул Защитника. Или мне не стоит доверять даже тем патрулям, что ходят по улицам Нижнего Города?

[indent] Смерив всех фирменным нечитаемым взглядом, мужчина поправил складки длинного одеяния, и зашагал к выходу из крепости.

***

[indent] Гаррет решил полюбоваться звездами где-нибудь в районе Нижнего Города.

[indent] Не то, чтобы с приходом Хоука к власти, тот резко, всего за пару-тройку дней, стал выглядеть куда как лучше, спрятав всех пьянчуг в темные, тесные закутки между лачугами, а на рынке, полном всякой всячины, начиная с тех же ворованных ремней и амулетов и заканчивая тухлыми помидорами, резко перестали обсчитывать, в надежде содрать с жителей последние медяки.

[indent] Но чище все равно стало. Во всех смыслах. Даже ворье и головорезы, что раньше почти даже не скрывались, едва ли не гордо вышагивая по грязным, пыльным улочкам, пропахшим нечистотами и безнадежностью, сейчас не желали показывать носу из тех мрачных щелей, где предпочитали теперь прятаться и творить свои сомнительные дела, мстительно радуясь, что у Защитника, неожиданно ставшего еще и Наместником, просто не хватает времени.

[indent] Хоук резко повернул, чуть придерживая глубокий капюшон пальцами, чтобы не слетел - совсем недалеко здесь был один из лазов в Клоаку, замаскированный под целое нагромождение складских ящиков, пыльных настолько, что маг не рисковал до них дотрагиваться даже когда Нижний Город был его… не домом. Ночлегом. Не самым приятным периодом в жизни, который он вовсе не старался забыть, как это часто бывает, оставляя для себя как жестокое напоминание. Символ того, откуда он поднялся и чего мог достигнуть.

[indent] Огни “Висельника” замаячили впереди, и Хоук довольно улыбнулся, вовсе не удивившись наличию буквально за углом силуэту уже надравшегося до состояния зеленых соплей работяги из литейного квартала. Благо, он был всего один, но и день был будний. К концу недели местная флора и фауна была представлена куда большим количеством видов.
Как бы Варрик не боролся, поделать с этим у него до сих пор ничего не получалось, а ведь заведение внутри уже не было таким раздолбанным и обшарпанным, как во времена их бурной молодости.

[indent] Хоук уже дернул ручку входной двери на себя, надеясь, что его тут же крепко обнимет родное тепло “Висельника”, но царящий внутри хаос и шум скорее ударили мага наотмашь, на несколько мгновений заставляя пораженно замереть на пороге.

[indent] - Что здесь… происходит? - Уже не в первый раз за этот вечер поинтересовался Хоук совершенно спокойно своими тихим, низким голосом, широко оглядывая теплый зал “Висельника”, где в свое время было проведено немало звонких вечеров, большинство из которых заканчивалось паломничеством в лечебницу Андерса - за порцией зелья, помогающего справиться с жестоким похмельем.

[indent] Весь нестройный, беспокойный шум множества голосов, многие из которых уже призывали к радикальному разрешению конфликта, причин которых Гаррет до сих пор не мог понять, мгновенно стих, а взгляды, даже те, что были щедро наполнены хмелем, обратились к порогу таверны.

[indent] Пораженные, удивленные, где-то даже тронутые безотчетным страхом. Среди собравшейся здесь бескультурной публики хватало мелких преступников, которым было чего бояться, особенно Наместника, о котором за последние годы, не без помощи Варрика Тетраса, стало ходить все больше самых неожиданных слухов. Гаррет их даже не всегда пресекал - иногда они действительно играли на руку.

[indent] На кончиках пальцев, затянутых в крепкую кожаную перчатку, едва-едва заплясало бледно-лиловое сияние, готовое в любой момент оформиться в настоящий разряд, способный поразить цель за считанное мгновение, какой бы ловкой она не была.

[indent] Гаррет быстро определил зачинщика, зацепившись взглядом за верткую фигуру в стремительно редеющем круге почти в самом центре таверны, одновременно чувствуя, как все еще удерживаемое между пальцев заклинание уже начинает ощутимо покалывать кожу прямо через перчатку.
Он узнал и острые уши, и смуглую кожу, и пресловутые светлые волосы, которые надежно врезались в память еще тогда - видит Создатель, Гаррет всегда был падок на блондинов.

[indent] Появление Зеврана было неожиданным, отдающим дурнотой знаком, и запах крови, который отчетливо ощущал Гаррет, хищно раздувая ноздри, тут был вовсе не при чем.

[indent] - На выход. Немедленно.

[indent] Слова Гаррет буквально прорычал, лихорадочно перебирая в голове варианты, крайне сожалея, что верная Авелин, способная прикрыть все авантюры Хоука после многочасовых нотаций, сейчас находится не в городе.
Тревога оказалась излишней - все в таверне были напуганы достаточно, чтобы задавать лишних вопросов и требовать немедленного правосудия от Наместника здесь и сейчас, так что стоило эльфу сделать шаг по направлению к выходу, мигом протрезвевший люд бросился оказывать помощь идиоту, который, если честно, сам нарвался на клинок в горле.

[indent] Хоук лишь хмыкнул, в последнюю секунду меняя положение пальцев, набрасывая на просторный зал что-то наподобие легкого морока, младшего брата “энтропического ужаса”. Это вполне должно было хватить, чтобы произошедшее списали на горячечный бред, вызванный слишком большим количеством эля и медовухи.

[indent] - Какого хрена ты здесь делаешь? - Зашипел мужчина прямо на ухо эльфу, стоило им оказаться на улице. Для серьезности своего недовольства Гаррет еще и крепко сжал плечо, прижимая Ворона к стене.

Отредактировано Garrett Hawke (2022-07-25 20:12:39)

+1

52

jean gunnhildr
[магистр ордо, трудоголик, уникум-легенда этого города грехов]

https://c.tenor.com/466soT07HmUAAAAM/genshin-jean.gif
[indent] » genshin impact
- Тот самый человек, чья история пропитана историей, дворянскими интригами и этикетом больше, чем стеклом, и вообще-то что детство без драм да травм, что жизнь в целом вполне себе дала шанс сохранить в себе что крышу, что человека;
- Джинн этим шансом воспользовалась, потому человеком хорошим осталась, а крышу не сильно даже пробило;
- Воплощение трудоголизма, упорства и менеджмента;
- Что такое здоровый график работы, разделение ответственности и обязанностей, командная работа? Не, не слышали;
- Что такое это ваше профессиональное выгорание? Впереди ещё задорная рабочая пятилетка, исходя из ставок внутри Ордо;
- Не самый сильный боец, но в рогалик вас крутит иными способами (вам будет стыдно и вы сделаете это с собой сами)
- Всем Мондом следим на её сном, подливая снотворное в чай и оберегая редкий сон как национальное наследие ЮНЕСКО;
- Да, Джинн спит;
- Кэйе нравится говорить, что не спит; из лучших побуждений: от волнения в Ордо происходит автоматическое перераспределение обязанностей и заданий, что обеспечивает ту самую пятилетку без гордого выгорания (если что-то случится с нынешним магистром, это же придётся кого-то ещё отчаянно искать ей на замену, не-не-не, спасибо, лучше рыцари немного поработают);
- Солнышко, мораль, единственный по-настоящему хороший человек в этой не портовой Тортуге;
- Трезвенница 95% бытия, потому выносится (возносится)  в ничто вместе с запахом вина;
- Читает розовые сопли, прон, истории про леди в беде, и вообще за что осуждать, каждому нужен свой антистресс;
- С раннего детства дружна с Дилюком, после - с Кэей, провели прошлое во многом именно троицей;
- Умеет быть воистину отчитывающей учительницей ссыкотной, потому что способность взывать к чувству ответственности и совести в ком угодно - это без шуток практически непобедимое оружие и уникальный талант;
- Не без комплексов, загонов и повышенного чувства ответственности как следствие;
- Очень любит Кли, и потому заточение в "башне" - от большой заботы и лучших побуждений; и превентивное спасение от проблем (города, страны, самой Кли)
- Единственный приличный (ок, хотя бы местами) человек в этом городе грехов. Т.е. как Дилюк, только не притворяется. А - аристократы;
- Имеет идеалы, принципы, не склонна ко лжи в целом человек доблестный; для всего остального есть Кэйя, на чьи методы закрывает глаза и благодаря чему, собственно, сохраняет свою совесть максимально чистой;
- Лучшая в мире старшая сестра, точно знающая, что Розария - не самая дурная нянька для сестёр младших (но лучше может не надо?)
- И ещё раз: единственное солнышко в этом царстве мрака и грехов (Кли - тоже лучик обожаемый, но там, так сказать, атом как мирный, так и БУМ - как повезёт и как вы на ночь молились богам, так сказать, заслужили ли атом её пережить).


А теперь тож самое, но лирично, давайте?

После того, как моё прошлое заставило настоящее треснуть, после того, как Дилюк дислоцировался, закрылся и покинул Ордин, Джинн стала для меня в каком-то смысле заменой; или ориентиром; или тем человеком, который смотивировал и позволил Мондштадту всё-таки зацепиться внутри, став тем местом, за которым — не важно, по каким причинам, на сомом деле — я стал приглядывать, направляя на это свои не всегда "славные" внутренние ресурсы. Пример Джинн, её мотивированность, её трудоголизм, сила духа и то, что даже будучи на грани не раз, она так и не сломалась, двигаясь только вперёд — это то, за что леди заслужила моё уважение и что-то вроде... допустим, верности; даже если нередко я считаю, что ей стоит быть хитрее и умнее [всему научится; надо лишь дожить и не сдаться]. От части, именно из-за Джинн я до их пор здесь и, вероятно, именно благодаря её должности работой я могу время от времени наслаждаться, не имея связанных рук и слишком скучного быта. К тому же, у нас общее прошлое: Джинн и Дилюк долгое время оставались моей основной компанией, потому у нас совместное прошлое, что само по себе даёт многое.

А ещё эта красивая и такая упорная леди стала для меня, в каком-то смысле, маяком-примером морали. Если бы не она, то я бы их не придерживался вообще, так ничего и не выстроив; особенно после конфликта с Дилюком, когда в полной мере осознал, что не просто зовусь (так переводится мое имя), но и в самом деле являюсь Плохим Человеком.

Джинн не так проста, как может показаться, и скорее в себе, нежели открытая книга. Однако это "светлый персонаж", никаким местом не злодей, хороший человек, так [пока ещё] и не успевший поблекнуть в мире, что разговаривает совсем другим языком, далёким от морали и веры. Идеалистка, местами романтик и не лишена некоторой наивности (главная ошибка - вера в людей), что не синоним глупости. Как-то, знаете ли, свой пост получила, репутацию заимела и все эти элитарные интриги пережила: наглядность заместо слов, а?

Джинн — это просто человек, в которого я, вероятно, верю, и тот человек, который в том числе удерживает меня здесь. Как и тот человек, что даёт мне волю и место для того, чтобы быть тем, кто я есть, эффективно и с пользой. Закрывает ли она глаза на мои методы и содержимое глаз, замечает ли, направляет ли или интуитивно делает так, как надо — не ключевой вопрос, я за это благодарен и испытываю что-то вроде уважения, повторюсь, правда. Пока она трудится, я буду трудиться тоже; своими способами. И иногда напоминать, что пора отложить бумаги и отдохнуть. В конце-то концов, о начальстве тоже кто-то должен заботиться, не так ли? Хороших людей в этом мире чертовски мало, так что не стоит ими пренебрегать; стоит правильно смотреть и эффективно использовать их существование.

