как б[ы] кросс
xiao © Кто он? Никто — теперь; всё, чем он был, отобрано у него и растоптано в пыль; он не достоин больше называться воином, но крылатый бог зовёт его так, словно видит его былую тень. У него нет ничего теперь, кроме имени; силясь найти в себе голос, он медлит, собирая осколки растерянных звуков. Он мог бы атаковать, ему надо бежать — но вместо этого он упрямо, но почти стыдливо удерживает маску у лица, когда её теребит лёгкий, но настойчивый ветер. ....читать дальше

как б[ы] кросс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » как б[ы] кросс » ФАНДОМНОЕ » постой, преодолевший страх


постой, преодолевший страх

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/306/351669.jpg

пропавший под водой, затерянный в песках,
нарисовавший круг опять в последний раз,
неуловим для рук, невидимый для глаз
я превращаюсь в звук.


zhongli & tartaglia
инадзума
после отмены указа сакоку

+2

2

Жизнь простого человека накладывает свои ограничения, но добавляет и возможностей, как бы это странно ни звучало. Да, в поездку в Инадзуму пришлось не только приобретать билет на корабль, но и брать с собой увесистый кошель с морой, уговорив Ху Тао оплатить его услуги авансом. Не привыкший к ограниченному количеству моры, бывший гео-архонт очень старался откладывать сбережения с того, что ему платила директор похоронного бюро, но чаще всего его счёт в заведении был полностью потрачен раньше, чем приходилось рассчитываться за месяц. Но в этот раз он вёз с собой любопытный гостинец для одного рыжеволосого наглого очаровательного фатуи, с которым их свела судьба не так давно по меркам адептов, но который пронесся яркой вспышкой, не оставив равнодушным. В этом была свобода обычного смертного – божество по имени Моракс не мог бы позволить себе пересечь море и приехать в земли другого архонта, да ещё и последовать за тем, кто в теории находится по ту сторону баррикад. А вот консультант похоронного бюро вполне мог бы и в свободное время провести отпуск на недавно открывших свои берега для иностранных гостей островах Инадзумы.

Начал свой маршрут Чжун Ли, конечно же, с того что оставил вещи в гостиничном номере, несколько часов посвятил разговорам с управляющим гостиницей, расспрашивая его о местных достопримечательностях, заодно рассказывая ему про Ли Юэ. А когда молодой человек оказался выжат досуха беседой, покинул несчастного для визита к швее, где с него сняли мерки и сообщили примерную дату готовности нового наряда. Будет лучше, если он сможет слиться с толпой, и национальный наряд для этого очень кстати.
А потом Чжун Ли направился в сторону большой Священной Сакуры. Говорилось, что её цветение самое красивое и ароматное из всех деревьев в Инадзуме, ну как такое можно было пропустить? Путь до храма Нарукаме занял бы не очень много времени, если бы не неожиданное препятствие, что настигло мужчину прямо посреди дороги. В его ноздри ударил запах свежей крови, и в отдалении от основного маршрута Моракс обнаружил по счастливой случайности того, чей образ не уходил из памяти уже долгое время. Покрытый липкой красной жидкостью, прислонившись спиной к стволу дерева, Одиннадцатый Предвестник Фатуи по кличке Чайлд отдыхал после тяжелого боя. Еле подавив в себе желание попробовать на вкус кровь, чтобы определить, кому она принадлежала, Чжун Ли присел перед ним и бережно отвел рыжие пряди от лица. А потом вздохнул своим мыслям и подхватил бессознательное тело поперек туловища, закинул его себе на плечо. Золотая вспышка света – и под деревом осталось только кровавое пятно, а оба путника оказались совершенно в другом месте.

В отсутствии гнозиса Моракс не мог позволять себе перемещаться на большие расстояния, но до гостиничного номера был в состоянии их транспортировать. Игнорируя то, что может испачкать покрывало, он уложил Чайлда на кровать, тут же начиная осматривать его на предмет повреждений. На щеке одна царапина, под курткой, которую пришлось снять, кровавое пятно оказалось чужим ранением. Мужчина непозволительно долго смотрел на то, как эстетично перетягивают грудь воина кожаные ремни, а потом всё же расстегнул их, чтобы распахнуть на Тарталье и рубашку. Склонившись так, что длинная прядь волос, собранных в хвост, скользнула через плечо и защекотала кончиком низ живота, он провел пальцами по крепким плечам, обогнул грудь и бока, огладил напряженный пресс и забрался пальцами за спину. Конечно же, ощупывая в поисках ранений, а не получая удовольствие от вида тренированного тела воина.
Моракс уважал тех, кто несся в пучину сражений, сам владея не одним видом оружия, и мог отличить по фигуре того, кто провёл свою жизнь в битвах.

