как б[ы] кросс
xiao © Кто он? Никто — теперь; всё, чем он был, отобрано у него и растоптано в пыль; он не достоин больше называться воином, но крылатый бог зовёт его так, словно видит его былую тень. У него нет ничего теперь, кроме имени; силясь найти в себе голос, он медлит, собирая осколки растерянных звуков. Он мог бы атаковать, ему надо бежать — но вместо этого он упрямо, но почти стыдливо удерживает маску у лица, когда её теребит лёгкий, но настойчивый ветер. ....читать дальше

как б[ы] кросс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » как б[ы] кросс » АЛЬТЕРНАТИВНОЕ » небо у тебя под ногами


небо у тебя под ногами

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

небо у тебя под ногами

Xiao Xingchen & Xie Lian

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/101/513197.jpg

в то время, как одни ищут верных способов вознестись, другие только и мечтают о низвержении.

+1

2

[nick]Xiao Xingchen[/nick][status]не вижу зла.[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/0015/c4/40/2/152643.png[/icon][ank]<a href="ссылка">даочжан сяо</a>[/ank][lz]мне б отоспаться в холоде дьявольской пустоты. я заебался, Господи! даже сильней, чем ты.[/lz][fandom]<f>mo dao zu shi</f>[/fandom]

Даочжан Сяо Синчэнь хотел умереть.

(спойлер: у него ничего не вышло)

План выглядел простым и надежным, но, как оказалось, был нюанс… В общем, малодушно вскрыться собственным духовным оружием, абсолютно сознательно (и будто бы со знанием дела) лишая себя шанса на перерождение души… И вознестись в качестве божества, тем самым обретя фактическое бессмертие.

Это ли не ирония?

К такой, мягко говоря, подлости от мироздания Синчэня жизнь на Баошань не готовила. Хотя, как показала практика, она его вообще ни к чему не готовила. В целом.
И если уж быть совсем откровенным, то с самого первого дня, проведенного вне стен монастыря, заклинатель только и делал, что лажал. И познавал реальный мир. Но в основном все-таки - лажал. Потому что на практике все оказалось (не)много… Сложнее.
Взять хотя бы белые шелковые монашеские одежды, придающие своему хозяину очаровательно воздушный, неземной вид… И совершенно не способствующие выживанию этого самого хозяина в быту. Если вкратце, то этот свой спуск с горы Синчэнь не забудет еще очень долго. Как и его колени.
Дальше - больше. Каждый шаг в новом-не-даосском-мире сопровождался для заклинателя очередным открытием и почти детским недоумением с легким привкусом разочарования, но Синчэнь не был бы лучшим (ну, почти) учеником Баошань Саньжэнь, если бы не читал мантрой наизусть заповеди даосизма, с упрямой решимостью пытаясь вписать их в суровые реалии.

Заповеди на реальный мир накладываться упорно не желали.

Тогда Сяо Синчэнь нашел себе друга под стать - потому что заниматься самообманом с кем-то по традиции приятнее, чем в гордом одиночестве.

Так вот, ирония…

Если бы только даос знал, точнее, если бы хоть чуточку ближе был знаком с этим понятием (желательно, не в посмертии)… А впрочем, даже в таком случае все равно не смог бы придумать ни одного вразумительного объяснения тому, как же оно так вышло: нелепо, неловко и совсем немножечко обидно…

Принцип “нет человека - нет проблемы” условно не сработал.

По итогу: даочжан Сяо не умер (хотя пытался).