За Джинн приглядываю, испытывая даже что-то вроде умильной нежности, за неё же иногда давлю на окружающих, она же мне доверяет; может быть даже больше, чем кому бы то ни было. В конце-то концов, уход Дилюка что из Ордо, что из города в своё время болезненно ударил по обоим, а такие моменты, как говорят, сближают. Да и во всех этих интригах, амбициях да интересах лучше иметь кого-то на своей стороне, способного разобраться. Польза в данном случае работает в оба конца.


Ещё более коротко:  ККК к ней некую нежную заботу испытывает, ибо она как некий лучик в этом всем говне, без которого как-то ну совсем никак будет. Потому все кругом должны пыхтеть, чтобы она не перегорела совсем быстро, а в чашку и ко ей периодически заливается снотворное (всеми поочередно, судя по всему, ЭТО ЗАГОВОР "ЗАСТАВЬ МАГИСТРА НЕ УМЕРЕТЬ").


Йа просто хочу играть, а ещё леди в Геншине - это так красиво, но почему их нет???? Ну эй??? Пускай игрок умеет писать качественные посты с умеренной активностью, имеет идеи-интерес к персонажу и её взаимодействию с миром, и пускай любит писать посты больше флуда, картинок и прочего, ибо это для ролевой есть самоцель, как ни крути. Я не общительный от слова совсем (это проблема, по ходу сильная), но обсудить игру, покидаться музыкой и, главное, писать посты - это всегда пожалуйста, всегда готов. А ты будь какой угодно, просто знай, какой у тебя "заказчик". От Джинн, к слову, буду хотеть много игры, ибо она для Кэйи один из ключевых персонажей, так что готовься. Если между делом захочешь джен, роман, хукапы - вообще без проблем, это прекрасно, изи. Только, пожалуйста, желай развивать её сюжет и рассматривать персонажа не только поверхностно, там же есть, куда нырять.
Важно: Джинн - это не история о стекле и вечной травматике, не черная трагедия. Это история об усердии, упорстве и принципах. Не надо это ломать, пускай сплошное стекло на старте будет у тех, кому историей положено. Прелесть Джинн в другом, и она этим великолепна (а, ну да, и просто красавица... но это я уже говорил, да?).
Любите Барбару, верьте в церковь и её значимость, будьте человеком чести, а как игрок выдавайте вкусные стабильные посты. И фсо, вы великолепны! А по вопросам пишите в гостевую, приду как только буду свободен.

пример поста;

Да, мальчишки росли. Проблем становилось больше, но это не замечалось, воспринимаясь как естественная часть жизни: Кэйя даже рад, что наконец так; что можно окунуться в них, испытывать, не повторяться из раза в раз, а переживать подобно нормальному человеку, по возможности находя в этом хоть какой-то эмоциональный отклик или любопытство. Что лучше: куда больше стало дел и возможностей. Полноценных, серьёзных, требовавших осторожности, совершенствования или познания чего-то нового. Стало больше и ответственности, и связей, и понимания очень многих нюансов, что прежде детям были недоступны. Пожалуй, самая интересная часть; и наиболее разочаровывающая одновременно: не способствовало вере ни в людей, ни в честность. Удивительно, что Дилюку оно не мешало. Хотя, может, ему оно и к лучшему; иллюзорность, говорят, бывает во благо. Кэйя не стремился её разрушать. Пускай. Названый брат хотя бы стремился и был счастлив. Ему в радость видеть того подобным.

Мир полон хитросплетений, строился на интересах, политике и подлости - это для юноши не новость; он из-за того и оказался сначала в самом Аду, а после в этом городе. Городе, что по мере знакомства с ним и познания обретал всё больше нюансов, открывался и, в конечном итоге, явил собой разве что сгусток амбиций, пороков и возможностей, что строились на них. Это Кэйю не задевало, подобное - нормально, ведь из чего ещё исходить людям, как не из собственных желаний, удовольствий и страха. Просто идеализировать - словно ему это было когда-то сочувственно - юноша перестал совсем, и не замечать многое из того, на что прежде с лёгкостью закрывал глаза, не имелось ни нужды, ни желания, ни возможности. Исключением не стал даже очень уважаемый Крепус Рагнвиндр.

Мужчина, как и его бизнес, были ценны и важны для Города Свободы, внося свой вклад и развитие, однако имели... иную торону. Будучи очень наблюдательным и сообразительным, как и, в общем-то, "посланным" в Монд именно для того, Кэйя стал замечать. И людей, с которыми водился мужчина, и то, что этот бизнес делал с населением, выезжая, какая ирония, на пагубной привычке. А ещё немного больше узнал о том, куда выбирался Крепус. Удивительно полезно, что "погоны" рыцаря и задания позволили немало узнать и о местных группировках, и об иностранных силах, и о том, какими безделушками часть из них пользовались.

А ещё Крепус заметил, что Кэйя заметил. Не сказать, что это испортило их отношения или что от этого мужчина перестал быть менее полезным или менее хорошим в общем-то человеком, но... Вне Дилюка, действительно, кое-что между ними едва поменялось, переросло в прежде отсутствующую форму присматривания, приглядывания и чего-то... вроде как интеллектуального, а вроде как и, ну...Наверно, Олберич пока не способен описать это словами. В конце-то концов, между ними всегда оставался Дилюк, и никто из двух центральных фигур его жизни не стремился нарушить той картины мира, в которой жил юноша. У него большое будущееи куча амбиций. Казалось, самый незапятнанный и больше всех верующий во всей семье. Не зря так хорошо сдружился с Джинн, действительно.

Кэйя никогда не спрашивал, когда и во что именно влезал Крепус, однако слушал внимательно, не упуская ничего из того, что доходило из выстроенных им сетей, над которыми юноша работал куда больше и тщательнее, чем над иными занятиями и направлениями; рыцарство и честь - это по части Дилюка и местных, Кэйя действовал иначе и преследовал чуть другие цели, пускай и стремился содействовать Монду в порядке. У него не имелось причин ненавидеть это место, в конце-то концов, а причинение вреда ему не помогло бы тому, чего... уже нет? Точно также он не выискивал чего-то про Рагнвиндра конкретно; просто, бывало, то тут, то там всплывали детали, и упускать их - глупо, в самом деле; для общего самообразования. И если говорить о том, что происходило в последнее время, то прозвища Крепуса и упоминание его дел - за пределами Монда в том числе - всплывали чаще, чем прежде; и, судя по намёкам, это вело не к той стороне, что могла считаться честной или безопасной. Как и не к той стороне, что ставила деньги превыше всего: Олберич успел узнать и понять, что хоть большая часть всего делается из-за денег, однако существовал самый опасный тип людей, чья мотивация выходила за пределы материальных благ. И обычно подобные истории не заканчивать хорошо. Имелся ряд звоночков.

Возможно, стоило сообщить в соответствующие органы Рыцарей. Или поговорить с Крепусом: тот знал, что Кэйя не дурак, и даже если бы сказал не вмешиваться или что тому кажется, возможно, оно бы заставило быть осмотрительнее или поменять планы. Олберич же знал, что в отношении Рагнвиндра что-то должно было случиться, но в каком именно виде и как этого ожидать...А, впрочем, не его дело, домыслы. Он лишь молодой пацан, возомнивший о себе, в то время как господин Крепус имел опыт в бизнесе, ведении дел и непременно знал, во что ввязывался, взвесив и подготовив почву для своих дел. У Кэйи же имелись свои дела, и если уж на то пошло, вообще-то у Дилюка скоро день рожденья. Знаменательная и важная дата, когда он станет взрослым не условно и не частично, а полноценно. Особое празднество, подарки и так далее. Кэйя ждал этого дня тоже и, если четно, рассчитывал на нечто грандиозное.

К сожалению, не вышло. Задание неожиданным образом подозрительно растянулось, и заместо празднества Кэйе с рядом рыцарей, коих ему доверили вести, должно было вернуться разве что ближе к вечеру. Это знатно портило настроение, но радовало одно: удалось убедить не отправлять Дилюка на задание, потому он имел полноценный день отдыха, с празднеством и отцом. Кэйя бы присоединился в любом случае, это ведь вроде как важная дата и всё такое.

Неприятная новость застала их врасплох по дороге назад, когда они практически подошли в Городу Свободы: несколько дорог, везущих в Монд, подверглись нападению, и среди них был один из путей, по которым должны были следовать Рагнвиндры. Это не звучало хорошо, а с учётом того, что на группу Кэйи вылезли монстры, которых тут вообще-то быть не должно... Им определенно следовало поторопиться и объединиться с Крепусом, быть там, тогда больше толку. Жаль, что из-за монстров и плохой погоды пришлось потерять время. Похоже, слишком драгоценное.

- Господин Крепус, капитан Дилюк! - раздался голос сквозь шум непогоды. - Мы здесь, чтобы помочь! Вы в по...

Однако, подойдя ближе, Кэйя замер, а следом за ним - на чуть большем расстоянии - и остальные рыцари, сегодня находившиеся в его подчинении.

"Что здесь произошло..."
Слов не нашлось, всё просто застыло. Всё, кроме дождя.

Слишком, слишком драгоценная жалкая охапка времени... похоже?...тут пост

Отредактировано Kaeya Alberich (2022-07-28 22:05:01)

+5

53

tsaritsa
[снежная королева, архонт, правительница снежной]

https://c.tenor.com/4y1SFJZvgCkAAAAC/snow-queen.gif
[original arts]

[indent] » genshin impact25/17 - Зима-мама

Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.

Холод — самый назойливый компаньон из всех, кого я знаю.

У холода есть одна особенность - он всегда к кому-то тянется, он не может один, хоть и с другими не умеет тоже. Холоду нужно морозить, холоду нужно гасить и распространятся. Холод - это стабильность и вызов, проверка на выносливость. Холод - это смекалка для выживания. Холод - это амбиции, ведь в нём нужно выжить, ведь ему нужно распространиться, ведь ему нужно поглощать; из лучших побуждений и искреннего беспокойства заботиться о том, чтобы никто и ничто в мире не перегрелось, не сгорело. Если не понимаете холода, его сути, его содержимого, если не понимаете глубины понятия мороза, если не умеете ловить все оттенки мира в переливах льда, то вам никогда не понять этого места. Вам никто не понять Царицу, ведь она - в лучших из побуждений - воплощает худшее; амбиции.

Аид был изгнан в подземное царство с Олимпа, она - в вечную мерзлоту из Селестии. Для неё подземное царство (империя), уничтоженное богами, стало источником новой силы, мести и путём (повторением участи?). Но об этом речь пойдёт многим позже. Холод поглощает, его амбиции бесконечные и промозглые, и Царица точно такая же: она должна быть везде, участвовать во всём, лично контролировать всё, потому что только она знает, как лучше. Ненавидит своих сородичей, зная и видя все их ошибки. Никто не умеет права указывать холоду, никто не имеет права заставлять её делать что бы то ни было, никто не имеет права наступать на её амбиций; выходец из Селестии - это не значит, что заодно с ними. Как и Аид. Царица хочет большего. Она хочет всего мира, всех вершин, всей силы, всего контроля; всё во имя ней. И собственно царство - оно не состоит из мёртвых. как у Аида; оно гораздо, гораздо лучше, ведь населено теми, кто пережил мороз, вырос на нём вместо тёплого молока матери. Тут своё понимание уюта и слабости.