- Ну и кто же умудрился тебя так отходить? Сколько их было?.. – говорит он сам с собой, не ожидая ответа от бессознательного Чайлда. Нужно будет поручить кого-то принести горячую воду в комнату, чтобы смыть эту кровь. А пока Чжун Ли по-звериному принюхивается к запаху молодого мужчины, над которым навис, и выдыхает ему куда-то в район шеи.

+1

3

Храм Нарукаме - местная достопримечательность.
Побывать в Инадзуме и пройти мимо просто невозможно.
Тарталья не прошел мимо, он элементарно не смог дойти, ведь путь ему преградил местный блюститель порядка. Или обычный любитель найти неприятности на свой зад. Чайлд неприятности не любит. Ему проще когда жизнь наполнена удачными событиями, часто возникающими совершенно спонтанно. Не все поддается контролю. Не все в принципе нужно контролировать.

Электричество никак не сочетается с гидро стихией. Несколько разрядов проносятся мимо, несколько ударяют прямо в цель. Численное превосходство, конечно, усугубляет ситуацию. Слышать лязг металла в сантиметрах от лица неприятно. Уворачиваться выходит отлично, однако этого совершенно недостаточно. Атака получается скомканной, вялой. Благодаря напористости удается положить на лопатки нескольких участников потасовки, не более. Остальное меркнет. Остаётся надеяться, что ограбив его они уйдут. И потом он как-нибудь оклемается. Не прибегать к своей темной сущности было не лучшим решением. Или..?

Сначала появляется голос. Уже затем - образ.

Какое-то приятное наваждение, отказаться от которого невозможно. Тарталья изо всех сил цепляется за этот чарующий звук, словно ничто другое не способно ему помочь. Возможно, это недалеко от истины. Ему нужно на что-то опереться, выбраться из этого забытья.

Очнись.

Глаза открывает медленно, свет бьет болезненно. Его не так много, кто-то заботливо приглушил лампы в комнате. Какой? Где он находится? Раны мгновенно заныли под плотным слоем бинтов. Неужели его снова победили… Оставить это без внимания никак нельзя! Он отыщет каждого, кто приложил к этому руку. И каждый ответит за содеянное.

- Чжун Ли? Это правда ты или я сплю и вижу реалистичный сон?..

Зовет его, руку протянув. Хочет прикосновением убедиться в подлинности происходящего. Как он тут оказался? - первый и далеко не единственный вопрос, ответ на который так сильно волновал Тарталью. Он разлучился верить в совпадения, считая их существование абсурдным недоразумением. Всему и всегда есть объяснение. Даже внезапному появлению старого знакомого в Инадзуме. Неужели отмена указа привлекла Чжуна Ли, вдохновив его на путешествия. Или после событий в своем родном регионе он решил пуститься странствовать по миру. Слишком много предположений и так мало четких знаний.

- Ты очень вовремя нашел меня, спасибо. Надеюсь, я выглядел не как сломленный воин. Скажи что нет! - Пыл просьбы отозвался болью в свежей ране. Вот еще одно неудобство. - Чай… просто давай выпьем твой фирменный чай и мне станет лучше. Заодно расскажешь как оказался в этих краях. Очень уж любопытно.

Чай напоминает ему о Ли Юэ. Там было хорошо, хоть и развернувшиеся события нельзя назвать хорошими. Отчасти из-за этого он ринулся на поиски своего коллеги, таинственным образом пропавшим в этих краях. Или намеренно сбежавшим, кто его поймет. Проблемы сами находили Тарталью куда бы он ни шел. Но иногда его находили приятные встречи, навевающие приятные воспоминания. Вселяющие чувство безопасности. Хотя бы временно.