Кто бы мог подумать, что “небесная кара” мало, чем отличается от предсмертной агонии - больно и страшно, а впереди лишь неизвестность - а от сиятельного вида Небесной Столицы вполне можно ослепнуть.
Впрочем, та притягательная картина, которую даос увидел перед собой сразу после вознесения, все же, была куда менее удивительной, чем факт того, что… Он_видел.
Ох… За ту внезапно случившуюся истерику, подпитываемую непониманием и паникой, Сяо Синчэню стыдно до сих пор. Он повел себя совершенно недостойно воспитанника Баошань Саньжэнь, но, по правде сказать, вряд ли его можно за это винить.
Обычно простые смертные продолжительное время старательно и целенаправленно самосовершенствуются, чтобы получить гипотетический шанс попасть хотя бы на Средние Небеса, не говоря уже о Верхних, Синчэнь же, очевидно, существенную часть своего смертного существования если и умудрялся делать что-то целенаправленно и старательно, то разве что только косячить. Особенно, в последнее время.
И тем более удивительным кажется сам факт его вознесения в качестве - подумать только! - Бога Милосердия. Чем же он заслужил такую честь?
Увы, ни Лин Вэнь - Первый бок литературы - ни даже сам Небесный Император не дали ответа на этот вопрос. В всяком случае, такого ответа, который новоиспеченного бога удовлетворил бы: “Значит ты действительно достоин им быть”, произнесенное будничным тоном, как само собой разумеющаяся непреложная истина - вовсе не то, что ожидал услышать растерянный, сбитый с толку и, чего греха таить напуганный несостоявшийся самоубийца. Достоин? Небес? Он, который решил трусливо избавить себя от необходимости расплачиваться за собственную глупость?

Впрочем, говорят ведь, что стоит бояться своих желаний - ведь они могут сбыться. Синчэнь хотел исчезнуть из Поднебесной и больше никогда не рождаться. Что ж, пожалуй его желание действительно сбылось самым неожиданным образом.

Только вот радоваться этому у него почему-то все никак не получается…

Небесная Столица в действительности оказывается куда более внушительной, чем в любых легендах, прекрасней, чем на картинах самых искусных мастеров - она насквозь пропитана божественной энергией и золотым светом, теплоту которого невозможно передать никакой краской или словом. Сверкающая крышами роскошных дворцов, кипельно-белыми стенами, пестрящая пышными вечно цветущими садами, она выглядит как сон. Собственно, Сяо Синчэню до сих пор кажется, что он спит.

Спит и не может проснуться.

Со дня его вознесения прошло слишком мало лет, чтобы можно было свыкнуться (для Синчэня же скорее смириться) с мыслью о "нечаянном" вознесении, во всяком случае, если верить словам Его Высочества Наследного принца Сяньлэ - удивительного и крайне необычного Бога. Который, по мнению Сяо Синчэня, куда больше подходил статус Бога Милосердия, чем ему самому. Се Лянь, конечно же, был иного мнения и, кажется, ничуть не переживал из-за собственного звания Мусорного божества. Подумать только, Наследный Принц!.. Который, ко всему прочему, еще и водит дружбу с Непревзойденным демоном. Дружбу, эм, весьма конкретного содержания, если уж быть точным, только слепой не заметил бы.

Синчэнь теперь слепым не был.

О, он вовсе не осуждает Наследного принца а его теплые отношения с демонической тварью (каких еще поискать, право слово). Кто он такой, чтобы вообще иметь право на мнение в сей счет. К тому же, некоторые события из собственного прошлого заставили Синчэня многое переосмыслить. Больше он не пытается упрямо и глупо делить мир на черное и белое, забывая про иные цвета и оттенки. Да, все это намного сложнее. И смириться с ним - не такая уж простая задача. Но смирение - это именно то, к чему бывшему заклинателю стоит стремиться теперь. И в чем он до сих пор так и не преуспел, упрямо считая приобретенный статус небожителя совершенно незаслуженным.

Столько совершенствующихся людей посвящали свою жизнь одной цели - вознесению, а Сяо Синчэнь получил оное, даже не задумавшись ни разу. Ох, ну хорошо, возможно, и был разочек. Или два... Но он совершенно точно никогда не позволял себе даже надеяться. Синчэнь знал свое место и имел совершенно иные стремления относительно собственной жизни. Впрочем... Тут он тоже не то чтобы преуспел.

Иронично.