Царица не упустит ни единой возможности, как и её люди. Будь то остатки уничтоженной богами империи, что в своё время заставило возненавидеть летающий остров пуще прежнего, кинутые, но талантливые сироты с драматичной историей или политические амбиции - она не упустит ничего; не умеет; конечно же, из лучших побуждений. Всецелый (тотальный) (абсолютный) контроль, страх и уважения - из лучшего; холод замораживает всё, с чем соприкасается, чтобы не потерять, не упустить, не забыть ничего, оставив дорогое при себе. В вечных льдах всё, что близко сердцу, останется с тобой; навечно. Всякий, кто посягнет на это, либо погибнет, либо останется в этой вечной мерзлоте с тобой навсегда. Не суйтесь, если не понимаете холода.


Я хочу этого персонажа
а) для эстетики
в) для эстетики, но (тут очень сложная отсылка и смысл) другой:

[...] Кай посинел и почти почернел от холода, но не замечал этого, — ведь поцелуй Снежной королевы сделали его нечувствительным к стуже, а сердце его давно превратилось в кусок льда. Он возился с остроконечными плоскими льдинками, укладывая их на все лады, — Кай хотел что-то сложить из них. Это напоминало игру, которая называется “китайской головоломкой”; состоит она в том, что из деревянных дощечек складываются различные фигуры. И Кай тоже складывал фигуры, одну затейливее другой. Эта игра называлась “ледяной головоломкой”. В его глазах эти фигуры были чудом искусства, а складывание их — занятием первостепенной важности. И все потому, что в глазу у него сидел осколок волшебного зеркала. Он складывал целые слова из льдин, но никак не мог составить того, что ему так хотелось, — слова “вечность”. А Снежная королева сказала ему: “Сложи это слово, — и ты будешь сам себе господин, а я подарю тебе весь мир и новые коньки”. Но он никак не мог его сложить [...]

с) нужно разнести Селетию, я вангую, что будет клёвое сотрудничество
д) вообще-то у меня батя - первый Фатуи, а вместе с ним остатки былой империи под автономией Снежной, и оно же источник древних знаний и технологического скачка для Снежной последние немало лет
е) ненавидеть собратьев - нормально, я их тоже ненавижу, потому ничего, если случится геноцид архонтов-богов-чебурашек в летающем Замке; только не надо как фрико-Орден Бездны: к людям претензий нет, они неумные, ну и пускай живут себе да барахтаются, клёво же.

Если чуть подробнее, то у меня куча хэдов на тему что Глаз Бога, что Царицы отдельно, ведь она отличается от других собратьев очень сильно. Но что важнее для меня: у неё особые отношения с павшей империей. По нашим наработкам, небольшая часть когда-то захваченных империей земель не поглощены Бездной, потом ошмётком и разрухой остались на поверхности; Снежная взяла под защиту и автономию землю (относительно недавно), что обеспечило ей очень стремительный технологический рост, повышение уровня жизни, обороны и... открыло путь самой империи когда-то: даже имея архонта, шанс отомстить, стереть в порошок чёртову Селестию со всеми мразями, что её населяют. Это стало возможным в том числе благодаря выжившему и после почти пятисот лет скитаний по Бездне выплюнутому на поверхность Черному Солнце Империи, Пьерро, моему отцу, что присоединился к Царице. Тут я могу говорить достаточно много, у меня детали и всякое-разное в голове, но эт просто чтобы ты в принципе понимала, зачем я ищу Цирицу и почему она мне важна.

Из ещё более личного: Кэйя - первый (и единственный) каэнрианец, получивший Глаз Бога. Исходя из моих хэдов, это неспроста; особенно неспроста то, что крио, как и непроста момент-случай. В свое время по канону Дилюку не составило труда добраться до Снежной и даже внедриться в агентуру Фатуи, чтобы найти информацию о Глазах Порчи и отце (неизвестно, удалось ли). Так что добраться туда же Кэйе, но уже с иными вопросами, причинами и последствиями - просто, и лишь вопрос времени. На игре нет Пьерро, что сделало бы это ещё интереснее, но... при всей ненависти и презрении к архонтам, Олберичу имеется, что спросить (можно прислать капитану открытку с приглашением, в самом деле, зачем насилие, когда Фатуи условно любят дипломатию). Это взаимодействие может быть очень красивым, эстетичным и одновременно с тем... холодящим, как Тайга, в которой только чёрное и белое, жив или мертв. Отсюда также можно вывести кучу разных сюжетов, играть множество альтов и пускать слюни, потому что ты лаже не представляешь, что Кэйя на самом деле такое (спойлер: вам не нужен Халк, пацан оч полезный) и как классно с этим можно играть. Я - знаю, потому приватизирую Царицу и хочу загрузить игрой. Шикарной и достойной, коли Фатуи не сделали этого до меня. СПРАВЕДЛИВО.
С Предвестниками игра непременно тоже найдётся, но что-как: я не в курсе. У нас нет (и не будет) общего сюжета (максимум какие-то отдельные арки), имей это в виду. Потому 1001 не связанных между собой событий, пожалуйста, всё для вас.

Будь грамотной, пиши красивые посты, делай это стабильно; я не жду месяцами, смысл приходить тогда, честно. Кстати, не флужу, не ищу общения (люблю побазарить разве что за игру), но хочу видеть игрока, который приходит на ролевую играть, и настроения во флуде на эту самую игру да желание писать посты не влияет. Всё остальное - по желанию и второстепенно, тут народ крайне общительный и утащит в твиты на раз-два. Это важно. В идеале от 3-его лица, однако в теории можно подстр... нет, ладно, только 3 лицо. На капс плевать, на знаки препинания - нет, не плюём.   

По внешности: рандомные арты привет, может в какой манге-аниме есть подходящее. НО! Пожалуйста, не ставьте кого-то умильного-няшного-миловидного вроде Венти или Райден. Это очень красивая, но суровая женщина с типажом скорее Синьоры, чем эро-школьницы. Пожалуйста.

пример поста;

Ничего особенного в этом дне не было и едва ли намечалось. По крайней мере, для детей всех мастей, остававшихся детьми и о многом неосведомлёнными.

Взрослые в последнее время были особенно занятыми и вдохновлёнными, постоянно что-то обсуждали и всё чаще говорили о светлом будущем, но с чём это связано и что под этим подразумевалось юный Хо’э’Лант не знал. У них в Каэнри'ах и свет — понятие достаточно относительное, если на то пошло. Искусственный, технический, алхимический, потому как будущее может быть светлым, если оно уже — этого ему не понять. Мальчишка и без того себя чувствовал достаточно счастливо, с будущим в целом понятным, обозначенным и предопределённым. Единственный сын, наследник, принц, императорское дитя и так далее — это многое накладывало, но и давало также немало.

Хо’э’Лант, как делал это достаточно часто, забрался на самую верхнюю площадку, доступную на крыше имперского замка, и смотрел на то, что здесь называлось небом. На клубы дыма, не переливы, на местами проскальзывавшее отражение всего того, что снизу. Пожалуй, вне алхимического света и этого неба — иного не видел никогда, собственно — ничего столь яркого, не пресного, в знакомом мальчишке мире не было. Можно заикаться о глазах местных, но если убрать указанные два фактора, то и в них отражаться ничего не будет, и цвет их поблекнет в серости и полутьме, и отражающее свечение потеряется.

Ничего особенного неизменно не намечалось и не происходило. Хо’э’Лант обратного и не ждал. Он в целом даже начал проваливаться в дремоту, имея несколько достаточно ленивых дней, свободных от занятий, занятий и иного рода, опять же, занятий.

А потом что-то всё-таки пошло не так. И это почти с порога вогнало в тупик и панику, ибо чего происходило мальчишка был без понятия, абсолютно и совершенно. Не секунду и не две.

Несколько сильных толчков, от чего земля, конструкции, он сам, ни то подскочили, ни то пошатнулись; вибрации, словно кто-то включил волны, а потом... А слишком много всякого "потом", чтобы зацепиться за что-то одно.

Стало шумно, воздух ощущался иначе. Шатания, вспышки, жар, невиданный прежде ветер, предметы; всё это мешалось с чёрным нечто, ни то зависшим где-то на уровне крыши в скольких-то километрах, втягивавшим в себя всё, ни то это упрощение и детское воображение, пытающееся хоть как-то объяснить и олицетворять происходившее. Происходило в целом куча всего странного; слишком много для понимания одного совсем юного принца, ни на что сегодня не рассчитывавшего.

Он даже не заметил, как кто-то из ни то охранных, ни то военных подхватил его и без объяснений потащили вниз. Там был отец и ещё несколько важных лиц. Им всем предстояло бежать: в смысл диалога Каэнри'ах неизменно не вникал и ничего не понимал, но что-то происходило и это, кажется, пугало всех. Его-то уж точно. Ибо, если честно, все прежние детские страхи, что имелись у наследника, в момент показались даже не шуткой. Ему стало очень страшно. Непонятно, от чего в большей степени.

Каэнри'ах боялся. Испугался. Путался. Цепенел и совершенно не соображал, что всё это такое, куда и зачем они убывают. "Эвакуация", это она? Отец ничего не пояснял, будучи таким же напуганным и нервным. Крики снаружи мешались с шумом оттуда же, как и с хрустом трескавшихся и шатавшихся стен, даже их замка-крепости, чего только прежде не пережившего за предшествующие века.

Это и был конец?
Так выглядела смерть?
Она так и должна была длиться: не одно мгновение, а столь долго, что совсем перестаёшь понимать, теряешься в ощущении времени?

Сердце тук-тук. Колотится. Уши закладывало.
Тук-тук. Тук-тук.
И дыхание быстрое-быстрое.
Небо, что над землёй, которого Хо’э’Лант никогда не видел, не предстало светлым будущим; слепящим, пыльным, громким, горячим, страшным, неразборчивым. Предстало тем, что помимо прочего принесло тот чёрный сгусток, что ни то стремился затянуть в себя, ни то наоборот отдавал себя в мир, взаимен странно преобразовывая тех и то, что знакомо наследнику, в худшую из форм воображения. Ни то хаос, ни то все цвета пышного погребения.

Куда они бежали? Тут разве можно спрятаться?
Только жмуриться и думать, что стены, стол или закрытые глаза помогут. Как с игрой в прятки.
И слушать своё сердце. Тук-тук. Тук-тук.
И пульс отца в руке: сердце императора тоже билось. Тук-тук. Через кровь.

Отредактировано Kaeya Alberich (2022-07-28 22:04:29)

+6

54

fire worshipper
[огнепоклонник, поджигатель, огонёк для двух друзей]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/216/501578.png
[comic]

[indent] » bubble
Истинная сила заключена в огне. Он потерял всё в языках пламени — и обрёл новую жизнь и могущество в них же. Огнепоклонник очарован огнём во всех его проявлениях, и после того, как он потерял свою любимую жену, своё влияние, богатство и свободу, он обрёл новую семью в своих «братьях по мраку». Ослепительно сияющий, но пустой внутри Поэт и имевший душу бабочки и тело израненного льва Кризалис стали ему ровней, единственными, кому было позволено помнить о нем. Даже их «создатель» Рубинштейн не удержал в голове мысли об Огнепоклоннике — лишь записям на диктофоне это оказалось под силу.
Могущественный телепат, умеющий внушать мысли и желания и навязывать привычки, распространять своё влияние на всех, с кем имеет даже минимальный контакт его жертва, выпытывать информацию, насылать сны и заставлять подчиняться себе, сейчас Огонёк использует свои силы не для того, чтобы создавать личную армию самосжигателей и жить через чужие глаза. Оставивший попытки отыграться на всём мире за боль, причинённую ему, Огонёк находится под следствием и арестом в больнице, где лечится от страшных ожогов и проводит дни, играя с детьми, обнимаясь с акулой из Икеи и строя конструкции из спичек. Он остался хорошим другом Поэту и Кризалису, помогая им обоим найти Рубинштейна своими методами, и защищая обоих как друг от друга, так и от полиции. Всех троих связывает невидимая нить боли и понимания, концы которой тянутся дальше и обрываются на легендах Петербурга. И если до Разумовского и Грома Огоньку нет особого дела, Кризалиса и Поэта он будет защищать.