Отредактировано Tartaglia (2022-09-18 15:12:50)

+1

4

Голос Тартальи тише, чем обычно, ослаблен от полученных ран, которые так заботливо перевязывают, промокают кровь влажной тканью, стягивают бинтами так, чтобы края порезов сошлись лучше и не было больших бугрящихся шрамов. Их на теле молодого мужчины было слишком много - для обычного смертного человека, но для того порой безбашенного и бросающегося в бой воина вполне достаточно. Чжун Ли очень любит шрамы, потому что каждый из них напоминание о каком-то событии, вот только его регенерация так сильна, что на теле остались отметины только от самых серьезных повреждений. Кто бы сказал, что тонкая полоска на боку слева была раньше разодранной до костей? Моракс будто змея сбрасывал шкуру, принимая всё новые и новые обличия. Но некоторые раны имели не только физическую подоплеку, но и энергетическую, стихийную. Ярость другого божества могла бы нанести его духовной сущности такие повреждения, что их невозможно скрыть даже сотней сменой облика.
Что уж говорить о том, когда древний адепт принимает вид, наиболее близкий к изначальному - небольшое розовое пятно на хвосте показывает место, где он чуть не лишился кончика, а один из обломанных рогов - о той силе, что хотела вырвать его и уничтожить.

Это всё кажется далёким сном, как тот, в котором почему-то Тарталья решил, что к нему пришли. Любопытно, часто ли Чжун Ли ему снится, раз тот решил, что это всё не реальность, а морок сновидения? Или же слишком неожиданно было увидеть Моракса здесь, в Инадзуме, да ещё так нежно бинтующим его? Нежно?

В твоём голосе столько удивления, Чайлд, что мне почти обидно, ты настолько не веришь в то, что я мог бы быть рядом с тобой? Но это правда я. - Чжун Ли протягивает руку навстречу, позволяя Тарталье себя коснуться и окончательно убедиться в том, что перед ним не архонт из грёз, а существо из крови и плоти. Надо же, Моракс не задумывался до этого момента ни разу, что мог бы просто проникнуть в сны Чайлда, чтобы поговорить. А вместо этого пересёк море, чтобы увидеть его. Нетерпение достойное человека, а не божества. С одной стороны это вызвало у него саднящее чувство раздражения на свою слабость и недогадливость, с другой же - какое-то ощущение удовлетворения в том, что он настолько вжился в роль смертного, даже ведёт себя как один из них.

Ох, Чайлд, твой внешний вид говорил о том, что ты победил. Поэтому ты выглядел как триумфатор, а не как сломленная игрушка для битья, - Чжун Ли легко опирается рукой о грудь Тартальи, удерживая его на кровати, потому что эта неуёмная активность могла навредить его ранам, - тц, если ты только пообещаешь мне, что не станешь двигаться без меры, чюя только закончил бинтовать твои раны. Или ты не уважаешь мои усилия?

На губах появляется мягкая улыбка, улыбка искусного манипулятора, хоть именно этот ход и был простым, легко читаемым, чтобы Чайлд понял - это делается для его блага, иначе бы Моракс не был против, чтобы мужчина скакал полуголым по номеру.

Будь послушным, не торопись. - Чжун Ли поднимается с края кровати и подходит к столу, где поставил завариваться любимый купаж зелёного чая одновременно с тем, как начал промакивать раны Чайлда. Прошло достаточно времени, чтобы напиток приобрёл всё приятные особенности вкуса и аромата, так что можно было разливать его аккуратно по двум небольшим чашкам.
Одну из них он протягивает Тарталье, другую подносит к губам, наслаждаясь сочетанием мягкости улуна и свежестью мяты.

Я решил, что в прошлом очень мало путешествовал, поэтому наверстываю упущенные впечатления сейчас. Инадзума показалась мне любопытным местом, лишь недавно открывшим границы. Практически диким без толпы туристов и торговцев… я заказал себе кимоно, чтобы лучше прочувствовать эту культуру. - Чжун Ли с нарочитой рассеянностью водит рукой по бинтам, обводя пальцами упругий живот Тартальи, а потом переводит взгляд с чашки чая на него самого. - И я хотел с тобой увидеться. Понимаю, что ты очень занятой молодой человек, но до меня дошли слухи, что ты уехал сюда не на один день. Я привез тебе небольшой подарок в знак особого к тебе отношения, и хотел бы преподнести его, но теперь уже после того, как на тебе заживут немного раны.

Он на время ставит чашку на столик рядом с кроватью и смотрит уже более обеспокоенно.
Ты умудрился удивить меня своей выносливостью и живучестью, но я впервые вижу тебя настолько израненным. - Чжун Ли протягивает руку и поглаживает рыжие пряди волос Чайлда, перебирает их и пропускает между пальцами. – Возможно, я бы и подарил тебе сейчас подарок, но я не уверен, что ты сможешь вести себя смирно и прилично. Ты можешь мне это обещать?