Сяо Синчэнь не желал быть богом. Он желал пасть с небес и, желательно, расшибиться о землю Поднебесной. Хотел так сильно... Но столкнулся с совершенно неожиданным сопротивлением этой идее Небесного Императора... Ну или лицом, временно оно замещающим (по заверениям самого "лица"), чей монастырь Водных каштанов стал неизменным пристанищем для новоиспеченного бога, все никак привыкшего к роскоши своего собственного небесного дворца. Роскошь убранств смущала, внушительные размеры пугали, а гулкая пустота, что эхом гуляла по просторным залам, навевали на Бога Милосердия такую отчаянную тоску, что хотелось инстинктивно забиться в самый темный угол, чтобы провести там ближайшие две-три сотни лет.

+1

3

- Даочжан?
Се Лянь не стучится. Не потому что это место - его собственный храм, в который он может приходить, когда ему вздумается, а лишь потому, что дверь монастыря Водных Каштанов распахнута настежь. Добротная дверь, выправленная самыми искусными руками в мире, которую нынешний обитатель предпочитает не запирать. Се Лянь не против нового гостя, только удивляется популярности этого места у небожителей Верхних небес. Его Высочество Цюань Ичжэнь по-прежнему предпочитает встречаться здесь, а не в Небесной столице, да и самому Се Ляню, что ни говори, тут гораздо больше нравится. И вот еще один.
Ответа не слышно, и он замирает на пороге, заглядывая внутрь.
- Даочжан Сяо?
"Даочжан", не "Совершенный владыка" - это важно. Они с новым божеством говорили немного, но достаточно, чтобы Се Лянь понял две вещи: то, что Сяо Синчэнь совсем не рад вознесению, и то, что небеса и смертные в равной степени нуждаются в новом божестве, которого прежде и не было в пантеоне.
Это сложно, слишком сложно. Одно противоречит другому, и если прежде, Се Лянь, привыкший считаться с волей других, принял бы любое решение даочжана Сяо, то теперь на кону стоит слишком многое. Небесная столица все еще не оправилась от потрясений последних лет, потери слишком велики, Владыка Вод и Повелитель Ветров лишь возглавляют список. Простые люди, смертные, о которых им всем надлежит заботиться, терпят лишения и страдают без надежды, теряя веру на глазах.
И что остается им, полудюжине богов войны, черпающих силы в убийстве? Что остается забытым богами людям Поднебесной, как ни убивать друг друга в сражении за то немногое, что еще удалось сберечь.
Появление даочжана Сяо стало для Се Ляня знаком. Знаком того, что надежда еще есть. Небесная столица, лежащая в руинах, восстанет из пепла, говорило знамение, и со временем, пусть не сразу, наберут силу новые боги - подарят людям новую жизнь и новый смысл. Кто же знал, что  надежда, едва появившись, тут же попытается ускользнуть от них?

Они виделись несколько раз. Се Лянь рассказывал о себе немного - лишь то, о чем собеседник решался спросить, и понятия не имел, как много тот знает о нем из слухов и сплетен, которых на небесах и теперь хватало в избытке, но не сомневался: даже зная все, Сяо Синчэнь едва ли изменит к нему свое отношение. Он казался... нет, он был хорошим человеком - и не потому что вознесся как бог милосердия. Нет, он стал богом милосердия, потому что был таким в жизни, и вознесся, потому что слишком многие люди молились о том. И трудно - нет, непостижимо для Се Ляня оставалось то, как кто-то настолько добрый может отказываться помогать тем, кто отчаянно молит о помощи. И каждый их разговор оборачивался для него короткой битвой с самим собой: не вмешиваться, позволить Сяо Синчэню определить свою судьбу самому, не просить о помощи.
Но в этот раз он, наконец, решился просить.

Находя взглядом того, за кем пришел - и за это он чувствует вину, даочжан будто старается скрыться от неизбежного - Се Лянь склоняет голову в приветственном поклоне. Дыхание замирает в груди - он все-таки волнуется от предстоящего разговора. Но отступать некуда.
- Я войду? - губы трогает смущенная улыбка, заранее извиняясь за то, о чем пойдет речь.

+1


Вы здесь » как б[ы] кросс » АЛЬТЕРНАТИВНОЕ » небо у тебя под ногами