дополнительно: среди троицы (да даже всей пятёрки) «братьев по мраку» Огнепоклонник на данный момент — безусловно наиболее могущественный. Даже гипноз Поэта бессилен против тех, чьи мысли занял Огонёк, и он сам это признаёт. Также он наиболее обеспеченный и наиболее приземлённый, обладает уровнем адекватности, чувством меры и свободной от излишней вины совестью — словом, всем тем, что недоступно как Кризу, так и Поэту. Да, нам известно, что по канону Огонёк не покинет стен больницы из-за своих ожогов и следствия, но к черту канон, мне и Поэту нужна адекватность в нашей парочке, а Питеру нужно больше всеочищающего огня и мертвых Рубинштейнов.
Заявка изначально в тройственные отношения, потому что кто, если не мы, тебя поймёт и будет помнить? Но если категорически не хочется, то мы будем рады и другу/брату. Обещаю снабжать тебя спичками и акулами из ИКЕА, а Поэт — стихами про огонь и новостями.
Обязательно зови в гостевой меня или Поэта: даже если один не откликнется сразу, второй его известит.

пример поста;

Ведьмакам не нужны были почести, титулы или земли, семья или дом. Их удел — защищать человечество по мере сил и желания, быть мечом, что пронзает Тьму, выбивает ей клыки и отсекает когти на лапах. Иногда, конечно, приходилось защищать человечество от самого себя: несмотря на то, что люди были расой безумно живучей, не было для них развлечения лучше, чем поубивать друг друга за какую-то чушь. Вот так живешь, живешь, горбатишься в полях, а потом приходят головорезы очередного свежеиспеченного местного лордика, вздумавшего помахать не отросшим ещё членом, насилуют твоих дочерей и жену и вешают тебя на суку за то, что сам подолы своих баб перед «милсдарями» не завернул.

Кризалис уже давно это знал, и всё равно вмешивался. Ведьмакам не положено было вмешиваться — но и ведьмаками не становились по доброй воле, поэтому он позволял себе столько свободы, сколько мог. По-простому — ссать он хотел на «ведьмачьи правила» с самой высокой колокольни Новиграда, у него были свои, и его чистая сила и умения вынуждали всех несогласных с ними считаться. К несчастью, таких несогласных с каждым прошедшим годом будто становилось больше — или, возможно, удача Кризалиса на встречи с людьми, а не с монстрами в их шкурах наконец начала истекать.

Его лошадь, серая в яблоках крепкая кобыла по кличке Охота, фыркнула, мотнув головой и хлестнув по боку хвостом. Чуткая животинка всегда знала, когда кто-то был поблизости, поэтому продержалась с ним куда дольше остальных. Доверявший её чутью ведьмак оглянулся, прежде чем хмыкнуть и снять руку с рукояти кинжала. Опасности не было, иначе бы Охота не вела себя так шумно, а он сам не был бы так расслаблен.

— Elleriadair, aeber, — со вздохом признал свою гипотетическую смерть Кризалис, пряча небольшую улыбку. Он не мог похвастаться большим количеством друзей, однако те, доверие которых он имел, были куда дороже любых монет, периодически наполнявших его кошель. И, естественно, к странному ведьмаку, плюющему на правила и устои, на которых держался мир и до, и после Слияния Сфер, тянуло таких же странных и непонятных их собственной расе существ.

Из-за дерева неподалёку выступила невысокая фигура и без страха подошла прямо к наклонившемуся к ней ведьмаку, на ходу убирая в колчан стрелу и лук на спину. Короткие светлые волосы девушки и белый капюшон скрывали заострённые аккуратные ушки, а лицо не портила даже собравшая на нём пару складок хмурая мина. Эльфка была одета по-мужски, но Кризалиса её наряд и прическа не обдурили даже во время их первой встречи, пусть её способности имитировать мужчин и впечатлили. Про навыки стрельбы из лука говорить не было смысла, но девушка прекрасно сражалась и в рукопашную: ведьмак убедился в этом на собственной шкуре.

— Esseath mar cáelm, Raa Tel’Vilvarin, — Эллериадаир привычно и безжалостно уязвила его отсутствие реакции на неё, но в её словах не было привычной же суровости. Вместо них Криз уловил нечто, похожее на страх и усталость, и обеспокоенно поднял брови. Это было в характере эльфки: произошло или происходило что-то очень серьезное, что из неё, естественно, придётся вытягивать клещами. Это был единственный минус представительницы Aen Seidhe: ну не могла она перебороть тягу своей расы изъясняться либо как можно более туманно и цветасто, либо заставлять превращать разговор в допрос.

— Что-то произошло? — Кризалис всё же попытался, перейдя на общий язык. Его знание наречия Народа Гор значительно улучшилось с момента его знакомства с Эллериадаир, но всё равно оставляло желать лучшего, о чем ему и она, и её брат Кирралис не уставали напоминать. О том, что они вообще не разговаривали на языке презренных Dh’oine до не вполне удачных обстоятельств их знакомства, ведьмак предпочитал им не напоминать в ответ. Его глаза и так «украшали» шрамы; стрелы в глазницах были бы перебором.

Эльфка сложила руки на груди, поджав тонкие губы. Мужчину уже подавил мысленный вздох и приготовился к словесной осаде этой неприступной крепости, но она удивила его:

— Ты едешь в Большие Ольхи. Поверни назад. Там опасно, — её произношение, пусть с типично мягким выговором, было ужасным, но Кризалис всё же разобрал смысл сказанного и нахмурился. Похоже, всё ещё хуже, чем он предполагал, раз всегда где-то сражающаяся Элле, знавшая прекрасно его способности, прервала свои странствия только ради того, чтобы предупредить его об опасности.

— Que suecc’s? — напряг он память, всматриваясь в почти ничего не выражающие светлые глаза эльфки. Она обнажила мелкие острые зубки в практически оскале:
— A d’yeabl aep arse suecc. Yaath foilé leass’s uulondobloedd, vatt’ghern. Essea cenne cinerea… a yghern… я не знаю, — Эллериадаир внезапно будто споткнулась в своем пламенном описании о камень общей речи. В её словах уже явственно звучали страх и отвращение. — Но страшно. Не от Dana Meabdh, понимаешь, Лев?

Если честно, понимал Кризалис мало, и то, что он всё же смог разобрать со своим крайне ограниченным знанием Старшей Речи, ему не нравилось категорически. Ещё больше ему не нравилось то, что обычно собранная и чёткая эльфка путалась в словах и делала ненужные даже для драматического эффекта паузы, не в силах описать, что именно она видела собственными глазами. Что значит «сколопендроморф с жряком»? Это вообще что за интимные фантазии? Криз пытался представить себе гигантскую ядовитую сороконожку с клещами жряка вместо всех лап, и выходило… с трудом, если честно.

Элле наградила его внезапно острым взглядом, неправильно истолковав его молчание, но правильно поняв его намерения ещё до того, как они четко оформились в его собственной патлатой голове:
— Ты всё равно поедешь, да? Esseath ty Raa Tel’Vilvarin. Будешь спасать Dh’oine, — она покачала головой, когда ведьмак, застигнутый слегка врасплох, тем не менее уверенно кивнул. — Va faill, идиот.
— Va faill, Elleriadair. Hantael.

Плечи эльфки дрогнули, но она всё же развернулась и исчезла в лесу так же быстро и бесшумно, как появилась. Кризалис тронул пятками бока Охоты, посылая её вперед. У него появилась дополнительная мотивация взяться за это дело и истребить монстра, за которого предлагали целых пятьсот новиградских крон.

***
— Спасу нет от гадины этой, милсдарь ведьмак, — городской глава небольшого, несмотря на название, городка Большие Ольхи нервно откусил кусок грязного ногтя и сплюнул его на дощатый пол дома. В его голосе было столько страха, что он прорезал его прошлое крестьянина из глухой деревни. — Слышайте, как тихо-то на улицах? По домам все сидят, трясутся, шо листы осинковые. Бабы дитям даже рты на ночь тряпками запихивают, шоб не орали и чудовище не звали. Десятерых здоровых мужиков тварина ухайдокала, кузнецы все на том свете, а новые не езжают сюда, боятся…

— И стены его не останавливают? — уточнил Кризалис, внимательно слушая и одновременно поглощая тарелку картошки с мясом, поданную ему молчаливой и бледной женой главы. Еда была вкусной, но это ведьмак отмечал по факту.

Мужчина махнул рукой:
— Куда там! Лазает сквозь них, погань, как к себе домой. Ни ворота, ни стены, ни огонь его не стращают. Вестимо только нашим местным чародеем и спасаемся.
— Здесь есть чародей?
— А как же, милсдарь! Не в отходной яме живем! — глава раздулся от гордости, временно позабыв свой страх. — Поэтом кличут, значицца, недалеко отсюда живет, в доме с крышей зеленой. Приходит, лечит иногда, берет мало, теперь и защищать пытается. Спасивец просто! Он и ведьмака присоветовал позвать.

Кризалис промолчал. Не любил он чародеев, но что поделать, в этом случае контакта с местным фокусником не избежать. Что за чародей, который даже щит на городишко поставить не может?

— Я возьмусь. Скорее всего, вам жить не даёт сколопендроморф — тварь неприятная, но справиться с ней можно. Помощи мне не потребуется, пускай все продолжают по домам сидеть. Чем меньше жертв — тем лучше, — спокойно сказал он, видя, как осветилось заросшее бородой лицо главы. — Вознаграждение меня устраивает.
— Благодарим сердечно, милсдарь ведьмак!
— Да не за что пока. Потом поблагодарите, — Кризалис встал из-за стола. — Спасибо за еду, хозяйка. На охоту отправлюсь ночью, когда монстр активен.

Он направился в комнату, которую выделили ему в доме главы, и занялся своей сумкой и мечами, проверяя эликсиры и оружие для ночной вылазки. Слова Эллериадаир не выходили у него из головы, и, когда он ехал по городу, его медальон с оскаленной волчьей пастью пару раз дёрнулся, реагируя на присутствие магии — сильной магии. Что-то здесь не вязалось.

Все мы немного Огонёк

Отредактировано Chrysalis (2022-07-29 02:57:40)

+3

55

haruno sakura
[куноичи]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/134380.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/879880.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/242460.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/193461.png
[no prototype]

[indent] » naruto

Сакура — первая.

первая любовь. детское восхищение. подобострастное преклонение.
цель, которая так и оказалась для Наруто совершенно недостижимой. далекой звездой и идеалом, в который Наруто хотелось бы верить. к которому он бы стремился и которого бы боялся. одновременно.
мягкие клубничные локоны и жесткий удар с левой.. правой, и с ноги. Наруто в курсе — этого добра ему всегда обламывалось сполна.
так уж вышло, что недосягаемое для Наруто — что красная тряпка для быка. Сакура и красное — сочетание на миллион.