+1

5

После событий в Ли Юэ - и тотального обмана - Тарталья не надеялся вновь увидеться с главным участником событий. Он не до конца отошел от обиды, признаваться в которой до последнего не желал. Скрываясь за привычным пренебрежением, он ушел от места происшествия настолько далеко, как только мог. Ведь это даже не Сумеру - гораздо дальше. Сюда обычный путник не доберётся, ему потребуется сторонняя помощь. Здесь нужно либо быть Предвестником. Либо архонтом.

Постепенно становится понятно почему Тарталья с таким энтузиазмом затребовал чай - тот уже был готов. Знакомый аромат разносился по комнате, соблазняя. Выкинуть бы все лишние мысли из головы! Чжун Ли здесь и это говорит о многом. После колоссального провала Чайлда он не отвернулся, не перечеркнул их историю, как хотел того юноша. Действуя исключительно из скверного характера, он собирался все испортить, навсегда разрубая ту слабую связь, что образовалась между ними за месяцы общения. И на тот момент это казалось самым удачным решением.

- Интересно кто же распускает эти слухи.

Недовольно фыркнув, откидывается обратно на подушку, прикрывая глаза. Ему в самом деле лучше немного отдохнуть, дать ранам затянуться. В любой другой день, он бы использовал свою разрушительную форму, чтобы восстановиться благодаря темной энергии, но сегодня у него есть веская причина этого не делать. Чжун Ли как раз упомянул некий подарок - хитрый ход, чтобы заинтересовать. И немного утихомирить, отчего-то взволновавшегося юношу. Сработало на все сто процентов.

Прикосновение к волосам взывает теплую улыбку. Столь незначительный жест расценивается как проявление недюжинной заботы. Доверие снова расцветает в груди, забывая о недавнем предательстве. Все вполне объяснимо. Всему имеется свое обоснование, верить в которое с каждой минутой хотелось все больше и больше. Каким-то магическим способом Чжун Ли исправил ситуацию, да еще и позаботился о своем приятеле. Тот самый случай, когда случайности абсолютно не случайны.

- Я готов получить подарок сейчас! - Выпалил очень уж пылко, силясь не соскочить с места. - Не томи, прошу. Ты же знаешь, что я не отличаюсь терпением. Тем более когда плохо себя чувствую.

Трудно понять насколько уговоры возымели действие. Оставалось только привстать на локте и дотянуться до чашки. Он действительно старается быть покладистым, вовремя взяв свой напористый нрав под контроль. Иногда это получается, но чаще приходится сталкиваться с поражением - действия отличаются от намерений. Мысли отличаются от желаний. Противоречивость прослеживается буквально во всем, сбивая с толку. Потому многим очень трудно общаться и встраивать какие-либо отношения с Тартальей. Неизвестно где он искренний, а где притворный. Однако Чжуна Ли это совершенно точно не пугает.

- Дай угадаю… это какой-то сувенир из Ли Юэ? Какой-то… камень? Или новый сорт чая? Знаешь, я буду рад в любом случае, приму это еще и за свое прощение. Ты же не думаешь, что я забыл? Тогда мне казалось, что надо мной насмехается весь мир. Это не очень-то приятно.

Открыто о своей обиде он говорит впервые. Еще и в такой, казалось бы, неуместный момент. А когда еще? Чжун Ли может снова куда-то исчезнуть или отказаться говорить об этом позже. Сейчас, учитывая положение Тартальи, отказать раненому в поддержке и понимании будет слишком жестоко. Хотелось верить, что мужчина на такую крайность не пойдёт. Им лучше обсудить все сейчас, чем тянуть с важным разговором неизвестно сколько времени. Тарталья старался избегать недосказанностей. Они порождали массу недопонимания, которые вызывали раздражение. А раздражаться ему противопоказанно. Особенно на важных заданиях. Особенно в присутствии божества, способного ответить такой же безграничной силой. Да, Тарталья приравнивает себя к высшим созданиям.

Чай пробует с удовольствием. Знакомый вкус отправляет в прошлое, где он еще являлся полноправным руководителем ситуации. Контролировать происходящее удавалось благодаря немалым усилиям, но все это давно стало частью жизни Предвестника. Даже мысли не возникало прекратить деятельность в организации. Без нее своей жизни он уже не представлял. Где еще взять столько грязных интриг и сложных операций по внедрению в общество своих идеалов? Такого места попросту не существует. По этой причине Тарталья остается тем, кем его сделали очень давно. Взбалмошным убийцей, убивающим в крайнем случае.

