как б[ы] кросс
xiao © Кто он? Никто — теперь; всё, чем он был, отобрано у него и растоптано в пыль; он не достоин больше называться воином, но крылатый бог зовёт его так, словно видит его былую тень. У него нет ничего теперь, кроме имени; силясь найти в себе голос, он медлит, собирая осколки растерянных звуков. Он мог бы атаковать, ему надо бежать — но вместо этого он упрямо, но почти стыдливо удерживает маску у лица, когда её теребит лёгкий, но настойчивый ветер. ....читать дальше

как б[ы] кросс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » как б[ы] кросс » ФАНДОМНОЕ » не уходи безропотно во тьму [snk]


не уходи безропотно во тьму [snk]

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

не уходи безропотно во тьму
эрвин смит & леви аккерман
https://64.media.tumblr.com/db218bb85efc8d92b8fb0e80f777b18a/51377961e69ff9f3-fa/s540x810/9805b225fed086d12d67eda94d82502b003582a2.jpg


больше не будет больно и плохо,
сегодня не кончится никогда.
между выдохом каждым и вдохом
с неба летит звезда.

гаснет звон последнего слога,
и шкатулка вопросов пуста.
больше не будет больно и плохо,
сегодня не кончится никогда.

+1

2

Битва за Шинганшину должна была состояться уже завтра. Кто-то отсыпался перед боем, а кто-то, как Леви не мог сомкнуть глаз. Ему так и не удалось убедить Эрвина остаться. Он пытался, как только услышал про миссию, но Смит был непреклонен. Наверное, никто другой не мог так с ним говорить, Леви пытался. Не давил на точки, на которые мог, наверное. Он просто пытался пояснить, что вести бой одной рукой может не лучшая идея. И все же... Смит не слушал. Он тот еще упрямец, чтобы не говорили. Леви наматывает круги по комнате, тихо ругается себе по нос и идет к Эрвину.

Леви ступает почти беззвучно, можно подумать, что кот. На деле просто жизнь научила. Он стучит в дверь, не ждет у двери, как это когда-то делал Эрвин. С тех пор слишком много воды утекло. Скорее в хорошем смысле, но и в плохом, они многих друзей потеряли. Аккермана ест плохое предчувствие, он возможно слишком много думает. Только мысли о том, что такое с ним уже несколько раз было, и никогда хорошо не заканчивалось, слишком напрягали.

- Не спишь?

Эрвина он находит не в кровати, а за рабочим столом. Иногда ему кажется, что они не меняются. И никогда не поменяют свои привычек, но... Интересно, смогут ли они принять нормальную жизнь? Когда или если они разберутся с титанами. Леви подходит ближе, и садиться на край стола.

- Тебе бы отдохнуть перед завтрашним днем.

Он не хочет признавать, что боится. Вероятно, это вообще редкостное явление. Боится не битвы, не за себя, а скорее того, что после. Леви не хочется думать о том, что для Эрвина это может быть последняя вылазка. Нет, он не пессимист, но тут с двумя руками члены корпуса мрут, как мухи. Со всем своим опытом и силой Эрвин все равно не будет иметь преимущества.

- Я ведь полагаю ты не передумал участвовать.

Леви не говорит это с грустью или растерянно, просто констатирует факт. Знает, что его не переубедить, но все равно интересуется.

- Как думаешь завтра будет наша последняя вылазка?

У Леви мало эмоций на сей счет, кроме страха потерять очень близкого человека. Только у Аккермана и страх по другому работает, он в принципе привык, что близкие умирают. Так же, как и привык жить так, что каждый день как последний. Он склоняется к Смиту ближе, касается его губ в поцелуе. Кажется, он прервал какую-то умную лекцию. У Леви лучше получаются действия, а не слова. С Эрвином он позволял себе куда больше, Эрвину он доверял настолько, что мог даже посвятить в свои переживания. Но... Вслух о них он говорить не хотел.