взять бы тебя, твои волосы вкуса спелой клубники
и упрятать в самом дальнем и тёмном углу чердака,
на помятых страницах моей детской любимой книги

у Сакуры волосы цвета клубничного зефира, и пахнут они сладко-сладко. спустя годы Наруто все еще не может надышаться. у Сакуры глаза, как летний луг – сплошное зеленое море. но зеленый у Наруто — не любимый цвет. Сакура обращает внимание на Наруто только для того, чтобы в подробностях рассказать, куда бы ему следовало пойти. Сакура в их прошлом — груба и непреклонна, но сердцу не прикажешь, даттебайо. у Сакуры — в их прошлом — есть Саске. а у Саске есть Сакура. Учиха, правда, об этом — в их прошлом — не знает.
в их настоящем Сакура верная и сильная. нежная и заботливая. ее удары ломают стены, дробят кости.. ее руки лечат, возвращают к жизни. в настоящем Сакура горит внутри синим пламенем — сильным, опасным и болезненным. в настоящем Наруто все еще смотрит на нее так, как можно смотреть лишь на божество, спустившееся с Небес прямо к тебе в руки. с восхищением. с уважением. с любовью, которая не имеет ничего общего с чувствами из прошлого, и которая наполнена новым смыслом — много лет у них обоих нет никого ближе друг друга. и эта Связь сильнее и крепче романтических чувств. это канат, которому не страшны свирепые реалии. ни одна буря. ни один ураган.

какая это роскошь — в любой момент времени
иметь возможность обнять тебя

Сакура знает, что такое боль от потери дорогого человека. Наруто видел — тогда, давно — как менялось ее лицо, всякий раз, когда она думала о Саске. когда Сакура думала, что никто ее не видит. когда была уверена, что осталась одна, и никто не сможет разделить с ней это чувство — отчаяние. Наруто видел ее насквозь. потому что чувствовал то же самое. и потому что хотел разделить с ней на двоих все, что им так или иначе предстояло пережить — вместе...
они прошли это вместе. пережили эти годы. в то время: Наруто насильно давал Сакуре надежду. Сакура была для Наруто внутренним стержнем, постоянной беспеременной. тем единственным, за что Узумаки мог зацепиться, чтобы не поехать рассудком окончательно.


Есть свое видение взаимоотношений, ничего не собираюсь навязывать, но предложить обязан. )) Меня категорически не устроило то, что осталось от команды 7 в Б-о-р-у-т-о. Надеюсь, что вас - тоже. Потому что для меня сиквела не_существует. Вообще. Совсем. Нет спасибо, я не голодный.

пример поста;

Говорят, свет в послевоенном доме совсем не такой, как в довоенном.

Послевоенная Коноха - думает Наруто - тоже другая. Она кажется незнакомой и, возможно, немного чужой (немного?..). Она не вызывает чувства неприязни или вроде того, вовсе нет! Просто… Иногда кажется, что она вообще не вызывает никаких чувств. И это чертовски пугает.

На самом деле, это доводит Наруто почти до глухого отчаяния.

Потому что не может такого быть.

Так быть не_должно. Но оно есть - появляющееся вспышками, накатывающее ледяными волнами осознание, что как раньше уже не будет. Никогда. “Как раньше” осталось в довоенной деревне, большой, людной, светлой, тянущейся вверх разноцветными черепицами крыш, утопающей в густых зеленых кронах окружающих ее деревьев… Вокруг новой Конохи пустырь - вздыбленная, взрытая множественными боевыми дзюцу голая земля, уродливый шрам, оставленный битвой. Той самой, в результате которой скрытая деревня, которую они все знали, перестала существовать.

В новой Конохе, все еще не отстроенной до конца, дома низкие, приземистые. Простенькие и все одинаково невзрачные. Короткие полупустые переулки вливаются в такие же улицы. Наруто не знакома ни одна из них. Приходится закрывать глаза, чтобы увидеть то, чего нет: врезавшиеся в память углы и повороты, торговый квартал, цветочный магазин Яманака, Ичираку и лавку с масками, ту самую, хозяин которой однажды гнал Узумаки прочь, пинками, проклятиями и обидными словами… Его, конечно, уже нет в живых. А перед глазами - незнакомая стена чужого дома. Тупик.

Новую Коноху не “стерегут” дайме прошедших лет. Нет лиц на Горе Хокаге.

Горы Хокаге больше нет.

Наруто стыдно. Ками, как же ему стыдно! За то, что не может даже заставить себя думать об этом месте, как о доме. Он думает (надеется): “это пройдет”, обязательно пройдет, нужно только чуть-чуть подождать - все они сильно пострадали на этой войне, не только деревня, и люди тоже. В основном пострадали именно люди. И им всем просто нужно немного времени. Да, именно так.

Но на душе почему-то все равно невыносимо гадко.

Наруто чувствует себя предателем.

Наруто не_чувствует себя в безопасности в стенах новой Конохи (наверное, потому, что стен, как таковых, еще и нет… таких прочных и высоких, какими они были). Тревога становится его постоянным спутником - постоянное ожидание беды.

У Наруто просто кошмарные проблемы со сном. Кошмарные - ключевое слово.

В каждом сне - стоит закрыть глаза - огонь и черные тени. Ничего конкретного, никого конкретного (повторяй себе это почаще, Узумаки), но внутренности все равно морозит и стягивает в тугой узел, который поднимается к самому горлу и… Наруто просыпается, выныривает из промозглого, липкого от того, что ему нечем дышать. Спазм проходит не сразу - воспоминания продолжают душить напополам со злыми слезами (как тогда…

прямо как тогда) и блядское сердце пытается сбежать к чертовой матери, проломив собою ребра, потому что к такому его жизнь не готовила. Наруто к такому жизнь не готовила. Он-то думал, что война - самое страшное, что им выпало пережить, но оказалось, что есть вещи и пострашнее.

Впрочем, Узумаки совсем не уверен, что он не единственный, кто сходит с ума.

Свет в послевоенном Наруто тоже не такой, как в довоенном.

И знаете что? Это не_проходит со временем: не отпускает, не лечит и еще много всяких “не”. На самом деле, становится только хуже.

Но все вокруг, кажется, продолжают жить и прекрасно с этим справляются, вызывая чувство острой зависти, безжалостно полосующей по самым незащищенным местам - по сердцу, например. Или по совести. Это больнее, чем получить кунаем в живот.

Наруто кажется, что только он один не_вывозит. Обидно, досадно, но он упрямо продолжает играть по кем-то установленным правилам, основным из которых является “докажи всем, что можешь”: разводит бурную деятельность по приведению деревни в божеский вид (на пару с Ямато-сенсеем принимая едва ли не самое активное в этом участие), ходит на миссии, не берет выходных (и пару раз отрубается прямо в кустах во время слежки), аргументируя это ничтожной численностью шиноби, донимает Шикамару вдвое настырнее обычного, пишет письма в Суну пару раз в месяц, “чтобы Гаара не скучал”, и улыбается, улыбается, улыбается до судорог скул.

Не помогает.

Наруто едва не отправляет на Тот свет двух чунинов - совсем молодых ребят - решивших в ночи сбежать из общих казарм, в которых оставшимся шиноби приходится ночевать, пока деревня полностью не отстроена (сначала мирные жители, и только потом собственные дома обретут они). Ничего не успевших понять парней спасает только реакция Кибы и, как ни странно, Курамы: опасно горячая огненная чакра конвульсивно сворачивается, когда Наруто, выныривая из очередного Ада, подскакивает на своем футоне, сверкая одуревшими голубыми глазами...

Все продолжают делать вид, что все в порядке. Но Узумаки давно научился замечать и расщеплять на составляющие косые взгляды (взгляды, а не людей). Он в этом профессионал.

Ощущение непрекращающегося падения не покидает Наруто ни на секунду - он словно летит в бездну, и теперь ему не за что даже зацепиться, чтобы прекратить это. Вокруг нет ни единого выступа. Мечта стать Хокаге? Любовь к Конохе?.. Отчаянное желание вернуть друга… Куда? Домой? Но Наруто не может заставить почувствовать себя дома, что он может предложить в таком случае Учиха?

Наруто не будет больше гонятся за Саске, потому что они ведь поговорили. В цукуеми, они все выяснили, и Узумаки принял выбор товарища - исправил ошибки детства. Поступил, как друг. Пусть Саске так и не ответил ему на эту дружбу взаимностью. Кроме того, он все еще нукенин, который находится в международном розыске, и даже Наруто не может с этим ничего сделать. Он знает - он пытался. Даже Шестой тени огня не под силу переубедить весь Совет, и уж тем более Какаши-сенсей мало как может повлиять на феодальных лордов.

С этим приходится мириться. Впрочем, самого Саске это, наверное, мало волнует.

Наруто летит вниз, и даже сейчас он чувствует как звенит соединяющая двух людей невидимая нить. У второй половины его души репутация террориста и хладнокровного убийцы. Это тоже далеко не плюс в его копилку.

Сколько сил придется приложить Какаши, чтобы спасти будущее Узумаки от наложения длани Совета, только Ками известно.

Джинчурики старательно избегает Сакуру, потому что она_не_слепая. Потому что смотрит на него иногда, как на неизлечимого больного: с тревогой, беспокойством и сожалением. Не с жалостью, а будто она сама в чем-то виновата. Наруто это не нравится. И он старается как можно реже попадаться ей на глаза.

Но когда бы Харуно интересовало чужое мнение?

Удивительно, но Сакура даже не бьет его. Просто говорит, что запрет где-нибудь и попросит Цунадэ наложить самое сильное запирающее дзюцу, на которое та только способна. Если Наруто не позволит ей хотя бы попытаться помочь.

Аргументы за то, что ему не нужна ничья помощь, и все прочие теоретически возможные возражения прерываются громким хлопком двери больничной палаты и безапелляционным “спи”.

Что ж… Возможно, это не такая уж плохая идея, хоть Узумаки и против того, чтобы оккупировать реанимационное отделение, место в котором вполне может понадобиться кому-то из его тяжело раненых товарищей. Никто не знает, когда миссия ранга А может вдруг перерасти в кошмар класса S, только не в мире, в котором они живут сейчас.

Но тело не обманешь. Наруто устал. Он знает, что, скорее всего, это ни к чему не приведет, что все закончится на очередном кошмаре, но таблетки, выданные Харуно начинают действовать и джинчурики все же вырубается…

...Чтобы очнуться от вопля. Собственного и… Сакуры, чье тело (господи, какие же хрупкое оно на вид!) мгновение назад врезалось в стену с характерным хрустом (Наруто надеется, что стены), отброшенное мощным импульсом огненной чакры В чужих глазах - зеленых, как луг, что раньше простирался за Конохой аж до самого леса - неверие и испуг. Не страх (по крайней мере пока), Сакура, скорее всего, просто была застигнута врасплох… Еще бы.

Узумаки сметает с больничной койки с невообразимой скоростью, так, что он сам практически вжимается в противоположный угол, с неверием глядя на подругу… Вернее на то, что сделал с ней.

- Сакура...

Первый порыв - поспешить на помощь, и собственное тело по инерции дергается в нужном направлении, но Наруто останавливается себя. Нет.

НЕТ, он не должен приближаться к ней, он не… Снова не контролирует себя.

- Сакура, прости...

Впервые после войны Наруто чувствует не растерянность, тревогу или отчаяние. Он в ужасе.