+1

6

На некоторые фразы Чайлда не хочется отвечать, потому что правда или лежит на поверхности, или же не так приятна слуху, как хотелось бы. Ведь Чжун Ли и так признается, что верит слухам, что собирает те, которые относятся к Тарталье. Показывает свой к нему интерес, показывает, что не просто так наткнулся на раненого воина, а намеренно занимался его поиском. Одного этого достаточно много для обычно привыкшего скрывать свои эмоции, показывая спокойный каменный фасад. Но этот юный Предвестник слишком… как ни банально это звучит, слишком запал в душу существу, что ступает по этой земле несколько тысяч лет подряд. Он интригует, его реакции живые и порой непосредственные, а его очаровательная улыбка так резко контрастирует с потускневшими глазами. В них очень хочется увидеть огонек или искорку, но не только тогда, когда используется глаз Порчи, искусственно стимулируя и без того истерзанное битвами тело.

Этим они были похожи, хоть их и разделяли века прожитого опыта. Возможно, ещё и поэтому Чжун Ли так тянет к молодому парню, хотя спроси его прямо, он бы затруднился с ответом.

Я не томлю тебя, Чайлд. Это ты никогда не отличался особенным терпением, - Чжун Ли не пытается упрекнуть в чем-то парня, но всё же покачивает чуть головой, слушая одно удивительное предположение за другим. Любопытно, куда зайдет фантазия Тартальи, как он попробует поставить себя на место консультанта похоронного бюро, что выберет для себя. Ах… вот и звучит самое главное, что в пылу перебора даров озвучивает обиженный на него Чайлд. Прощение… что же, действительно, можно объединить приятное с полезным и загладить немного свою вину в глазах обманутого им участника хорошо поставленной шахматной партии.

– Я знаю, что ты не забыл. Но обстоятельства были против того, чтобы мы это обсудили тогда. - Чжун Ли поднимается с постели, где лежит Чайлд и подходит к небольшому сундуку, где хранит свои вещи. Из него он достает небольшой шелковый мешочек и с ним возвращается на своё прежнее место, под любопытным взглядом достает за золотую цепочку небольшой кулон.

Это фрагмент камня памяти, древний артефакт. Он может хранить в себе воспоминания о былом… - перчатки слетают с его рук, подобно тонкой коже, которую только что сбросила змея, но под ними кисть уже приобретает темный оттенок с золотыми прожилками гео-стихии, что постоянно находится в движении в теле Чжун Ли. Ногти удлиняются, превращаются в изящно изогнутые когти, а между губами, что прикасаются к поверхности золотистого камня, скользит язык, кажется, раздвоенный на конце.
– Я привёз тебе палочки для еды, чтобы научить ими пользоваться, привёз тебе крепкую тетиву из гривы цилиня, чтобы ты мог не сдерживать силу натяжения. Но самое главное - я хочу подарить тебе этот камень, который будет хранить в себе мои воспоминания о том времени, что мы провели с тобой.

С этими словами он прикрывает глаза и легонько дует в сторону камня, а с дыханием золотые искорки слетают с губ и будто бы поглощаются артефактом.
Когда Чжун Ли открывает глаза и поднимает голову, её уже венчают ветвистые рога, а за спиной на постели в районе ног Тартальи кольцами сворачивается драконий хвост. Зрачки мужчины сужены до тонких полосок, а золото радужки мерно сияет внутренним светом.

Я был бы не против добавить в память камня больше приятных совместных воспоминаний, - губы Моракса трогает мягкая улыбка, когда он наклоняется и закрепляет застёжку кулона на шее Чайлда, а потом и сам камень осторожно укладывает на его перетянутой бинтами груди. Минутная слабость, и щекоча прядями волос шею молодого мужчины, над которым нависает, Чжун Ли легко касается губами его щеки, после чего немного отстраняется.

Прости меня за то, что я обманул тебя. Я не хотел тебя обидеть, потому что всё время, что мы проводили вместе в Ли Юэ, для меня очень дорого. - Моракс тихо вздыхает и протягивает руку, чтобы убрать с лица Чайлда озорно торчащую на щеке прядь рыжих волос и заправить её за ухо.
- Поэтому я не скрываю от тебя сейчас ни того, кем я являюсь, ни своего отношения к себе. И надеюсь… что настоящий дракон тебе нравится больше, чем тот экзувий и фальшивка, что я оставил в Золотой палате?

+1


Вы здесь » как б[ы] кросс » ФАНДОМНОЕ » постой, преодолевший страх