+1

3

Наверное, такое часто случается, когда вскоре тебе предстоит встреча, где смерть, возможно, будет дышать тебе в лицо. Люди обнаруживаю целую кучу дел, до которых раньше не доходили руки, а сейчас нужно срочно закончить, будто это сможет остановить время, задержать ускользающие моменты. Эрвин не был исключением. Теперь, когда до подъёма и отъезда в Шинганшину оставалось совсем мало времени, он всё не мог закончить работу и отправиться уже спать, чтобы получить хоть толику отдыха. Оставался ещё один не дописанный отчёт, ещё одно неисполненное поручение, ещё одно неотправленное письмо. Монотонность была привычной – не надо было думать о том, что произойдёт там, за пределами стен этой комнаты через несколько часов. Скрип пера по бумаги, потрескивание свечи, дыхание ночи сквозь приоткрытое окно – знакомые вещи, помогающие вспомнить сотни таких же вечеров, когда единственной проблемой было распределение ресурсов и подготовка к следующей экспедиции. Если бы ему предложили, он бы вряд ли захотел вернуться в те времена. Но мысль о том, что дни видевшиеся плохими, а ситуации безвыходными тогда, сейчас казались простыми и легко решаемыми.

Теперь же они все столкнулись с абсолютно другой войной и другими проблемами. Если раньше битва с Титанами была битвой с бездумными чудовищами, теперь же это было противостояние людей. Все в Разведкорпусе знают, что им придётся столкнуться с Райнером и Бертольдом, и это не может не сказываться на самочувствии. Даже если ты призираешь их сейчас всем сердцем, общее время, проведённое в Кадетском корпусе, а потом и здесь невозможно просто так отбросить в сторону. Эрвин и сам ловил себя на мысли, что иногда думает о Райнере и Бертольде будто они до сих пор одни из его солдат. Оставалось лишь надеяться, что ничья рука не дрогнет в неподходящий момент.

[indent] Дверь скрипит, вырывая Смита из мыслей. Леви в своей особой бесцеремонной манере заходит внутрь. Было бы так легко притвориться, что это очередной вечер, когда Аккерман пришёл поворчать на то, как долго Эрвин сидит за бумагами. В каком-то смысле это и был такой вечер, если не брать во внимание подоплёку происходящего, их оживленную перепалку всего несколько часов назад и эмоции, которые Леви явно пытался скрыть, но получалось у него плохо. Или может это Эрвин просто научился понимать его с одного жеста.

[indent] Он оставляет вопрос без ответа. Все равно он скорее риторический и является частью их ритуала. Как и привычное положение Леви, которое он занимает на углу стола по левую руку от Эрвина. Сожаления наполняют его, когда он смотрит в уставшее лицо своего Капитана. И это не банальные сожаления вроде: мне жаль, что я съел твой кусок пирога; а те, что давят на грудную клетку. Мне жаль, что я тебя встретил. Мне жаль, что я заставил тебя идти по этой дороге вместе со мной. Может быть это нечестно по отношению к Леви – считать, что тот не способен принимать свои собственные решения, но горечь всё равно скапливается на кончике языка, мешая говорить.

Эрвин всё так же молчит, позволяя лишь голосу Аккермана нарушать тишину. Леви предпочитает чаще всего отмалчиваться в силу своего характера, и раньше это никогда не было проблемой. Но именно сейчас и именно сегодня Эрвин так и хочет сказать: говори говори говори. Будто каждое слово стало ценнее слитка золота. Усталость, что накопилась за эти несколько дней, оседает на плечах. Голова кажется чугунной, и так и хочется прислониться к кому-то близкому и дорогому, чтобы хоть на секунду расслабиться. Но Эрвин останавливает себя, он не знает, как Леви себя чувствует после их небольшой перепалки, и последнее, что он хочет – это расстроить его ещё больше.

- Не знаю, Леви. Правда.

Эрвин откидывается в кресле, потирая рукой лицо, чтобы согнать появившуюся вдруг сонливость.

- С одной стороны, я не хочу давать тебе, да и себе тоже, ложную надежду. А с другой – когда ещё быть оптимистами если не сейчас?

Смит улыбается, пытаясь придать ситуации более легкомысленный оттенок, чем на самом деле. Но Леви точно не ведётся на эту уловку, судя по его сосредоточенному лицу и каким отчаянным ощущается его поцелуй на губах. Эрвин с дрожью думает: такой поцелуй дарят тем, кто уже обречён. Мысль кажется настолько ужасной и даже неестественной, поэтому он спешно и может даже немного суетливо сортирует последние подписанные бумаги по стопкам, поднимаясь из кресла.

- Думаю, ты прав, как всегда. Нам обоим не мешало бы отдохнуть.

0


Вы здесь » как б[ы] кросс » ФАНДОМНОЕ » не уходи безропотно во тьму [snk]