Отредактировано Uzumaki Naruto (2022-07-30 22:21:18)

+4

56

quintavius quire
[у него большой феникс]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/226/541183.jpg
[John Koviak]

» marvel
квинтавиус квайриниус квентин квайр (долго пытался выговорить, эван?) - бунт во плоти, ходячая идеология "мутанты правят миром", пятикратно номинированный на "собирай вещи и уебывай из этой школы, достал!" студент, который ненавидит всё, что дышит, двигается и думает. особенно думает.
    квайр был создан на заводе по производству недоразумений (такой явно где-то есть!), хотя он предпочитает утешать себя, что убил свою родную семью, будучи младенцем, не справившись с телепатическими силами. да, квайр кстати телепат омега уровня, и если его телепатия недостаточно фонит, то фонит сам квентин, своим присутствием обозначая и низводя всех прочих мыслительных телепатов в фасоль консервированную купить по скидке недорого.
    имеет две белые футболки, на которые клепает телепатические надписи, по которым пускает слёзы зависти эван, после чего всеми правдами и неправдами выпрашивает себе одну. итого эван имеет целый гардероб белых футболок без надписей, так как телепат к футболкам не прилагается.
    девушка квентина умерла ради того, чтобы не быть с ним, чем инициировала процесс самобичевания. новые отношения хорошему хэппи энду не поспособствовали, так как гвен бросила квайра по телефону, предварительно забрав себе его сухопутную акулу.
    эван, даже будучи пансексуалом, никогда не пытался предлагать квентину нечто большее, зная что квентин предпочитает девушек и самоотсос.
    квайр умирал более семнадцати раз на Кракоа, но после возвращения в школу к эвану, ему пришлось придумывать ещё двадцать четыре неправдоподобные смерти, чисто чтобы увидеть, как эван впадает в панику, плачет и кричит: "ПОЧЕМУ МЕНЯ НЕ БЫЛО РЯДОМ?"
    будучи подростком, часто оправдывал свои неудачные попытки захватить мир тем, что у него не было нормальной семьи, и его все в итоге бросали. после подросткового периода изменился и больше ни перед кем не оправдывается - пусть оправдываются другие.
    однажды захватил разум всех стенфордских кукушек, подмяв их под себя аки пуховую перину, возлежал сверху и пил чаёк.
    взломал шлем профессора школы, накачав в него троянов, запер россомаху в личном ментальном, до мелочей продуманном измерении. каждый раз били нос об карьерную лестницу, затаскивая на этаж выше, потому что никак иначе способности квайр не прокачивал.


квентин квайр - единственное слабое место эвана во всех смыслах - его рок, его предназначение умереть, будучи погребенным в пепле. телепатией эван не владеет даже в долгосрочной преспективе, а развить не может - мешает этот самый психопатус телепатус. квентин, ненавидя эвана до мозга костей, днями и ночами был готов бдить внутри его рассудка, не особо-то напрягая собственные извилины, но к началу их общей дружбы на миссиях решимость в то, что эван действительно что-то из себя представляет подрастерял. сидя возле могущественного (на минуточку!) мутанта с пробитой головой, который не использовал свои силы, чтобы не получить дебафф на рассудок, квентин понемногу пропитывался интересом к вежливому, вседозволяющему эвану - любое безумие сабанур предпочитал останавливать исключительно словесно, а угрожающего апокалипсиса напоминал столь отдаленно, что в итоге квентин остыл под постоянными упрёками толпы, постепенно переходящей на сторону доброжелательного эвана. но смирился ли?
дружба между двумя друзьями угасает к моменту, когда эван начинает отстаивать свои интересы, перестаёт верить в святое предназначение, которое связывает его по рукам и ногам, вынуждая быть в чём-то обязанным квайру - ведь тот, как другая всемогущая сущность, должен его остановить. вообще варианты продолжить после смерти эвана, которую удалось спустя несколько лет отменить квайр (тем самым уронив себе на голову кирпич, литерально), так как эван, значительно возмужавший, начал испытывать тот самый зов крови, зов генов, зов безумия в своей голове - тысячу раз перезаписанный всеми телепатами, когда либо учившимися или преподававшими в школе джины грей, чтобы предохранить генезиса от любого стресса, способного в любой момент обратить его в апокалипсиса, эван начал терять над собой контроль. в речь добавился искаженный и угрожающий древнеаравийский, а возможность воевать (неважно с кем, неважно против кого), начала воплощаться в каждом его сне. эван перестал бояться своих кошмаров, он стал ими наслаждаться.
а возможно всё было не так. возможно, после второго уже по счету похищения, промывки мозгов, возвращаясь и давая полную отмашку квайру, эван перестал ограничивать того в выпендреже и понтах, безумных планах по захвату мира. возможно вместо бардака, в голове эвана воцарилась идеальная пустота, комната с белым войлоком, на котором можно было писать маркером что угодно, но только лишь одному мутанту на этом свете.
мурвел интригует нас этими отношениями с 2004 года, давая время осмыслить (поэтому я допёр до них в 2022)

пример поста;

— Прости, что я не могу предложить лучшего. Большего. Я мог бы переселиться в место, не такое отстойное как это, но копы только и ждут, когда с меня можно будет что-то взять. Дело не в том, что у меня недостает дельности, понимаешь? Дело не в том, что у меня нет умственного расчета на будущее. Ты побудешь со мной немного и поймешь, что тебя не зря ко мне припекло, и однажды город будет наш.
Он говорил это шепотом, рокотом заигрывающего с самкой голубя, потому что он был трус, потому только на пустыре за свалкой Ру исходил громким криком: «Это мой город! Мой! Мой! А вы, хилые имбецилы, даже дома своего не заслужили!». Сядь и расслабься, Тин, заботливая рука Риверы сделает все за тебя и вовремя, как в детстве, которого у тебя никогда не было. Твой неназванный бойфренд умеет смеять радость, творить пакость и сочинять баллады о всемогущем феназепаме. Его, кстати, клево мешать с алкоголем. Он вообще уже был готов мешать что угодно, хоть чай с семечками, лишь бы перестало необоримо думаться о том, что же у неё все-таки под…. Хотя, если взглянуть на это с другой стороны, ему нравятся эти муки – быть самим собой – выбрасываться желтоперой душой из гнезда, с высоты интеллектуального превосходства – в первобытную дикость.
Может быть предложить парочку pills и ей? Может быть, ей понравится? Он отворачивается – и забирает с собой в сторону пасть своего хищного взгляда. Клокочущий кипяток в кружке – ну да, он дал ей кипяток, а что, пусть привыкает к аду, обжигающему лицо своим паром, смолоду. Тревожный Звонок оправдывался за то, что он обитает в таком месте, как эта ночлежка, но разве правда не кроется в том, что он цепляется за осыпающийся вниз склон всеми своими корнями? У него, серийного убийцы, сомнительное будущее, сосна на краю обрыва никогда не окрылится и не полетит.
Он прислоняется к самому уху Жестяной Феи и каждое слово калиться на его губах, жжет как бытие сиротой на этом свете:
— Я помогаю крови прорезаться в людях. Выйти ей наружу. Ей в них невозможно, как кому-то пришедшему с улицы быть в прокуренной комнате. Ты понимаешь меня, детка?...
Это нереально. Это все твой страшный окающий сон. Съешь ещё этих мягких французских булок, да выпей же чаю. Или перезагрузи Windows, в конце концов, но и это не поможет.
— Хочешь сжаться в ежовый клубок, когда я рассказываю об этом?
А может быть, натянуть на меня презерватив и наконец-то расчесать то, что у тебя так зудит? Толчками.
Пока комнату заполняет прошлое, текущее изо всех щелей.
Включая твою.
Он готов подраться с прошлым на кулаках, серьезно, потому что это не его мысли. Не совсем его. После того, как врачи столько раз вставляли отвертки в его голову, снимали черепную панель и рылись, рылись, рылись в его сумбурном нагромождении проводов...
Знаешь, что не решить перезагрузкой всей системы, Тин? Синие экраны в каждом зеркале, мимо которого ты проходишь. Он пишет на поверхности почти каждого "я больная мразь", и это приносит ему облегчение. Можно не видеть себя в зеркалах, но по-прежнему можно читать в них, кто ты.
— Это все порш-ш-шни, и ты застряла между них, как однажды мои пальцы. Тебе больно? Страшно? Посмотри мне в глаза, Тин.

Отредактировано Evan Sabahnur (2022-07-31 02:05:55)

+4

57

huuga
[шиноби скрытого листа, и хватит помирать]

https://i.pinimg.com/564x/63/9b/b8/639bb8434797232b4d98a69d035198ae.jpg
[no prototype]

[indent] » naruto
Неджи, стоит ли мне долго говорить? Очень одаренный, один из самых сильных в клане Хьюга. Вот лишь судьба решила, что в побочной ветке, а значит лишь слуга. Ты так сам долго думал, живя, как птица в клетке.
Удивительно, но твой проигрыш стал твоим же освобождением. Никогда не думал, что все так обернется. Тебе не стоило недооценивать противника. Хотя о чем ты? Я вообще сдался.

Мы общались всегда, хоть и весьма странно. Лишь перекидывались парой слов, а иногда ты составлял мне партию в шьоги. Мы как будто сосуществовали, просто не мешая каждому из нас идти по своему пути.

На самом деле я не замечаю, как ты чаще остаешься уже действительно поговорить, и поиграть в шьоги. Все как-то очень плавно течет и мне это даже нравится. Вот только... Прерывает нас Мадара. вообще не кстати, знаешь?

Давай ты не будешь умирать, а? Дотяни до палатки целителей, напугай нас всех, поваляйся в коме, но выживи, а то к чему я тут время трачу? В общем давай после войны может становиться главой Хьюга? Или помогать Хинате, да как захочешь. Давай просто подымать Коноху с колен, или пытаться.

У меня с заявками туго, но я очень жду :3


дополнительно: в пару, да;
боруто идет лесом, кроме меня тут еще классные ребята, короче приходиииии, я уже устал ждать.

пример поста;

У Годжо совершенно нет сердца. Он вырвал его из груди в тот день, когда собственноручно убил самого близкого и важного для него человека. Сатору прячется от людей за улыбкой вот уже... Сколько прошло?

Он не помнит. Все дни с тех пор для него, как один водоворот. Он помнит что происходило, помнит, как смеялся, как говорил что-то. Только на деле в его жизни есть до и после.

До краски, яркие воспоминания. После выключенный свет. Отсутствие красок. Боль там, где когда-то быстро билось сердце.

Гето оказалось не умер. Вышло так, что Годжо лил слезы над пустым гробом. Вышло так, что в Шибуе на станции метро Годжо думал, что задохнется увидев бывшую любовь наяву. Хотя вряд ли мог он называть Гето бывшим. Он не был таким ни в одном понятии. Годжо просто никого больше не подпустил так близко. У него больше не было настолько близкого друга. Его семьей в колледже всегда были Сёко и Гето. Только Гето пустил корни очень глубоко в его вырванном сердце.

Куб можно просто не вспоминать. Там было время лишь на самобичевание. Казалось, там время растянулось, и все било по голове.

Годжо пытается сделать вдох, но в груди все рвется на части. Из куба его уже вытащили, как и Гето вернулся к жизни. Только вот  это был вроде бы и его Гето, но вроде такой холодный и далекий. Сатору рвало на части и он не мог ничего сделать, только уйти он тоже не мог.

Теперь он задыхался в собственном доме. Хотя домом он это поместье и так и так не называл. Годжо проводит рукой по светлым волосам и шумно выдыхает. Он не может уйти, тело просто не двигается, а даже если бы сидел в другой комнате, то все равно бы прислушивался. Потерять Сугуру еще раз он просто не в силах. Если это произойдет, то он просто сдохнет. И сгниет в канаве.

Годжо старается взять себя в руки, хоть и не может. Ему бы уйти, дать Гето, то пространство, которое ему нужно. А он не может. Годжо уже подвел его раз. Знает ведь, что подвел и вот столько лет винит себя. Может тогда, если бы он увидел, если бы заметил его боль. Поговорил бы может все было бы иначе. У Годжо внутри все рвется на части, когда он смотрит на то, как Гето плохо. Как же он до такого докатился? Вот тебе и сильный вот тебе м шестиглазый.

Годжо отходит от двери всего на пару минут, чтобы взять бутылку кальпико. Белая сладкая газировка уже не приносит той радости что ли. А раньше он постоянно улыбался забирая из автомата ценную бутылку.

- Ну не дворовой, может на породистого потяну, - от разговора, кажется, больнее чем от молчания. - А прекратить не могу, прости...

Только это "прости" не за то, что сидит под дверьми. Это "прости" рвет его на части, потому что он виноват, а помочь на деле ничем не может.

Отредактировано Nara Shikamaru (2022-07-31 23:16:48)

+7

58

chrollo lucilfer
[лидер геней рёдан]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/239/746916.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/239/883846.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/239/497162.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/239/640747.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/239/890337.png
[original]

[indent] » hunter x hunter
курапика натягивает поводок — куроро хмурится, скалится, вырывается, но ошейник давит на его шею точно так же, как давят и хрупкие пальцы, в которых заключена недюжая сила. и куроро это ( нравится ). нравится смотреть в глаза алые, которые он бы хотел вырвать, присвоить, никому не отдавать

курапика сжимает чужую шею и шепчет ( каждому нужен хозяин ) и куроро смеётся — каркая, словно ворона над могилой. и курапика понимает — так или иначе, но ему не сбежать; курапика смотрит на куроро и глаза застилает гнев — они алые, словно чертова кровь, что из раз струится, словно они — не хоронили своих же друзей, словно их кровь перетекла в чужие жилы, и куроро — замирает. смотрит с восторгом, задыхается где-то на периферии сознания перед тем, как в глазах начнёт темнеть.

курапика — отражает чужой свет, втягивает в себя слишком много, принимает слишком сложные решения, а куроро смотрит на него и сети плетёт; куроро — перевёрнутый крест на лбу, девиз ( «мы примем что угодно, но не пытайтесь забрать что-либо у нас») и пауки, что плетут сети такие, что курапика просто задыхается.

их связывает вражда — кровная, кровавая, затапливающая и разрешающая, у них не будет  ( долго и счастливо), и они оба понимают это, они оба купаются в этом дерьме, где нет ни одной надежды на спасение, а попытку сбежать; люцифер улыбается уголками губ, поправлено повязку на лбу, а курапика — принимает покаяние его, пока они в церкви находятся. куроро шепчет:  ( протяни мне свои свои ступни, я омою их;) и курапика впивается в чужие волосы пальцами — ( не смей ). 

курапика принимает покаяние, принимает чужую клятву где-то под покровом ночи и позволяет целовать собственные руки, пока клыки куроро разрывают его плоть ( до мяса;)


дополнительно: приходи, я утоплю тебя в прекрасной ненависти и покажу прекрасный ад. как ты понял — заявка в пару, так что... нас ждет очень много хорошего; пишу я лапслоком, но могу и с больших буковок; а еще подстраиваюсь под соигрока и люблю общение ( хотя если что, не буду с этим напрягать )

пример поста;

усянь никогда не думал, что собственное его сердце может быть настолько тяжелым и так явно ощущаться под ребрами; сгусток крови, сгусток мышц просто делает равные движения, раз в несколько мгновений сжимаясь и разжимаясь. усянь не смотрит больше в потолок, потому что перед ним все слилось воедино — красные круги, зажуренные глаза, чужой взгляд, который смотри сверху вниз. усянь никогда не думал, что собственное сердце может так четко ощущаться и стучать в своих собственных ушах.

[indent] яньли никогда не была выдающимся заклинателем, никогда не готова была встать по правую, или хотя бы левую сторону от цзян чена. яньли была их самой дорогой сестрой, была самой любимой девочкой, которую они оберегали от всего, что только можно. к сожалению, не всегда можно уберечь самого себя от того, от чего убережешь других. когда усяню пришлось выбирать, когда пришлось смотреть в чужие глаза, он не смог просто сделать иначе — усянь просто вышел вперед, вскинул руку и сам предложил себя. его сердце было таким легким, что в тот момент он действительно задумался о том, что это самое лучшее и правильное, что он может сделать для тех, кто бесконечно дорог.

[indent] усянь благодарен каждому из ордена его премного отца. но за все приходится платить. все возвращается на круги своя. всему свое место и время.

[indent] каждый толчок — судорожный выдох, сокращение диафрагмы, стон. усянь не стесняется, усянь касается чужого тела, старается зацепиться за него, потому что ему кажется, что в противном случае он просто пропадет, исчезнет, никогда больше не воскреснет. усяню кажется, что если он на мгновение отпустит ванцзи, он просто сорвется в пучину безумия, а сердце не выдержит и разорвется. и от этого ощущения хочется и выть в голос, и покориться.

[indent] — нет, — самый простой и честный ответ, за которым следует скулёж. ванцзи делает то, что с ним никогда не делали — заставляет гнуться, заставляет отдавать все до последней капли. кажется, капли. ему кажется, что если тот потребует золотое ядро, то он просто отдаст его. пусть это и будет значить полное падение, полное принятие того, что заклинателем он быть не может.

[indent] совершенно некстати он думает о том, что его меч ведь отобрали еще до его приезда сюда. его отняли, заставляя поджимать губы в узкую полоску, потому что здесь каждый боится того, что императору может грозить опасность; усянь не боится смерти, но и искать ее не спешит, ему не к чему это. он еще надеется до последнего отдать долги тем, кому должен и кто важен ему настолько, что заставляет кусок мышц снова и снова сбиваться с ритма.

[indent] неожиданна ласка заставляет снова коротко вскрикнуть, до хруста прогнуться, зажмуриться и затылком упереться в ложе под собой. усяню приятно. усяню хорошо. он никогда не знал ласки ни женской, ни мужской, но прекрасно знал одно — он теперь полностью принадлежит императору, его мысли должны быть заняты лишь им и он не должен ни о ком больше думать, но этого и не требуется. то, что с ним делает император сейчас — едва ли можно назвать не смущающим. так обращаются с женщинами, но они оба мужчины. вот только это волнует в последнюю очередь.

[indent] — хорошо, — он не знает, следует ли ему как-то еще конкретизировать то, что он просто чувствует. усянь не думает, что это нужно хоть кому-то. а меж тем язык императора двигается так правильно, что посылает новый табун мурашек и заставляет самого вея вздрогнуть. где-то в груди глухо бьется сердце, которое все еще гоняет кровь. усянь все еще жив.

[indent] о наложницах всегда ходило слишком много слухов. о наложницах всегда слагали сказки и пугали. кого-то этому учили, но всегда это было не то, что почетно, но хотя бы попыткой не навлечь на свою семью позор в случае чего. усянь в каждом действие видит выгоду, он знает, то выбор не было, но ему все еще тяжело. он все еще кусает собственные губы, жмурится, но в остальном отвечает открыто. он поддается к каждому движению, сам иногда пытается перехватить хоть долю инициативы и толкнуться. он совершенно несмело чуть царапает чужие плечи при слишком глубоком толчке, но тянет к себе, утыкается, зализывает и языком скользит, потому что чувствует вину.

[indent] вей ин извиняется тихо, без громких слов. он просто отдает императору всю энергию, которую тот может получить, себе оставляет совсем немного, но сердце все еще закрывает. ему страшно, он не знает о том, можно или нельзя.

[indent] когда их прерывают — его макияж, пусть и легкий совсем, сбит и помада размазана. кажется, император все еще находится в нем, а сам усянь, не смотря на изнурительные тренировки да, сейчас дышит как загнанная лошадь; он краснеет, смотрит только на императора и понимает, что сейчас он действительно вымотался и устал. но так же четко понимает и то, что правитель может приказать ему снова развести ноги, снова принять его и подставить шею-плечи-грудь-бедра-что-угодно для того, чтобы пометить. и усянь не сможет противиться.

[indent] с запозданием в мгновения, пока им снова не напоминают о присутствии, усянь понимает одно — ему понравилось. он признается в своих желаниях честно, и потому не пытается даже отрицать то, что, не смотря на то что он возлег с мужчиной, это доставило ему удовольствие, потому что иначе бы он вряд ли кончил.

[indent] когда ванцзи покидает его тело, когда встает и накидывает на себя одежды, усянь пытается сесть. получается с заметным трудом, потому что позвоночник прошибает болью и он едва ли не шипит под взглядом прислуги. он примерно понимает, что сейчас император уйдет и все остальное с ним будут доделывать уже другие люди — омывать, натирать, доводить до спальни и давать отдохнуть до следующего раза. усянь готовится к этому, опускает глаза в постель, не смотрит на императора так, как мог бы наедине, а сам чувствует, как дрожат ноги и бедра, когда он садится. усяню кажется, что он не сможет встать.

[indent] — прошу прощения, император, — собственные обкусанные губы ноют, помада почти стерта с них, а сам он вздрагивает, но позволяет ощущать пульс, позволяет прощупать его. ровно так же, как и не скрывает удивления, когда ванцзи сам его кутает в накидку, как останавливает слуг, как сам хочет позаботиться; от этого собственное сердце неприятно ноет, но усянь отмахивается от этого. просто напоминание о доме, которое совсем не важно. теперь его дом в другом месте. теперь его место подле императора.

[indent] оказываться на коленях кого-то было запрещено, а теперь он оказывается на коленях самого императора и позволяет себе ту вольность, за которую его в пору убивать — он расслабляется, откидывается слегка назад, упирается о чужую грудь и судорожно выдыхает. вода тревожит разогретые такими нагрузками мышцы, давление все еще не упало и усянь чувствует, как смываются следы их небольшого падения. а еще он прекрасно чувствует, что император все еще готов.

[indent] касание к пояснице заставляет вздрогнуть, в который раз, поймать табун мурашек и выгнуться. усяню приятно, но тело действует гораздо раньше. тело само откликается, но, видимо, император действительно чувствует, что еще раз, даже при желании, вей ину будет тяжело. тем не менее, он позволяет себе едва ли не обмякать в чужих руках, принимая заботу, вырисовывая какие-то символы на чужой коже, не задумываться ни о чем.

[indent] певчая пташка крыльями не машет; однажду вей ину показали птичку в клетке. она пела, но не могла летать. сейчас вей ин больше всего боялся стать именно такой пташкой, боялся утратить все то, что может быть у него, как у человека. и даже если бы он хотел попросить оставить ему меч, дать ему лук и стрелы, он бы не осмелился.

[indent] — ванцзи. — он раскатывает его имя на языке, отмечает как оно звучит, подбирает тональность. а потом улыбается, когда встречается на мгновение с глазами, когда позволяет себя пальцами коснуться чужих плеч, скользнуть ниже, по животу и дальше. приходится изловчиться, чтобы невольно самому не вздрогнуть, когда пальцы находят плоть и проводят по ней. для усяня это странно, ново, но это исходит из личных его желаний. в конце-концов, император всегда может его остановить.

— все в порядке, ванцзи. вам не нужно беспокоиться. мне... понравилось, — заминка все же случается, потому что он все еще тот чамый вей усянь, который впервые следит за словами. он не хочет сказать что-то, что может разрушить этот момент в купальне. просто сейчас он похож больше на разомлевшее ручное животное, чем на человека. ему бы еще научиться мурчать.

— все в порядке, — звучит почти мантрой, пока сам усянь ловит себя на том, что его щеки горят стыдом

Отредактировано Kurapika (2022-08-02 18:30:39)

+4

59

admiral charles vance
[адмирал звездного флота]

https://64.media.tumblr.com/babf7798e2855b2453d02f627da671ff/72ed62752f16b53b-c0/s540x810/6bf93958d4a635dc7db2a7bc1bda89c107c927e2.gif
[oded fehr]

[indent] » star trek universe

«I never listened to advice when I was green, but take it from an old salt who's made a lot of bad calls in his day. A crew member is drowning. If we let her, then your crew will never look at you, or the Federation the same way again. And you will never look at yourself the same way either.»

Красив. Статен. Обаятелен. Верен Федерации и Уставу.
Пытается призвать всех к ответственности в этом гребанном новом мире, пытается на своем горбу протащить всех в светлое будущее, пытается собрать по частицам Звездный Флот — с нуля. (Святой человек, не иначе).


Ладно, давайте честно: я и Пайк решились на эту заявку не потому что нам смертельно необходим в каст/сюжет и т.д. человек из будущей вселенной, а потому что мы посидели, подумали и поняли, что нам обоим хочется красивого «мальчика» в красивой форме — себе в личное пользование; ты нужен нам в пару — третьим. (Да, третьим, ты не ошибся). Скажем так, эта заявка — для сердца, из души в душу. Мы планируем флиртовать с тобой во флуде, мы планируем красиво обхаживать тебя, мы планируем сделать тебя нашим +1, мы планируем утянуть тебя на задворки своего сюжета, только если ты вдруг захочешь (потому что с логикой вещей придется как следует покрутиться). Но нам, в общем-то, глубоко наплевать тут на логику; нам просто иррационально хочется тебя — третьим, в наш абсолютно и полностью тронутый союз (и сюжет). И нам очень хочется, чтобы ты умел в красивые образы, посты и концепты, чтобы ты был идейным и горел; покомандовать мы тебе дадим, дорогуша, но не все сразу, так что давай начнем с красивой ноты: ты приходишь в гостевую, называешь пароль «+1 для пайка и лорки» и бросаешь нам свой пост, чтобы мы поняли, сможем ли сыграться. Остальное — предоставь нам, мы тебя направим.

пример поста;

тут пост

Отредактировано Gabriel Lorca (2022-08-02 20:07:03)

+8

60

Osamu Dazai
[бывший мафиози, сейчас детектив и главный интриган Йокогамы]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/255/t663495.gif
[original]

[indent] » bungou stray dogs
Дазай — главная головная боль своих же напарников. Дазай — для многих надежда и спасение. Дазай — тот, кто видит и планирует на несколько шагов вперёд, обыгрывая даже самых страшных соперников.
Дазай обладает задиристым, раздражающим и высокомерным характером; постоянно пытается покончить жизнь самоубийством. Ранее входил в состав Исполнительного комитета Портовой Мафии и являлся напарником Чуи Накахары. На данный момент член детективного агентства, сотрудники которого обладают разнообразными сверхъестественными способностями. Сам владеет способностью «Исповедь неполноценного человека»; эта способность позволяет Осаму посредством физического контакта нейтрализовать способности другого человека.
Поймал Фёдора Достоевского и несколько раз спасал Йокогаму от гибели (хотя и не всегда своими руками).


Я не хочу расписывать всю биографию Дазая, известную из аниме и, тем более, из манги. Лучше поговорю о нас.
Акутагава несомненно очень сильно, безумно любит Дазая. Любит в том понимании, в котором способен любит бесчувственный пустой Зверь. Акутагава предан Дазаю даже после его ухода из мафии, он готов выполнять его просьбы и приказы, готов явиться по первому зову и готов на всё, чтобы получить его признание и уважение. Именно поэтому Акутагава болезненно завидует Ацуши, именно поэтому они пытаются убить друг друга. Только вот Дазай никогда не ошибается и его план "второй двойной чёрный" срабатывает безупречно. Куда это приводит Акутагаву и Ацуши известно из манги...
Так что, мне кажется, Дазай и правда давно признал Акутагаву. Именно поэтому он делает ставку на него и Ацуши, когда впервые встречает того на берегу. Именно поэтому думает о мафиози, который не убивает, после ультиматума Ацуши. Именно поэтому Акутагава в ранобе "Зверь" оказывается именно там, где оказался — ведь всё это один большой план Дазая.

Если вы не читали мангу и ранобе "Зверь", но смотрели аниме, я вам охотно помогу. Покидаю самые важные фреймы и расскажу-покажу, там очень интересно и много действительно важной информации. Не пугайтесь, я не требую знать весь канон, мне действительно достаточно аниме, но мы можем чуточку углубить и расширить события.

Отыграть хочу всё. От их прошлого, когда только Дазай нашёл Акутагаву, до настоящего с неоднократным спасением Йокогамы и уже будущих событий, когда, возможно, Дазай и Акутагава смогут говорить на равных. В прошлом можно отыграть много стекла и абьюза, с моей стороны могут быть невзаимные безответные чувства (которые Акутагава сам не понимает), ревность к Оде и Чуе. Так что если хочешь в нездоровые отношения в прошлом или в более здоровые в настоящем — я открыт ко всему. Рейтинговое/безрейтинговое, что угодно, обсуждаемо.

Важно. На игры, эпизоды и прочее обидок не кидаю. Так что если говорю, что моего перса можно абьюзить в постах, значит, можно, игровое есть игровое. Если в постах Акутагава будет дико ревновать к любому твоему пейрингу, то вне игры я не ревную, мы приходим играть, а не это вот всё. В личном общении гарантирую адекват и милоту. Да, кстати, я не против общения в телеге, вплоть до реаловых дел.

Предпочитаю заглавные буквы, но спокойно отнесусь, если вы пишете без них. Птица-тройка по желанию, размер от 2,5-3 ка в зависимости от ситуации. То есть, воду лить не прошу и сам это не люблю. Лучше здоровый темп и хорошая грамотность. Неконфликтность и адекватность — всё же мы приходим сюда отдыхать и мурчать, а не ругаться. Внеигровое общение при желании возможно, я только за. Постов от Акутагавы у меня пока нет, но с радостью принесу любой другой свой пост.

От вас прошу только любить персонажа, хотеть играть и иметь какие-то мысли, идеи, пожелания. Хотя бы примерно. А там вместе докрутим.

пример поста;

[indent] Дазай всегда всё знал.

[indent] Одна из тех немногих истин, которую Акутагава усвоил первой. Дазай мог пожимать плечами, мог говорить, что ничего не понимает, мог и вовсе ни на что не реагировать — но это вовсе не означало бы, что он чего-то да не знает. Как раз наоборот. И каждый раз, каждое поручение для его напарника, коллег, ученика, превращалось в испытание, а экзамен, провал которого мог караться очень и очень строго. Дазай не терпел неудачников и не прощал ошибки, не спешил помогать или давать советы. Он будто бы только наблюдал, не понимая, как люди не осознают те простые истины, которые давно осознал он сам.

[indent] Акутагава ничего не желал знать о происхождении той зелёной лужи, в которую он случайно наступил. Было достаточно и мерзкого зловонного запаха, от которого тошнота подкатывала к горлу. Эти грязные переулки и запахи возвращали его в прошлое, в те тяжёлые дни, когда он жил на таких вот улицах. Точнее, выживал. Тогда значение имели лишь кров над головой и еда. За них можно было убивать, за них можно было нападать и воровать. Калечить стариков, выбрасывать в ямы инвалидов — о морали речи и не шло. Или ты, или тебя. Акутагава впервые понял это, когда увидел, как мерзкая тощая вонючая старуха срезала с трупов волосы на парики. Тогда-то он очень многое понял.

[indent] Понял и помнил это до сих пор. Именно те дни научили его идти вперёд. Акутагава шёл, хотя сил уже не оставалось. Они с Дазаем были в пути уже двое суток. Бесконечные облёванные переулки, многочисленные грязные кварталы. Метро, автобусы, снова метро, снова автобусы и многочисленные часы пешком. О сне речи и не шло. Акутагава был готов упасть на колени и молить об отдыхе, но понимал, что Дазай этого жеста не оценит и ничего хорошего не скажет. Или посмотрит. Посмотрит только так, как может он. Уничижающе, холодно, жёстко. Поэтому Акутагава не подавал вида: шёл бодро, хотя ныла каждая косточка в теле, не тёр глаза, хотя они болели и слезились от сухости. Более того, он пропах смрадом этих улиц — не отстираешь же потом, — когда как Дазай благоухал своим дорогим парфюмом. И на его молодом лице не было и тени усталости, словно он изобрёл бесконечный источник энергии.

[indent] — Он здесь, Дазай-сан?

[indent] Акутагава остановился за углом старого заброшенного склада. Впереди, огромной несокрушимой махиной, возвышался давно неработающий завод. Он закрывал собой половину чёрного низкого неба — ни огонёчка, ни единого признака жизни. Но они оба знали — эспер тут. Стоило отдать ему должное — прятался и заметил следы он хорошо. Не каждый бы нашёл, не каждый бы выдержал. Да и на этих чёртовых свалках никто его не замечал и не запоминал. Тут никому ни до кого не было дела.

[indent] Над головой прогремел мощный раскат грома — брызнули первые капли дождя. Зелёные лужи потекли по асфальту, а тихий шелест заглушил голоса.

[indent] — Это же к лучшему, да? — спросил Акутагава и глянул в сторону Дазая. — Дождь скроет нас и помешает ему нас услышать. Верно?..

[indent] Глупый вопрос, но надо же спросить хоть что-то. Эти двое суток они шли практически молча. Словно бы у них не было общей миссии на двоих. Словно бы они совсем чужие, хотя это — какими бы сложными ни были их отношения — было не так. Для Акутагавы не было ближе человека; даже Гин не понимала и не знала его так, как Дазай Осаму. И хотя он, Акутагава, такому человеку не подходил и в подмётки не годился, их всё же многое связывало. Акутагава не хотел идти в бой молча. Ему нужно было хотя бы словно, хоть что-то.

[indent] — Дазай-сан, а этот эспер... в чём его сила? — Акутагава обхватил себя локти и почувствовал, как мокнет ткань плаща. — Мори-сан приказал уничтожить его, но почему? Он опасен? Обычно Мори-сан даже самых опасных предпочитает держать у своих ног.

[indent] Раздался очередной раскат грома, сверкнула молния и вдали, у самых заводских дверей, Акутагава различил крадучийся силуэт. Он тут же подобрался и напряг без того болящие мышцы.

[indent] — Это он, — выдохнул Акутагава.

шаблон внесения в таблицу (обернуть в код);
Код:
[font=Georgia][size=16][b]bungou stray dogs[/b][/size][/font]
[font=Georgia][i][великий из бродячих псов][/i][/font]
[url=https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=3#p40382]Osamu Dazai[/url] » Осаму Дазай

Отредактировано Akutagawa Ryunosuke (2022-08-06 18:41:14)

+3


Вы здесь » как б[ы] кросс » АКЦИИ » самые нужные